Читаем без скачивания Кольцо из клуба Архимед - Леонид Сапожников

Он открыл страницу со своей фамилией. От волнения буквы показались ему огромными:

"ОН ТИХОНЯ И НИ С КЕМ НЕ ХОЧЕТ ДРУЖИТЬ, КРОМЕ КОЛОТЫРКИНОЙ".

("Неправда, хочу,-- подумал Саша,-- только у меня не выходит").

"Я БЫ НЕ ПОШЕЛ С НИМ В РАЗВЕДКУ, ПОТОМУ ЧТО ОН КАК ДЕВЧОНКА".

"ЧТО ТЫ ПОНИМАЕШЬ? ДЕВЧОНКИ МОГУТ БЫТЬ РАЗВЕДЧИКАМИ ПОЛУЧШЕ ТЕБЯ!"

"Это Катя меня защитила,-- догадался Саша.--Только у нее такой почерк и характер такой... защитный".

-- Заец, куда ты косишься? -- спросила Татьяна Ивановна. Закончив читать рассказ.-- Посмотри на меня и скажи, что ты думаешь о барыне.

-- Что она злая,-- ответил Саша, вставая.

-- А еще какая?

-- Жестокая.

-- Подумай: как еще называют злого человека?

-- Хулиган!

"Могучая кучка" засмеялась.

-- Максим, как по-твоему, прав ли Саша?

-- По-моему, он заблуждается. Злого и жестокого человека называют бессердечным.

-- Правильно. А кто объяснит Саше, что такое хулиган?

Поднялись руки:

-- Это человек, который ломает деревья, топчет траву.

-- Он обзывается, кричит, бьет стекла.

-- Разоряет птичьи гнезда!

-- Обижает слабых!..

-- Довольно, ребята! -- остановила Татьяна Ивановна.--Вы все сказали правильно, но по кусочкам. Сложим их вместе -- и что у нас получится? Что хулиган нарушает общественный порядок и проявляет неуважение к людям. Это наглый человек с дремучей, неразвитой душой... Ти-хо! Успокоились! Возвращаемся к "Муму". Сейчас Максим скажет нам, чем полюбилась Герасиму Татьяна.

Конный бой

Учитель истории Петр Ильич Гелазония был молодой, румяный и неистово энергичный. Он не умел сидеть во время урока, не любил стоять, а двигался, летал и носился. В прошлый раз, рассказывая о Дмитрии Донском, он изрубил воображаемым мечом уйму врагов. Голос его гремел, глаза сверкали, по спинам учеников проходила восторженная дрожь.

Сегодня он вел себя непривычно тихо -- изображал московского князя Ивана Третьего, к которому через сто лет после Куликовской битвы приехал посол от хана с приказанием уплатить дань.

-- Свистунов, иди сюда. Ты посол Золотой Орды, в руках у тебя басма -ханская грамота с печатью. Ты уверен, что я стану на колени, смиренно возьму басму и заявлю о своей покорности хану. Не так ли?

-- Так! -- согласился Ромка Свистунов, надувая щеки и гордо вытягивая вперед правую руку.

Ах, напрасно не заглянул он в учебник -- знал бы, бедняга, что его ждет! Гелазония, словно коршун, выхватил невидимую грамоту и стал яростно топтать ее ногами.

-- Ступай и расскажи своему хану! -- кричал он обалдевшему Ромке.--То же будет и с ним, если не оставит нас в покое!

Он брезгливо отбросил растоптанную грамоту носком ботинка и стал рассказывать, как хан собрался отомстить русским. Уши ребят, как радиолокаторы, следили за полчищами ордынцев, руки сжимали под партами мечи, чтобы постоять за правое дело. Но сразиться не пришлось: хан помнил о Куликовской битве и не отважился вступить в бой с четвертым "А". Он отступил. И все же битва состоялась -- как только закончился урок.

-- Наша Команда, по коням! -- скомандовал своим друзьям Толя Гордеев.-Будем биться с "Могучей кучкой"!

-- Делать нам больше нечего,-- ответил Максим Дрозд.--Бейтесь головами об стенку.

-- Ага, научники, струсили! Окружай их, ребята! Налетим на них, аки соколы на стада гусиные!

-- Так нечестно! -- запротестовали научники.--Нас мало!

-- А вы Заеца возьмите. Он троих стоит, правда, Заец?

-- Ха-ха! -- заржала Наша Команда.

-- Неостроумно, Гордеев! -- поморщилась Колотыркина.

-- Ладно, давай попробуем,-- сказал Заец Максиму и влез ему на плечи, как в седло.

Навстречу им выехал сам Гордеев. Под ним был шустрый нехилый конь по фамилии Свистунов. Конь фыркал и строил соперникам рожи. Наша Команда покатывалась со смеху.

Саша покосился на Колотыркину: она смотрела на него с жалостью. Так смотрят на человека, которого ждет неминуемая гибель.

-- Подстелите Зайчику что-нибудь мягенькое, а то убьется! -- весело сказала Аня Кураго, первая красавица класса.

Гордеев, снисходительно улыбаясь, подъехал на Свистунове вплотную.

-- Не бойся, Заинька, я тебя больно не уроню.

Заец вздохнул, взял Свистунова под мышки и легким движением оторвал его от земли.

-- Мама! -- пискнул неприятельский конь.

