Алек представил их бездыханными, лежащими рядом и ощутил в душе ужасную пустоту. Во всей этой истории не имелось никакого смысла! Убийцы могли напасть на самого Алека с его сомнительными правами на титул и престолонаследие, но у отца была чистая кровь, а права являлись бесспорными.
— Если они в самом деле мертвы, — сказал он с трудом, — почему вы заботитесь обо мне? Я теперь ничто.
— Кое-кто может считать иначе.
Граф Фольгер передвинулся ближе к креслу главного пилота, глянул наружу и прошептал принцу на ухо:
— Императору Францу-Иосифу восемьдесят три года. Наступают беспокойные времена. Если он умрет, многие вспомнят о тебе.
— Да он сильнее всех ненавидел маму! Озаренный тускло-багровыми лучами восходящего солнца лес был уныл и однообразен. Алек снова зажмурился.
— Чего стоят клятвы, если…
Кабину тряхнуло так, словно земля решила сойти с орбиты.
— Я просто хочу вернуться домой.
— Не раньше, чем вы окажетесь в безопасности, юный господин, — сказал Клопп. — Мы дали клятву вашему отцу.
— Тихо! — воскликнул Фольгер.
Алек взглянул на него с изумлением и хотел было ответить резкостью, как вдруг граф с силой схватил его за плечо.
— Глушите двигатель!
Клопп послушно остановил шагоход. Рев «даймлеров» превратился в глухое ворчание и умолк. Кабина наполнилась шипением пневматики.
Стало тихо до звона в ушах, размеренные шаги штурмовика еще отдавались во всем теле. Сквозь смотровую щель было видно, что в лесу не шевелится ни единый лист.
Не пели птицы, не шелестел ветер — казалось, все снаружи замерло, удивленное внезапной остановкой машины.
Граф Фольгер прикрыл глаза.
Теперь и Алек почувствовал едва уловимую дрожь, идущую по корпусу шагохода. Приближался кто-то более крупный и тяжелый, чьи шаги сотрясали землю…
Граф потянулся и открыл верхний люк. В кабину хлынул поток света. Ухватившись за край, Фольгер выбрался наружу.
Земля снова содрогнулась. Лес зашевелился, затрепетал листвой, словно проснувшись. У принца вдруг похолодело в животе, как от сердитого отцовского взгляда.
— Ваше высочество, — окликнул его граф, — не хотите подняться ко мне?
Встав на кресло, Алек высунулся наружу.
Солнце ударило в глаза, заставляя зажмуриться. Рассвет окрасил небо в яркий оранжевый цвет. Штурмовик немного возвышался над молодым лесом, и горизонт казался безграничным — особенно после долгих часов, проведенных в тесноте шагохода.
Фольгер махнул рукой в ту сторону, откуда они приехали.
— А вот и ваши враги, принц Александр.
Прищурившись, Алек разглядел над кронами деревьев в нескольких километрах отсюда еще одну машину. Шесть ее циклопических ног передвигались размеренно и неторопливо, зато на верхней палубе, возле орудийных башен, люди кишели как муравьи. Мелькали сигнальные флажки. Вдоль борта гигантского шагающего корабля протянулась надпись: «Его Императорского Величества фрегат "Беовульф"».
![]()
Принц зачарованно следил, как огромная стальная нога выбирает место и опускается в лес. Спустя несколько долгих секунд затряслась земля, а вместе с ней деревья и корпус шагохода. Еще один шаг — верхушка высокого дерева закачалась и рухнула, сметенная поступью гиганта. На флагштоке над верхней палубой трепетало на ветру черно-бело-красное знамя армии кайзера.
— Германский сухопутный дредноут, — тихо сказал Алек. — Но мы ведь все еще в Австро-Венгрии?
— Да, — подтвердил Фольгер. — Те, кто желает хаоса и войны, охотятся за нами, ваше высочество. Вы все еще мне не верите?
«А что, если дредноут выслан мне на помощь?» — вдруг подумал Алек.
«Может, похитители все это время врали и родители живы? Если так — наверняка развернута поисковая операция с привлечением германских союзников! Иначе почему это железное чудовище оказалось на территории другой страны?»
Алек увидел, как дредноут медленно поворачивается к ним боком…
— Сюда! — закричал он, размахивая рукой. — Я здесь!
