ответ на него — никто!
— А если еще подумать? Очень-очень хорошо подумать и вспомнить, кто составлял тебе компанию с рождения?
— Эсса? — просипела я.
— Бинго! Но радоваться по данному поводу будешь потом. Сейчас у нас есть задачи поважнее. Дуй давай за деревья и снимай свой маскирующий артефакт.
— Зачем?
— Расскажу в процессе. Если хочешь спасти подругу и этого старого сморчка, то делай, что я тебе говорю.
Это был весомый аргумент, так что я развернулась и припустила в сторону лагеря, но затем запетляла и ушла в сторону. Туда, где растительность была погуще. Извлекла из-за пазухи маскирующий артефакт и деактивировала его.
Миг, и весь мир поплыл.
Изменились цвета и краски. Засияли всеми оттенками радуги энергетические нити, что пронизывали пространство. А главное — я снова отчетливо чувствовала кровь. Священную жидкость, хранящую столько тайн и загадок…
По плечам рассыпались алые локоны. А на руках вместо аккуратных розовых ноготков появились черные острые когти.
— Огонь! А теперь не пугайся, хорошо? — загадочно спросила внезапно заговорившая внутренняя сущность и… взяла контроль над моим телом! — Сейчас мы с тобой немного развлечемся и, заодно, спасем парочку жизней. Не то, чтобы мне этого прям сильно хотелось, но ради тебя я готова на подвиги!
С новой порцией загадочных слов я, то есть эсса в моем теле, рванула к барьеру. Туда, где копошились мертвецы. Где создания некромантов активно пытались расковырять нашу защиту и пробраться через нее. К слову, получалось неплохо!
— Какие активные, — хмыкнула эсса моими губами. — Смотри и запоминай, что мы сейчас будем делать.
Смотреть? Запоминать? Она серьезно⁈
11
Судя по всему — очень даже. Темная сущность, что столько лет была молчаливой тенью, внезапно обрела голос. И не просто голос, а силу и возможность управлять моим телом! Ни в одной книге я не читала о таком. Никогда даже не подозревало, что такое возможно. Однако здесь и сейчас эсса колдовала рядом с барьером, взывая к нашей общей силе — магии крови.
— Итак, небольшой экскурс в анатомию. В зависимости от того, как был создан мертвяк, он может быть низшей или высшей нежитью. Низшие, чаще всего, это полные трупы. Те, чьи души ушли за грань, оставив лишь физическую оболочку. Таких поднимают при помощи специального обряда и раствора, заменяющего кровь. Высшие же — действительно «живые» мертвецы. Этим еще при жизни вводят нервно-паралитический яд, который вводит жертву в состоянии летаргии. В этом состоянии им стирают память и внушают новые воспоминания, привязывая к воле хозяина.
— И что мне все это даст?
— Понимание, как уничтожить врага. Во всех них есть кровь или ее подобие. Да, мертвая. Да, грязная. Но мы умеем управлять и такой.
— Э-э-э…
— Я умею, а ты — научишься! Итак, кровь циркулирует по всему телу и отвечает за работу органов. Даже в условном мертвом теле, за счет чего мертвяки могут передвигаться и не коченеют. С ее помощью мы можем вывести из клеток воду, превращая кожу в пергамент.
— Для чего?
— Чтобы лучше горело, — зловеще прошептала эсса и… принялась на практике демонстрировать все сказанное.
Я с удивлением наблюдала, как и без того потрепанные мертвяки превращаются в ссохшихся мумий. Как высыхают на глазах, замедляя свое движение.
Как странно… Я всегда считала, что мертвяков поддерживает магия. Энергетические каркасы, возводимые в момент воскрешения. А оказывается, все гораздо проще. И сложнее, одновременно.
То, что мы делали, сжирало колоссальное количество энергии. Зато помогло ослабить врага и его активные действия по уничтожению барьера. Теперь мы точно дождемся помощь!
— А теперь мое любимое, — проурчала темная сущность и призвала изначальное пламя.
Настоящее изначальное пламя, которое лично я физически не могла призывать! Алый язычок вспыхнул на когтистых пальцах. Пару раз норовисто дернулся, а затем отправился в полет. Прямо в мертвяков.
Первый вспыхнул, как факел. Затем тот, что стоял рядом. Дальше и дальше, распространяя очистительный огонь на нового врага. На много нас не хватило, но сжечь первые ряды смогли.
Осталось продержаться совсем чуть-чуть. Я уже слышала крики боевиков и их топот. Сейчас как снесут барьер вместе с мертвяками…
— Поняла, что и как делать? — уточнила эсса, отслеживая хаотических движения сгорающих.
— Поняла…
— Отлично! Тогда ноги в руки и валим, пока нас не застукали.
Хорошая идея, если бы не одно «но»…
— Ну, здравствуй, красавица.
Эйдан Алмаз Драгоценный, левая Лапа армии
Я узнал ее сразу.
Алое пламя волос, рассыпавшееся по хрупким плечам. Тонкие черты лица, казавшиеся мраморным произведением искусства. И взгляд… О-о-о, этот взгляд черных, как сама тьма, глаз. Проницательный. Чарующий. И загадочный.
Хотя в прошлый раз мне показалось, что они серебряные.
Но, не важно. Здесь и сейчас это, определенно, была она.
Демора.
Сильная, судя по всему. Не многим в этом мире было под силу усмирить чужое проклятие. А она смогла. Выпила его и осталась жива. Совершила невозможное. И я очень хотел знать, как ей это удалось.
Я готовился бежать за ней по лесу. Догнать неуловимую беглянку, но, вместо этого…
— Здравствуй, сладкий пирожочек, — почти промурлыкала демора низким голосом с чувственной хрипотцой. От этих интонаций приподнялись все волоски на теле. И не только они. — Что ты здесь забыл?
Женщина изменила изначальную траекторию своего движения и направилась ко мне. Плавно и текуче, как настоящая дикая кошка на охоте.
— Пришел на помощь, — хмыкнул я, несколько сбитый с толку происходящим.
— Какой хороший мальчик.
Алые сочные губы растянулись в улыбке, и я поймал себя на мысли, что не могу от них оторваться. Что хочу прикоснуться. Ощутить их мягкость. Попробовать на вкус.
Мне нужна была эта женщина.
— Как приятно знать, что в этом мире еще остались рыцари, спешащие на помощь даме в беде. Ты ведь поможешь мне?
— Сделаю все, что в моих силах, — кивнул зачарованно, и сделал глубокий вдох, когда демора оказалась рядом.
Прижалась ко мне своим одновременно хрупким и таким сильным телом. Обвила руками шею, заставляя наклониться. Я подчинился. И продолжил жадно вдыхать ее запах.
Аромат раскаленной пустыни и сладких диких цветов.
Резкий и притягательный одновременно.
Превращающий кровь в лаву, а мысли — в кисель. Не женщина, а бомба замедленного действия!
— Это прекрасно, сладкий. То,