Саша потряс его в воздухе вместе со всадником. Немного подумал, еще раз хорошенько тряхнул обоих и, не зная, что делать с ними дальше, поставил на пол.

Четвертый "А" онемел.

-- Ты что это? -- выговорил наконец Гордеев.--Ты где такую силу накачал?

-- Сам не знаю...-- смутился Саша.

-- Я понял! -- победно ударил копытом Максим.--Я все понял! Вы видели его справку? Он делает дома комплекс дыхательных упражнений!..

Большая перемена

На руке у Жоры Жука запикали японские часы, и вслед за ними зазвучал школьный звонок, объявляя большую перемену.

Гордеев достал из-под парты футбольный мяч:

-- Наша Команда, во двор!.. Вы что, оглохли?

Никто не обратил на него внимания. Мальчишки жикали, кричали "ку-ка-ре-ку!", хлопали руками, как крыльями.

-- Посмотри, Зая, правильно я делаю? -- спрашивал у Саши то один, то другой.

Самые нетерпеливые щупали бицепсы себе и друг другу:

-- О, кажись, уже больше!

Максим Дрозд пошел в медпункт и выпросил ручной силомер. Он хотел измерить силу каждого и записать ее в числителе дроби, а в знаменателе -"заечью силу". Получился бы интересный статистический ряд... К сожалению, из этой научной затеи ничего не вышло. Как только Саша сдавил силомер, стрелка выскочила за пределы шкалы, застонала, скрючилась и больше не двигалась.

Колотыркина, размахивая мокрой тряпкой, выгоняла мальчишек в коридор:

-- Пол помыть не даете! Саша, сдвинь парты!

В классе, кроме дежурных, остался только Жук. Он сидел за партой и ел булку с черной икрой.

-- Ты что, по-русски не понимаешь?

-- Отвяжись, Колотыркина. Когда я ем, я глух и нем.

-- Совесть у тебя есть?

-- А что это такое?

-- Ну и наглый же ты!

Катя замахнулась на Жору тряпкой.

-- Только попробуй, ударь! Мой папа твоему папе устроит!

-- Саша, ты чего стоишь? -- топнула ногой Колотыркина.--Мужчина называется!

"Эх, КУК не на том пальце! -- вздохнул Заец про себя.--Надо бы на храбрый надеть. Ну, да ладно..."

Он поднял двумя руками парту с толстым Жорой и вынес в коридор.

-- Ку-ка-ре-кУ! Привет Жуку! -- радостно закричали мальчишки.

А Кураго Аня отвела Сашу к окну и сказала медовым голосом:

-- Что ты нашел в этой Колотыркиной? Нос туфелькой, косичка хвостиком. Садись на следующем уроке со мной...

"Друзей не предаю!" -- ответил бы ей Саша, если бы КУК был на храбром, на указательном. Но кольцо пульсировало под полоской пластыря на среднем пальце, где просто сила.

-- Пересаживаться запрещено,-- вот и все, что сказал Заец в ответ. Даже не сказал, а промямлил с глупой улыбкой, противный сам себе.

-- Ну, смотри же, я больше не позову! -- пригрозила первая красавица. Ее голос был теперь похож на лук репчатый с перцем.

Она ушла к Гордееву.

Четвертый "А" старательно кукарекал. И вдруг все стихло: в конце коридора появился сам Диктор в сопровождении медсестры.

Диктором ученики называли директора школы: во-первых, на две буквы короче, а во-вторых, он выговаривал все слова громко и четко, как по радио. Он двигался по коридору торжественно, как линкор, помахивая чем-то голубым. Это был не флаг и не вымпел, а половина дневника. Саша понял, куда Диктор держит курс, и почувствовал себя маленькой дырявой лодчонкой.

-- Это что? -- проговорил Диктор, нависая над Заецом.

-- Полдневника,-- честно ответил Саша.

--А это что? -- задал Диктор второй вопрос, показывая искалеченный силомер.--Молчишь? Кто выбросил парту в коридор? Кто подбил весь класс кукарекать?

Вопросы падали тяжело и метко. Лодчонка молча пошла ко дну...

Антон Крушинский подозревает

"Отец срочно вызывается в школу в связи с безобразным поведением сына",

-- начертал Диктор в той половине дневника, где были четверг, пятница и суббота. А потом, чтобы Саша как-нибудь не схитрил, потребовал остальную половину и написал там острым беспощадным почерком: "Мать срочно вызывается в школу в связи с безобразным поведением ученика".

-- Поздравляю, Колотыркина! У вас завелся хулиган! -- сладко пропела Аня Кураго.--Теперь в соревновании твое звено пересядет с самолета на черепаху.

Катя гордо тряхнула косичкой:

-- Это мы еще посмотрим!

-- Правильно! -- закричал Ромка Свистунов.--Запросто выйдем вперед. Как нажмем по тимуровской линии!..

"Нажать" решили не откладывая. Сразу после уроков пошли к старику Бунимовичу: он был первым в тимуровском списке звена. Пошел даже Жук, которого раньше вечно приходилось упрашивать. После того, как Заец вынес его в коридор, Жора стал шелковым и все старался держаться к Саше поближе.

С утра подморозило, летели крупные снежинки. На побелевшем школьном стадионе десятиклассники играли в футбол.