Читаем без скачивания Двойная наживка - Карл Хайасен

– Мое имя Декер.

– Вы из Внутренней службы доходов?

Голос человека был глубоким и влажным, как грязь, скользящая вниз по стоку.

– Нет.

– Я не плачу налогов, – сказал Скинк. На нем был капюшон, хотя дождя не было, на носу солнцезащитные очки, хотя солнце уже зашло.

– Я не обращаю внимания на налоги, – заметил Скинк. – Не плачу со времен Никсона, проклятого вора.

– Я не имею отношения к правительству, – осторожно сказал Декер. – Я частный детектив.

Скинк хрюкнул.

– Как Барнеби Джонс, – осмелел Декер.

Скинк поднял ружье и прицелился в сердце Декера.

– Я плюю на телевидение, – сказал он.

– Забудьте, что я упомянул об этом, пожалуйста.

Скинк все не убирал ружья. Декер почувствовал бисеринки пота на затылке.

– Уберите ружье, – сказал он.

– Не уверен, – сказал Скинк. – Сегодня у меня есть настроение пострелять.

Декер подумал: «Такое мое счастье».

– Я слышал, что вы работаете гидом, – сказал он.

Скинк опустил ружье на долю дюйма:

– Работаю.

– По окуню, – сказал Декер. – По ловле окуня.

– Сто долларов в день, и никаких гвоздей.

– Идет, – сказал Декер.

– Будете звать меня капитаном?

– Если хотите.

Скинк опустил ружье. Декер полез в карман и вытащил из него стодолларовую бумажку. Он развернул ее, разгладил и протянул Скинку.

– Уберите. Заплатите, когда рыба будет у вас в лодке, – сказал Скинк раздраженно. – У вас такой вид, будто вы все еще хотите поговорить.

По какой-то причине в голове Декера все еще звучала партия банджо из «Деливеранс». Она становилась громче каждый раз, когда он бросал взгляд на лицо Скинка.

– Говорите, – сказал Скинк, – живо.

Он сделал движение и поставил ружье в угол стволом вверх. Потом снял солнцезащитные очки. Его глаза были зелеными, как вечнозеленые растения Скалистых гор. Спутанные и нахмуренные брови росли под углом, и это придавало его загорелому лицу выражение постоянного гнева. Декер подумал, на скольких постоянных клиентов может рассчитывать такой гид, как Скинк.

– Вы участвуете в рыболовных турнирах?

– Больше не участвую, – сказал Скинк. – Если вы по поводу турнира, то уберите свои проклятые деньги.

– Я охочусь за жуликами, – сказал Декер.

Скинк выпрямился так резко, что его пластиковый дождевик пискнул. Зеленые, как лес, глаза впились в Декера, в то время как он закусил свои усы и начал их жевать. Скинк глубоко вздохнул, и, когда его грудь наполнилась воздухом, он показался Декеру вдвое больше. Только, когда он встал на ноги, Декер увидел, какой махиной он был в действительности.

– Я голоден, – сказал Скинк. Он сделал несколько шагов к своему грузовику, остановился и сказал:

– Ну, Майами, пошли.

Когда пикап запрыгал по старой Мормонской Тропе, Декер спросил:

– Капитан, как вы узнали, откуда я?

– Стрижка.

– Настолько плохо?

– Заметно.

– «Заметно» – это было не то слово, которое Декер ожидал услышать из уст капитана. Похоже, этого малого нельзя было раскусить за день или даже два.

Скинк повернул свой грузовик на шоссе 222 и двинулся на юг.

Он ехал медленно, много медленнее, чем по Тропе. Декер заметил, что он сгорбился за рулем, как ястреб следя за дорогой через ветровое стекло.

– В чем дело? – спросил Декер.

– Тихо.

Машины и грузовики неслись со скоростью шестидесяти миль в час. Скинк едва ли делал двадцать. Декер был уверен, что они будут плестись в хвосте трактора-трейлера.

– У вас все в порядке?

– Плевать мне на транспорт, – сказал Скинк. Он сильно крутанул руль направо и съехал с дороги, затормозив на гравии. Декер не успел сообразить, что происходит, как верзила спрыгнул со своего места и ринулся обратно на дорогу. Декер увидел, как он схватил что-то на центральной полосе и кинул это через плечо.

– Что вы, черт возьми, делаете? – закричал Декер, но его голос потонул в реве проходящего мимо бензовоза. Он посмотрел в обе стороны, прежде чем затрусить через шоссе к Скинку на другую сторону. Скинк стоял на коленях рядом с толстым бесформенным холмиком серого меха. Декер увидел, что это был мертвый опоссум. Скинк провел рукой по его пушистому брюху.

– Еще теплый, – сообщил он.

Декер промолчал.

– Дорожное происшествие, – сказал Скинк, объясняя, что случилось. Он вытащил из-за пояса нож.

– Ты голоден, Майами?

Декер замялся:

– Как насчет того, чтобы остановиться где-нибудь. Я угощу вас ужином.

