— Как его зовут?
Де Жерве привычным жестом погладил подбородок. Очевидно, он не получит ответа, пока она не задаст все свои вопросы и не удовлетворится сказанным. Что ж, придется покориться, тем более что у девочки нет особого выбора.
— Эдмунд де Брессе. Его отец, мой сводный брат, — сьер Жан де Брессе, сеньор Пикардии, а мать — дочь герцога де Гиза.
— Но как вы оказались его опекуном?
— Его вместе с матерью четыре года назад взяли в заложники, после того как мой брат погиб в сражении. Невестка скоро умерла, и ребенка отдали мне.
Магдалена прикусила губу. В рассказе Гая тоже немало загадок. Почему он стал вассалом английского короля, если семья сводного брата жила во Франции? И почему ее отец желает заключить союз с одной из знатнейших французских семей? Лорд Беллер не принимал активного участия в войне, вяло тянувшейся между двумя странами последние тридцать лет, поскольку мужественно защищал границы с Уэльсом. Но где Магдалене разобраться в политике? Причины, побудившие отца сделать этот выбор, ее не касались, и она вернулась к вопросам куда более для нее важным на этот момент.
— Сколько ему лет?
— Четырнадцать.
— А какой у него нрав?
— Ты скорее всего сочтешь его родственной душой. Он терпеть не может заниматься уроками и не раз получал порку за плохую учебу. Куда легче ему даются воинские и рыцарские забавы: бои на мечах, стрельба из лука, охота с гончими и соколами. Кроме того, он не прочь повеселиться и потанцевать.
— Он оруженосец?
— Да, в моем доме, а через год удостоится рыцарских шпор.
— Но если война будет по-прежнему продолжаться, на чью сторону он станет? Англии или Франции? — озадаченно хмурясь, спросила девочка: в ее представлении подобная проблема казалась неразрешимой.
— Вряд ли столь серьезные вопросы годятся для умов молодых девушек, — отрезал Гай де Жерве, решив, что настала пора положить конец назойливым расспросам, которые ко всему прочему начинали становиться неприятно дотошными. — Может, теперь ты ответишь на мой вопрос? Если, разумеется, еще помнишь его после той пытки, которой меня подвергла.
Резкий окрик заставил девочку сжаться.
— Если мои вопросы показались вам слишком дерзкими, прошу простить меня, сэр, — сдержанно ответила она, стараясь не выказать обиды.
— О нет, просто их было чересчур много, — пояснил он. — Но все вполне справедливы. А теперь я должен еще раз попросить у тебя ответа.
— Я поеду одна?
Лорд Жерве вздохнул.
— Тебя будут сопровождать леди Элинор и твои служанки. Леди Элинор останется до тех пор, пока ты не устроишься на новом месте и не познакомишься как следует с моей женой, госпожой моего дома.
Да, разумеется, у него должна быть жена.
Почему же Магдалене хочется, чтобы все было иначе?
— А… а мой отец? — продолжала она. — Хотя он вряд ли может оставить границу без защиты. И наверняка никуда не поедет.
— Это действительно так. Лорд Беллер не должен покидать своего замка, — подтвердил лорд Жерве.
— Когда мы уезжаем?
— Это и есть ответ?
Магдалена еще раз оглядела унылый, хмурый пейзаж. Услышала надоедливо-знакомые звуки повседневной жизни крепости, доносившиеся снизу.
Ее отец должен когда-нибудь приехать в Лондон, подтвердить клятву верности своему суверену — королю. А ей до смерти надоело это тоскливое место… Какой он, этот таинственный Лондон? И какой окажется столичная жизнь? До этого она никогда не покидала дом. Судя по словам Гая, ее будущий муж достаточно привлекателен. Кроме того, все равно рано или поздно придется выйти замуж.
Девочка подняла сияющие глаза и одарила Гая солнечной улыбкой.
— Я готова отправиться с вами, господин мой, когда и куда только пожелаете.
Гай расхохотался. Улыбка ребенка оказалась на редкость заразительной.
— В таком случае давай присоединимся к веселой компании. Помолвка состоится сегодня после вечерни.
И тут Магдалене пришла в голову неожиданная мысль:
— Эдмунд де Брессе, сэр… что он знает обо мне?
— Что ты хороша собой, благородного происхождения и за тобой дают богатое приданое, — немедленно отозвался он. — Больше ему знать ни к чему.
— Но откуда вам было известно, что я хороша собой, если вы раньше меня не видели? А если бы у меня оказалось рябое лицо, или кривые ноги, или косые глаза?..
— Но ведь ничего подобного нет, — возразил он. — А несколько месяцев назад лорд Беллер прислал мне письмо, в котором подробно тебя описал. Такие, дела не решаются в спешке.
— Странно, что он ни словом об этом не обмолвился, — протянула она, сбегая по ступенькам. — И я считаю ужасной несправедливостью, что меня выпороли в день помолвки! Извести он меня о вашем приезде, и я никогда бы не пошла к Безумной Дженнет за амулетом. Ведь и без него случилось нечто поразительное!
К счастью, лорд Жерве полностью с ней согласился и даже сумел найти подходящее утешение, посетовав на нечестный удар судьбы, и тем самым сумел избежать дальнейшей дискуссии на тему о том, почему никто не позаботился предупредить девочку.
В парадном зале царила невероятная суматоха: приготовления к пиршеству в честь почетных гостей были в самом разгаре. Завидев их, леди Элинор, следившая за слугами, которые накрывали высокий стол, отвлеклась от хлопот и поспешила пересечь зал.
— Магдалена, пойди посиди спокойно в моем соларе, подожди, пока тебя не позовут. Сегодня ты обедаешь в зале, но я хочу, чтобы ты хоть ненадолго забыла о своих проделках.
— Но я собиралась проводить господина в его покои, — с энтузиазмом возразила Магдалена, сунув крохотную ручку в огромную ладонь своего спутника. — И принести из сада розмарин, чтобы положить на его подушку.
Леди Элинор совершенно растерялась, но лорд де Жерве учтиво поклонился.
— Для меня будет большой честью, госпожа, если вы позволите ей это сделать. Согласитесь, что такая нежная забота о госте — весьма похвальное качество.
— О да, сэр, вы абсолютно правы, — кивнула леди Элинор. — Но это совершенно необычно! Однако не стоит подавлять добрые намерения. Иди, племянница, но потом ты должна сразу же подняться в солар.
Пусть замок Беллер был выстроен с целью защиты и обороны, но Гай сразу увидел, что хозяйство ведется идеально. Простыни были старательно сшиты госпожой и ее служанками из тончайшего полотна. Занавеси из толстой ткани не пропускали сквозняков. Пол устилали мягкие шкуры, в очаге пылал огонь. Паж уже ожидал его со свежей одеждой и лавандовой водой.
Де Жерве, посмеиваясь, наблюдал, как его маленькая спутница рассматривает комнату с важным видом настоящей управительницы замка.
