негодование, срывая стоп-краном остатки страхов перед вампирами.
– Ты всё знал заранее, гнусный кровосос! Может быть, ты вообще всё это подстроил? – я вскочила на ноги, опрокинула стул, на котором сидела, и крепко упёрлась раскрытыми ладонями в стол.
Грохот от падения стула мгновенно, как по волшебству, выключил все разговоры в кофейне. Посетители разом повернули к нам головы. Где-то нервно звякнула упавшая ложка.
В наступившей тишине раздался звонкий хлопок в ладоши и весёлый голос бариста прокричал:
– Так! Кому кофе? За счёт заведения!
Посетители разом потеряли к нам интерес, и в кофейне снова повис привычный гул: тихие разговоры, шум кофе-машины, жужжание кофемолки и периодические хлопки холодильника.
Эмиль молча жестом приказал мне сесть и, цыкнув, закатил глаза.
– Ой, в ход пошли грязные обзывательства. Узнаю влияние друга Кудесника, – он помолчал, а потом добавил. – Я не знал. Но предполагал. Поэтому и подкинул идею про ссылку вашему совету.
С раздражением подняла стул и поставила его на место. Постояв рядом и получив ещё одно приглашение сесть, снова устроилась за столом. Сложила руки на груди, и, набычившись, уставилась на Эмиля.
– Да не дуйся ты! – махнул рукой Эмиль и принялся раскачиваться на задних ножках стула.
– Зачем? – спросила я.
– Затем! – рявкнул Эмиль, и в зале снова стало тихо.
Тут я представила, как наш разговор выглядит со стороны. Странно он выглядит!
В Многомирье информация о любых провалах распространяется быстрее, чем о победах. Так уж устроены иномирцы: смаковать чужие беды и неудачи интереснее, чем успехи. А значит сегодняшний аншлаг в кофейне – это заслуга моего здесь появления. Правильно сказал вчера Жужа: ссыльный некромант – это сенсация. Подобного случая никто и не припомнит на своей памяти, и вот она я собственной персоной, ругаюсь с вампиром. С вампиром! С существом, на которого даже смотреть-то многие опасаются. Но зачем весь этот цирк Эмилю?
– Твои знания и профессионализм нужны мне здесь. В Заповеднике. И нужны они мне так, чтобы все думали, что ты не работаешь на вампиров. Поэтому будь добра, изобрази на лице ярость и уйти, хлопнув дверью, – сказал Эмиль, когда посетители снова занялись своими делами.
– А? – с недоумением уставилась я на него во все глаза.
– Я отправлю следом за тобой Малинку. Она поможет тебе сориентироваться в городе, научит пользоваться телефоном и поможет с нужными покупками или что там тебе потребуется. Местных денег она тоже тебе на первое время даст. А вечером жди в гости, полюбуюсь на вас, голубков.
– Мы не… – начала возмущаться я.
– Я не знаю, какие тараканы сейчас правят в голове Кудесника. У него они слишком разнообразные, чтобы хоть что-то предполагать. Короче, жди в гости, а сейчас давай… хлопай дверью погромче.
Я встала. Взяла пустую чашку и размахнувшись с огромным удовольствием хряснула её об кафельный пол. Брызги и осколки красиво разлетелись во все стороны. В полной тишине я, чеканя шаг, прошествовала к выходу и со всей дури хлопнула дверью, практически срывая её с петель.
***
Злость ещё клокотала у меня в груди, и очень хотелось кричать, раздирая горло и выпуская наружу всё, что тщательно сдерживалось и скрывалось. Но я понимала, что если сейчас заору, то не удержу в узде магию, и она выплеснется вместе с эмоциями. На долю секунды поддалась порыву и даже представила, какие разрушения могут возникнуть вокруг, если не просто закричать. Если поддержать собственную злость боевыми направленными заклинаниями.
Я стала вспоминать и примеривать, какие заклятия подошли бы лучше всего, и за решением этой задачи не заметила, как эмоции выровнялись и улеглись, словно послушные дрессированные псы.
– Фирин! – окликнул меня незнакомый девичий голос.
Я развернулась, неосознанно принимая боевую стойку. Отпечаток только что проговорённых мысленно заклинаний, готовых к бою, всё ещё висел на кончиках моих пальцев.
– Э! Алё! Стоп, стоп! – хрупкая, как тростинка, девушка нервно рассмеялась и выставила вперёд раскрытые ладони.
Она резко остановилась в паре шагов и замерла.
– Я Малинка. Мы же виделись с тобой! Меня Эмиль послал. Помочь.
«Запрет», – мысленно приказала себе и втянула магию, успокаивая и убаюкивая её внутри.
– А ты опасное существо, Фирин. Да? – несмело улыбнувшись, сказала Малинка.
Она прекрасно видела все мои манипуляции и понимала их. И то как я развеивала не использованные заклинания, и то как восстанавливала ровный магический фон. Ждала. Только после моего кивка, она встрепенулась и подошла ближе.
В прошлый свой приезд в Заповедник я видела Малинку один раз, но тогда нам не удалось толком познакомиться. Всё происходило слишком быстро и только сейчас я поняла, что Малинка – второй бариста кофейни.
Мы стояли и смотрели друг на друга. Я в растерянности. Малинка настороженно.
– Меня зовут Фирин, – сказала, решив, что с чего-то надо начать разговор.
Малинка с облегчением выдохнула и открыто улыбнулась. «Какие у них с Даней одинаковые улыбки: счастливые и удивительно лёгкие», – неожиданно подумала я.
– А меня Малинка. Вот и познакомились, да? Мы с Даней в паре работаем, ну Даню-то ты знаешь, – она поравнялась со мной и заглянула в глаза. – Пойдём?
– Куда? —заторможенно уточнила я.
– Туда! – махнула рукой девушка.
Малинка походила на настоящую феечку. Она была такой лёгкой и воздушной, что казалось, подует ветер чуть сильнее, и улетит она с ним, счастливо хохоча и кувыркаясь в воздухе. Нежный шёлк зелёного платья обвивал её точёную фигурку. Роста она была невысокого, макушка едва достигала моего плеча, а в замысловато уложенных длинных волосах трепетали стрекозьи крылышки.
– А ты так с ними и ходишь? – указала я на крылья. – Не прячешь?
– Ой, да здесь никто не обращает на них внимание. Мало ли как я свою причёску украшаю. Вот рабочие крылья, их приходится прятать, да. Но я уже привыкла. В кофейне я и полетать могу, там не возбраняется, а в городе Феликс не разрешает. Хотя всем пофигу, правда. Ты, когда пообвыкнешься, по сторонам смотреть начнёшь, ещё и не таких фриков увидишь. И поверь мне, далеко не каждый странно одетый человек в этом мире – иномирец. Зачастую как раз наоборот – местный.
– Фриков? – не поняла я.
– Ну да. Такие чудаковатые, странно одетые люди. Выделяющиеся. Необычные. Ой, да сама увидишь, – Малинка уже совершенно без страха тянула меня куда-то вперёд по пустой улице.
– А ты давно здесь живёшь? – я прибавила шаг, чтобы идти вровень со своей спутницей.
– Давно, – помедлив, ответила Малинка. – Но не как Даня. Он-то здесь родился. Кто-то в его роду согрешил с нашими, может даже не в одном поколении, вот Даня и появился такой вот.