– Нет нужды, – сказал Скинк, и отпилил опоссуму голову. Он поднял тушку за голый хвост и прошествовал назад к грузовику. Теперь Декер понял причину, почему на нем был флюоресцирующий дождевик: шофер на большой скорости мог видеть Скинка за милю. Он выглядел, как неоновый йети.

– Тебе понравится вкус, – заметил Скинк, пока Декер влезал в грузовик и садился с ним рядом.

– Думаю, я обойдусь.

– Нет!

– Что?

– Мы едим оба, это сделка. Потом ты выметаешься. О рыбе поговорим в другой день.

Скинк туго натянул капюшон на голову.

– А после этого, – сказал он, включая зажигание, мы могли бы поговорить и о мошенниках.

– Так вы знаете об этом? – спросил Декер.

Скинк горько рассмеялся:

– Знаю, сэр, но лучше бы не знать.

Тучи насекомых вились, попадая в лучи фар и исчезая из них, когда грузовик прыгал по грязной дороге. Внезапно Скинк выключил фары и зажигание. Пикап остановился.

– Слушай! – сказал Скинк.

Декер услышал звук мотора. Похоже было на газонокосилку. Скинк выпрыгнул из грузовика и побежал к деревьям. На этот раз Декер не отставал от него.

– Я говорил мерзавцам, – сказал Скинк, задыхаясь.

– Кому? – спросил Декер.

– Я говорил им! – повторил Скинк.

Они вынырнули из-за сосен прямо к обрыву. И Скинк тотчас же присел на корточки. Под ними был маленький ручей, грязная колея шла параллельно более высокому участку земли у самой воды. На дороге подпрыгивал свет одинокой фары. Мотоцикл. Декер мог ясно его разглядеть. Урчание мотоцикла, напоминающее шум циркулярной пилы, то поднималось, то опускалось, когда он взбирался на холмы и съезжал с них. Скоро мотоциклист должен был оказаться прямо под ними. Декер увидел пистолет в правой руке Скинка.

– Что вы, черт побери, делаете?

– Тихо, Майами.

Скинк вытянул руку, прицеливаясь, Декер метнулся, но слишком поздно. Шум выстрела ударил ему в спину. Мотоцикл поскакал, как хромая лошадь. Мотоциклист закричал и перелетел через руль. Грязь выплеснулась из-под его задней шины, машина опрокинулась и, перелетев через парапет, с плеском упала в ручей, где мотор сразу заглох, пуская пузыри.

Наверху, на дороге, мотоциклист застонал, выбираясь из капустных листьев.

– Боже! – сказал Декер, тяжело дыша. Скинк заткнул пистолет за пояс штанов.

– Передняя шина, – сообщил он, чуть ли не улыбаясь. – Я говорил, что у меня настроение пострелять.

В хижине Скинк поджарил опоссума на открытом огне и подал его с гарниром из свежей кукурузы, листьев капусты и земляники. Декер старался сосредоточить свое внимание на овощах, потому что вкус опоссума был ужасен, не говоря о запахе. Декеру оставалось только поверить Скинку, что животное было свежим, а не лежало мертвым на шоссе несколько дней. Пока они сидели у огня, Декер думал, почему свирепые москиты набросились на него, в то время как Скинк казался нечувствительным к ним. Возможно, кровь капитана была для них смертоносной.

– Кто тебя нанял? – спросил Скинк, пережевывая мясо.

Декер рассказал ему, кто и почему.

Скинк перестал жевать и воззрился на него.

– Вы знаете мистера Голта? – спросил Декер.

– Я знаю многих.

– Дики Локхарта?

Скинк дочиста обглодал кость опоссума.

– Конечно.

– Локхарт – мошенник, – сказал Декер.

– Тепло.

– А что, есть кто-нибудь еще? – спросил Декер.

– Черт, конечно.

Скинк выкинул кость в озеро, где всплеск испугал утку-крякву.

– Еще, – пробормотал Скинк. – Еще, еще, еще.

– Расскажите об этом, капитан, – сказал Декер.

– В другой раз. – Скинк выплюнул что-то бурое в огонь и нахмурился, ни на что особенно не глядя. – Сколько тебе платят?

Декер с некоторой неохотой сказал:

– Пятьдесят кусков.

Скинк и глазом не моргнул.

– Недостаточно, – сказал он. – Давай, Майами, кончай свой чертов ужин.

4

Отт Пикни остановился перед мотелем на следующее утро около восьми. Он громко постучал в дверь Р. Дж. Декера. Шатаясь, Декер открыл дверь и впустил его.

– Ну, как дела? – спросил Отт.

– Ночь была оживленной.

– Он именно такой странный, как говорят?

– Трудно сказать, – ответил Декер. – Жизнь в Майами научила его тому, что он пересмотрел свои взгляды на вменяемость.

Отт сказал, что собирается на похороны.

– Тот бедняга, о котором я тебе говорил.

– Рыболов?

– Бобби Клинч, – сказал Отт. – Сэнди хочет выпустить воскресный номер газеты со слезливой фотографией на первой странице – это самое большее, что мы можем сделать для местного парня. Вы со Скинком отправляетесь за окунем?