Потом мы отправляемся туда, где река делает поворот и где глуби на ее не превышает 10 сантиметров. Это в получасе ходьбы. Ив несет свой крест (то бишь камеру для подводных съемок), Жак — свой (в виде камеры для наземных съемок), Бебер тащит ружье, а на мою долю достался рюкзак. Когда мы приходим на место, вид лососей, десятками идущих по потоку, радует сердца кинооператоров — как это прекрасно! Единственно, что раздражает, — полчища комаров назойливее обыкновенного… Чайка и несколько орланов прилетают специально, чтобы внести сумятицу в изумительную организованность работ, запланированных Жаком и Ивом.
Вечером — умеренный ужин: рис с консервами. Однако нам удается разжиться сахаром для кофе. Погода опять портится, и к тому же похолодало».
Все на озеро Фрезер
8 июля (Доминик Аррие)
«Подъем в 5.30. Сегодня мы присоединимся к Делемотту и Инносенти около озера Фрезер. Погода мерзостная, мелкий секущий дождь. Гидросамолет прилетает в 7.15. Первый рейс для транспортировки грузов и Жака. Второй круг (45 минут спустя) — мы летим втроем: Бебер, Ив и я. Место назначения — там, где нас ждут Бернар, вспухший от укусов насекомых, и Патрис, заросший бородой до глаз.
Мы со вкусом располагаемся в домике, построенном ДРОА у водопада, который лососи преодолевают с такими тяжкими муками. Трое лаборантов, живущих в этом домике, и гостеприимны, и симпатичны. Несмотря на то что мы вторглись к ним как оккупанты, солнечные ослепительные улыбки не сходят с их лиц… Они не перестают проявлять о нас заботу, ну а мы принимаем ее с королевским снисхождением.
Как раз в полдень один из нас замечает медведицу с малышом, которые продвигаются по противоположному берегу. Жак, Бебер и Бернар прыгают в зодиак и молча гребут по направлению к медведям. Они нагоняют зверей и снимают их с такого малого расстояния, как будто дело происходит в зоопарке, правда, риска здесь все же больше…
Плотный завтрак, и, представьте себе, на столе, да еще накрытом по всем правилам. После полудня — сплошная стена дождя: нечего и думать о работе. Вечером: бифштекс как подошва, но зато отменные кофе и сигары — вообще подобие королевской жизни. Игра в карты, чтение или письмо (по выбору), чтобы завершить день. Ночная симфония храпа».
9 июля (Патрис Инносенти) «Проснулись в 7.30. Погода серенькая, облачность низкая, мелкий дождь: судя по всему, не придется нам снимать прыжки лососей на водопаде реки Фрезер.
Слегка распогодилось в 13.30. Ив и Бебер уже приготовились нырять. Испытав немало трудностей при переходе через ложе потока, они в конце концов прыгают во вспененную воду, из которой вылезают час спустя… Ив с мрачным удовлетворением ставит нас в известность, что он вот-вот „сыграет в ящик“. Однако почти тотчас же он возвращается в воду, чтобы отснять вторую пленку.
В это время Жак предается радостям рыбной ловли на удочку: он утверждал, что добьется своего и вдобавок улучшит наши результаты. И действительно, несмотря на наши пессимистические прогнозы он добился успеха! На крючке, повиснув на спинном плавнике, бьется прекрасный большой лосось.
Остаток дня, как он прошел? Надоевшее всем приведение в порядок оборудования, зарядка батарей и т. д. Туда-сюда… На закуску — вытянуть ноги в пуховых спальниках и спать».
10 июля (Бернар Делемотт)
«Сегодня четверг, и у нас выходной, как у школьников. [9] В самом деле — пленка у нас на исходе. А кроме того — отвратительная погода, косой дождь и северо-восточный ветер до 10 узлов.
7.30 утра: попытка радиосвязи с „Калипсо“. Ноль. 8 утра: связь с кабиной подсчета; благодаря любезности ее сотрудников мы, может быть, получим необходимую нам пленку в 11.30. Бебер, Ив и я обходим озеро, чтобы выбрать наиболее интересные ручьи. Ив просто очарован видом песчаных проходов ручья Мидл и затишных мест в ручье Стамбл, где лососи мечут икру. Мы возвращаемся в 12.30, чтобы убедиться, что пленки все еще нет. Каникулы продолжаются. Наконец-то нам выпадает удача — сначала, в 16 часов, показывается солнце, а затем, в 17.30, появляется пленка. Часом позже все мы у подножья водопада.
В зодиак уже загрузились: Бебер с узкой железной полосой, Ив со своей 10-миллиметровкой, я сам, электрическое оборудование и не забудьте еще про кабель. Мы высаживаемся за 3,5 метра от водопада. Ив прыгает в воду, и его тут же сносит потоком, несмотря на два свинцовых пояса. Мы передаем ему третий и сами надеваем на себя подобные же грузы. Десятки лососей уже столпились на границе пены. Они „берут разбег“ и, используя водовороты, создаваемые падающей водой, буквально выскакивают из жидкой среды, в вершине этого белого занавеса, над которым им непременно надо пройти… Водопад очень высок, почти всех рыб он отбрасывает силой своего течения назад, на камни. Под водой зрелище еще более потрясающее.
Большой водопад и „лестница для рыб“ справа.
Мы окружены со всех сторон этими огромными существами. Форма тела их очень элегантна и соразмерна — синтез мощной мускулатуры и гидродинамического способа передвижения. У самцов голова имеет весьма впечатляющий вид, характерный для периода размножения: крючковидные челюсти, пригнутые друг к другу, как странный клюв, вооружены зубами… Рыбы уже имеют красную окраску; тело их покрыто глубокими шрамами, у некоторых содрана местами кожа и видна живая плоть. У других порваны плавники или поврежден глаз. Но все это неважно: вперед, всегда вперед, без устали, до самой смерти. Каждый лосось вновь и вновь стремится перепрыгнуть водопад, пробиться через бушующую поверхность воды, и опять его отбрасывает на острые скалы.
Я не мог удержаться и погладил на ходу нескольких патетических упрямцев…
Плотный и восхитительный обед, приготовленный хозяевами кабины подсчета. 23.30: всевозможные разнообразные храпы со всех сторон…».
Как преодолеть такое препятствие?
„Лестница“ для рыб
11 июля (Жак Ренуар) «Погода туманная, дождливая, невыносимо тоскливая. В принципе мы должны работать с тремя лаборантами ДРОА. В принципе…
Однако мы все же идем к водопаду, чтобы попытаться заснять (камеры у нас с собой, на всякий случай — будь что будет) морфологические изменения лососей, поднимающихся к местам размножения. Мы имеем возможность увидеть различные стадии их модификаций: у одних еще зеленовато-серая спина и серебристое брюхо, вторые уже начали краснеть, а у самцов рыло изогнулось, как два крючка (этих животных называют лохами), у третьих тело уже полностью приняло ярко-красный цвет, а голова приобрела прекрасный зеленоватый оттенок; рыло же, с выдающимися зубами, ужасающим образом гипертрофировано. По крайней мере по 200–300 лососей проходит через наши руки. Мы их ловим на удочку, а затем отправляем обратно в поток. Бебер пытается установить количество ран на теле рыб и их величину. Омер делает в основном крупные планы голов лососей. Доминик записывает звуки окружающей среды: шум падающей воды, шипенье электрических приборов и т. п.