— Не трудитесь, ваше высочество, — мрачно хмыкнул Фольгер. — Они нас уже заметили.
Алек все еще махал рукой, когда вдоль орудийной палубы дредноута полыхнула цепочка вспышек, пороховой дым окутал башни корабля серым маревом. Звук пришел секундой позже — нарастающий грохот, сменившийся пронзительным визгом и ревом. Деревья вокруг пригнуло, штурмовик осыпало листьями. Через миг взрывная волна тряхнула шагоход, заставив его покачнуться.
Фольгер затащил принца обратно в кабину. Двигатели взревели, пробуждаясь к жизни.
— Орудие к бою! — прокричал Клопп в интерком.
Алек сам не заметил, как очутился в пилотском кресле. Штурмовик устремился вперед. Принц все еще воевал с ремнями безопасности, когда пальцы свело от ужасной мысли: если корабль кайзера попытался его убить, значит, все, что рассказал граф, — правда…
— Не обращайте внимания на их плохие манеры, ваше высочество! — крикнул сзади Фольгер, перекрывая рев мотора и грохот взрывов. — Это только доказывает, что вы все еще угрожаете престолу!
ГЛАВА 6
Второй бортовой залп дредноута ударил совсем близко. Фонтан щепок и гравия стегнул по корпусу, густое облако пыли ворвалось в смотровую щель. Алек принялся отплевываться.
— Закрыть заслонки! — приказал Клопп и выругался. Граф Фольгер снова занял позицию на краю люка; его ноги болтались у Алека над головой. Механик бросил извиняющийся взгляд на принца:
— Будьте любезны, ваше высочество!
— Конечно, мастер Клопп!
Алек отстегнулся от кресла и встал. Кабина так тряслась, что ему пришлось ухватиться за петли на потолке. Алек попытался повернуть заслонку смотровой щели, но ее заклинило. Принц навалился на ручку всем весом. Наконец бронированная пластина со скрежетом опустилась, сузив щель до нескольких сантиметров.
Снова ударил залп. Земля содрогнулась, и шагоход швырнуло вперед так, что тяжелый графский ботинок саданул Алека по затылку.
— Они нас все еще видят! — крикнул граф сверху. — Мы слишком высокая мишень!
Мастер Клопп щелкнул тумблерами, заставляя машину буквально присесть на корточки. Зеленые кроны грабов заслонили обзор. Штурмовик неуклюже продвигался вперед, раскачиваясь сильнее, чем прежде. Ботинки Фольгера снова закачались в угрожающей близости от головы принца, но Алек не обратил на них внимания: он как зачарованный следил за пальцами Клоппа, колдующими над контрольной панелью. Раньше принц представить не мог, что шагоход способен красться вприсядку! Ему просто не приходило в голову, что «Циклопу» придется от кого-то прятаться. Однако рядом с дредноутом огромная машина выглядела сущей игрушкой.
Тихо ругаясь себе под нос, принц до конца опустил заслонку смотровой щели и только собрался вернуться на место, как Клопп крикнул ему:
— Молодой господин, антенна!
— Да, конечно!
Радиоантенна штурмовика все еще маячила над лесом. Хуже того, на ее конце развевался личный штандарт эрцгерцога, но Алек понятия не имел, как ее убрать. Он растерянно огляделся. Надо было больше времени уделять механике, а не только пилотированию! Наконец принц заметил ворот позади аппарата беспроводной связи и устремился туда. Ботинок Фольгера снова отвесил ему пинка, на этот раз в плечо. Разблокированный ворот стремительно завертелся, и телескопическая антенна сложилась, щелкнув возле уха принца. Алек оглянулся на кресло пилота, но обнаружил, что левая смотровая щель все еще распахнута настежь. Он с трудом пересек скачущую кабину и принялся поворачивать рычаг заслонки.
Фольгер спрыгнул вниз, захлопнув за собой люк. На голову и плечи ему просыпался целый дождь грязи и щепок.
— Все, — сказал он. — Они нас не видят.
Еще один залп глухо громыхнул вдалеке, многократным эхом отзываясь в лесу. Деревья качнулись, броня загудела под ударом взрывной волны, но смотровые щели были накрепко задраены, так что в кабину просочилось лишь легкое облачко древесной трухи.
