заката прервался ее танец. Голова чуть склонена, добрая улыбка, ровный взгляд.
“Здравствуй, мой дорогой, — промолвила Айша. — Прости, но меня больше нет рядом с тобой, и не будет. Зато я стала частью тебя, я стала тобой. Я твоя сила и слава. Перед тобой склонится высокая трава, расступятся горы и деревья. Ты всегда будешь выше всех и лучше. Ты знаешь все. Небо от края до края. Все известные страны и города. Все горы, моря и пустыни. Земли, спрятанные от посторонних глаз. Но есть на свете место, где ты никогда не бывал и даже не знаешь, как оно выглядит. За черными скалами, на разрушенной и истерзанной стороне планеты, что погружена в вечный мрак есть город теней. Не ходи туда никогда. Ты погибнешь там”.
Эрлу нечем было ответить. Он не мог задать вопрос о том, где искать Дию. Он не мог поговорить о том, что до сих пор дочка не знает кто он для нее. Он хотел поведать Айше, что никогда не сдастся, что будет искать встречи, но был по-прежнему немым.
В одно мгновение Эрл очутился в поле засеянном высокой пшеницей. Стояла темная ночь. Скопление миллиардов звезд сияло позади. Одни из них держались крепко за небосвод, другие падали словно дождь. Впереди небо было черным и непроглядным. Лучи непонятного небесного светила, что висело низко над горизонтом, били в глаза сквозь туман. Оно не было похоже на Солнце. Ибо Солнце яркое, его сияния не терпит взгляд и даже в саму пасмурную погоду сквозь свинцовые тучи оно дарует день, а здесь, не смотря на все старания, всегда царствовала ночь и небо было черным. Возможно, кто-то просто зажег очень яркий светильник там, вдалеке. Либо космический холод в этих неизвестных, чужих краях был настолько силен, что даже могущественное Солнце обернулось всего лишь жалким лучом. Не способным, ни согреть, ни даровать надежду. Где-то в небе тревожно прокричала птица. Эрл коснулся высоких колосьев. Он чувствовал, что там, впереди воздух был удушающим и тяжелым, ведь с каждым шагом новый вздох давался все труднее. Вдруг из-за спины поднялся ветер. Он пригнул до земли пшеницу. Далее, вперед ступать стало легче. Тусклое солнце вмиг развернулось, оказавшись позади. Свет более не слепил глаз, он освещал дорогу. Воздух переменился. Он наполнился запахами весны и пением птиц. Позабытые чувства. Эрл давно не замечал весны и не слышал соловьиных трелей. Он не уже не помнил, каким успокаивающим и нежными были их песни. Но сейчас на миг в душе стало все как прежде, словно бы волшебство Айши действовало на него. Ветер создал коридор, за пределами которого колосья оставались нетронутыми, и вздох по-прежнему давался тяжело. Эрл сделал несколько шагов. Черное, высохшее дерево стояло на пути. Сверкнула молния. Она ударила точно в ствол. Из раскоряченных веток посыпался сноп ярких искр. От раскатистого грома содрогнулась земля, но слух Эрла остался нетронутым. Земля продолжала дрожать. Появились трещины с каждым мгновением перераставшие в большие разломы. Эрл не знал, что ему делать. Бежать или стоять на месте. Местность вокруг менялась. Камни, большие малые падали вниз. Острые скалы вздымались вверх. С высокой горы Эрл увидел чарующе-страшный город и нити, что опутали его. Они походили на мощную корневую систему. Складывалось впечатление, что здесь все наоборот и там, под землей растет черный лес. Корни были повсюду. Длинные и короткие, толстые и тонкие. Лишь только под ногами, гонимые силой, что наполнила Эрла, они прятались глубоко в почву. В городе метались тени огромных и страшных чудовищ. Пройти по его улицам обычному человеку было не под силу.
Ужасные существа кричали о своей судьбе, но не обращали на него внимания. Их голоса заглушал отдаленный грохот грозы. Эрл обошел город по широкой дуге и заглянул за огромное каменное колесо. Оно медленно вращалось. Через его обод были перекинуты два тонких мостика. Мостики вели в огромные подземные залы. На их стенах блестел потеками застывшей лавы орнамент. В одном зале все пространство занимала скульптура исполинской крылатой змеи. Ее тело, покрытое многочисленными ранами, было огромным. Ее голова была украшена короной с длинными шипами. Две передние лапы заканчивались длинными кривыми когтями. Хвост с кисточкой на конце достигал пола.
В этом зале Эрл оказался окруженным множеством теней. Призраки не замечали его. Они были слишком заняты друг другом. Эрл с удивлением заметил, что тени начали принимать человеческий облик. Одна была очень похожа на него самого, другая на падишаха, третья на девочку с невероятно красивой короной на голове, четвертая предстала жадным и алчным визирем, все остальные толпились в стороне, изображая воздушных пиратов и народ.
“Все складывается как нельзя лучше, — произнес образ Низара. — Вражда нам дает время на подготовку. Ни одна из сторон не должна победить. Пусть они вечно изматывают друг друга. До Хаоса всего один шаг. Это наша стихия. В нем мы будем отставать свои интересы. Мы перевернем все с ног на голову. Мы извратим все понятия и разорвем людские узы. Там, где был свет, там будет тьма, где правда, там ложь, где мосты, там разверзнутся пропасти. Те наемники, что я отправил на охоту за Эрлом, разбередят его раны. Ярость и злоба погасли в его сердце. Он стал излишне сентиментальным и мягким, хотя совсем недавно был готов рушить города и страны”.
“Но нельзя пускать меня, Эрла в наш город теней, — вступила в разговор тень небесного лорда. — Он один способен разрушить наш мир, наши стены. Нужно отвлечь. Даже если я захочу, даже если узнаю, нужно поставить меня перед выбором либо победа над сумрачными землями, либо жизнь его горячо любимого народа, его воздушных пилотов, коих не без стараний Низара уже называют разбойниками и пиратами”.
“Я не напрасно старался, — ответило отражение визиря. — Искусно скопированная техника и свои люди делают благое нам дело. Мы как сорняк на поле, мы везде, нас не удалить”.
“Да, да, грабить без конца до последней монеты!” — раздались возгласы среди теней-пиратов.
“Эрлу не отличить правды ото лжи, — продолжил мнимый Низар. — Сделай он что-то неверно, мы спровоцируем жестокую схватку. И истребим всех до одного”.
“Нам не нужны правители, освободимся от гнета пиратов!” — прокричал призрачный народ.
“И, наконец, я, и только я подношу падишаху вино и подмешиваю в него яд”.
“О да, мое безразличие и пьянство движут Кимраду к разрушению и забвению”, — произнесла тень Сахиба.
“Мы ближе, чем Эрл может подумать. Мы стоим за его спиной, мы, это он, — подытожил призрак Эрла. —
