ты только впервые взял в руки инструмент, а я уже об этом знал. Тебе, Раж, стоит научиться быть в курсе всего, что вокруг тебя происходит. Даже если ты этого не видишь и не слышишь. Знать и не выдавать никому своей информации. По дыханию земли, по дуновению ветра, по тому, как в небе летят птицы, просматривать все события, что могут быть наперед. И если ты уверен в девчонке, то бери ее с собой”.
“Не совсем уверен. Но она забавная и веселая”.
“Это хорошо, но никакая забава не должна стоять на пути выполнения твоего дела. Не провали задание”.
“Так точно, небесный лорд. Будет исполнено”.
Глава 8. Дочь небесного лорда
По склону холма, среди желто-бурой травы, были рассыпаны небольшие камни. На вершине возвышался огромный валун. В пасмурную и дождливую погоду туман окутывал его. В погожий час Солнце согревало камень своими лучами. Эрл в определенное время года в одно и тоже время поднимался на его вершину и смотрел вдаль. Где-то далеко под тем же самым небом, что простерлось над ним, росла его дочь. Храбрая, дерзкая и непослушная. Только ветру покорная. Она была так похожа на небесного лорда. Как две капли воды, девчачья копия Эрла. Юная принцесса Кимрады. Который сейчас час в тех краях, где живет она? Утро, вечер или ночь? Тоска по дочери разрывала его сердце. Эрлу хотелось всего немного — вдохнуть тот самый воздух, что нежно обнимает ее за плечи. Почувствовать ветер, что теребит ее волнистые локоны. Увидеть деревья возле ее дома. Услышать шум листвы, что нашептывают на ночь ей сны. Понять, как бесконечно далеко она, его юная принцесса, и что нет для него на этом свете никого, кроме нее. Эрл подумал о словах, что шептала ему мать перед тем, как он засыпал: “Сон — это то, что ты думаешь наяву”.
Увы, сколько бы не думал Эрл о дочери, во сне не мог ее увидеть. Он хотел отдать ей все, что у него было. Научить всему, что знал сам. Чтобы жизнь ее была ярче и краше его собственной жизни. В памяти отчетливо остался образ маленькой принцессы. Все те несколько дней, что провели они вместе, он непрестанно любовался светом лучистых и чистых глаз. Он так любил ее, так желал защитить, защитить любой ценой. Чтобы она не делала, чтобы не говорила, в глазах ее светилась самая добрая и чистая на свете душа. И он готов был все отдать, лишь бы все так оставалось и дальше. Лишь бы тени из Черного города не навредили ей.
Дом, когда-то принадлежавший Эрлу, расположился на каменном, высоком утесе. У его подножия раскинулся густой лес. Начинался он с вечнозеленых елей и сосен и продолжался лиственными деревьями. Из распахнутой двери на балкон, что опоясывал первый этаж, вышла юная принцесса. Девчонка лет одиннадцати подошла к перилам и, ничуть не страшась высоты, посмотрела вниз. По склону обрыва крутились вихри сухой листвы. Ветер раздувал ее волосы. Девочка сделала несколько шагов назад. Ветер швырнул в нее несколько листков. Она подняла руку, поймала и развернула их.
“Наверное, такие вот, как и я, здесь всю жизнь растут и не могут даже с ветром сбежать”, — подумала она.
Из дома на балкон вышел мужчина в красном кафтане, с золотой серьгой в ухе. Мужчина был очень стар. Его смуглое лицо было гладко выбрито, а волосы почти полностью седы. У него были совершенно прозрачные зеленые глаза и глубокие складки в углах рта. Он, глядя на девочку ласково и чуть грустно, произнес: “Пора продолжить урок, юная принцесса”.
“Не сердитесь, учитель, но я не хочу”.
“Вот как! Это почему же?”
“Я достаточно много уже прочла и знаю весь предмет”
“Хорошо, давай проверим. Какого цвета лепестки цикория?”
“Голубого. Он помогает при лихорадке и воспалении глаз. Отвар из корня прикладывают на места укусов скорпионов, ос и змей”.
“Что ты можешь рассказать про чабрец?”
“Низкорослые ароматические кустарники. Настой травы принимают при простудных заболеваниях, при кашле, он обладает дезинфицирующим действием”.
“Молодец, Дия, ты быстро учишься”.
“Мне не сложно и даже очень интересно”.
“Когда-нибудь тебе очень пригодятся твои знания”.
“Когда?” — возмутилась Дия.
“Очень скоро, — ответил старик. — Совсем скоро. Не торопись. У тебя впереди целая жизнь, и ты обязательно ее проживешь”.
“Но я ведь даже не знаю, кто я такая”.
“Зачем тебе это знать? Ты принцесса Дия. И этим все сказано”.
“Нет! Этого недостаточно! Почему я одна? Здесь нет других детей. И людей в округе тоже нет. Я совсем не помню маму. А папа навещает так редко, что я и его скоро забуду. И зачем там, внизу нас стерегут солдаты? Не притворяйся и не лги мне, я сама их видела. Я пробралась незамеченной к ним”.
“Видишь ли, моя дорогая принцесса, всему виной пираты. Они охотятся за тобой. Принцесса Кимрады радостная и богатая добыча для них. Они жестоки и беспощадны. Поэтому чтобы уберечь свою дочь от этих людей отец спрятал тебя там, где никто не найдет. Подальше от шумных городов и оживленных дорог, от невоздержанных языков и посторонних, любопытных глаз”
“Я не боюсь пиратов. Я сильная и храбрая. Я справлюсь со всем. Только не хочу навсегда оставаться одна”.
“Дитя, я слишком стар и опытен, чтобы говорить о невозможном. Я вижу, как трудно тебе и одиноко. Но я верю, что ты справишься. Ты не одна. В любую минуту ты можешь позвать на помощь. И твой отец придет за тобой”.
“Я? Позову на помощь, и отец придет за мной?”
“Да. Все верно. Но не беспокой его понапрасну. Зови, когда действительно будешь очень-очень нуждаться в нем. Когда у тебя будут проблемы с решениями. В самых сложных обстоятельствах. Когда тебе станет невыносимо тяжело его не слышать и не видеть”.
Принцесса с широко раскрытыми глазами смотрела на старика. Она пыталась переварить услышанное, но никак не могла этого сделать.
“Спасибо учитель”, — прошептала она, и слезы покатились по ее щекам.
Дия считала себя взрослой. Она не хотела, чтобы кто-то видел ее слезы. Даже столь близкий человек, учитель вырастивший ее. Девочка, отвернувшись к перилам, взмахом руки вытерла слезы.
“А мама? Я ее совсем не помню. Какая она?”
“Очень любящая свою дочь. Я вижу в тебе ее. Тот же взгляд. Тот же характер. Те же движения. Наша королева добрая и отзывчивая. Она собирает цветы в королевском саду и разговаривает с ними. Кормит
