с одним из таких ветрогенераторов располагался корпус подстанции, которая состояла из трёх энергоблоков. В первом располагался стандартный масляный трансформатор для преобразования токов и напряжений, под ним на отметке в минус три метра располагался аккумуляторный отсек, который служил для естественного накопления электроэнергии и временного питания систем станции в момент прекращения ветра и отсутствия вследствие этого вырабатываемой турбинами электроэнергии. Рядом с первым энергоблоком находился смежный третий энергоблок с основным дизель генератором, который запускался автоматически при существенном разряде аккумуляторов второго энергоблока и падении напряжения в сети. Его включением программно управляла интеллектуальная компьютерная система контроля над всей станцией, включая лабораторию.
Спустя тридцать минут после того, как Жерар Боссэ активировал лабораторию для того, чтобы провести тесты и калибровку аппаратуры, с одной из лопастей винта ветрогенератора, стоящего ближе всего к модулю подстанции, сорвался огромный кусок наледи, и подхваченный ветром со всей силы упал на крышу корпуса подстанции, которая представляла из себя обычный неармированный лист железа. При ударе ледяная глыба пробила его посередине и замкнула внутренние силовые цепи трансформатора, в результате чего в первом энергоблоке начался интенсивный пожар, раздуваемый ветром через получившуюся от удара по крыше брешь.
Жерар Боссэ сидел в операторской в большом кожаном кресле, комфортно откинувшись назад и развернувшись в нём спинкой к стене так, что над ним оказывалась единственная в лаборатории настенная фотография Марии Кюри, стоящей в профиль над пробирками с вытянутой вперёд правой рукой держащей перед собой небольшую химическую колбу, в левой руке она держала другую большую химическую колбу. Под фотографией каллиграфическим почерком располагалась объёмная надпись на французском языке:
«Un peu de foi éloigne de Dieu, beaucoup de science y ramène.»
(«Ан пэ ду фуай эльван дэ дью, бокуп дэ сёнсэ хамэн.», «Немного веры отдаляет от Бога, много науки возвращает к нему.»)
В момент, когда в опытно-экспериментальном блоке Патрик Томази тестировал после смазки прецизионных шарниров крайние положения роботизированного манипулятора вакуумной экпериментальной камеры для проведения особо опасных опытов, в электросети произошёл мощный скачок энергии так, что из электрощита на стене в операторской посыпались искры. Манипулятор резко ускорил свой поворот и с силой ударил в стеклянную стенку камеры, разбив её и оборвав микронити контроля герметичности камеры. По всей лаборатории мгновенно выключился свет и тут же по периметру стен включились автономные противопожарные светильники. Компьютеры до момента отключения успели зафиксировать разрушение экспериментальной камеры в режиме активной лаборатории и включили режим «Тотальной дезинфекции». Вместе с автономными светильниками в некоторых местах на стенах начали мигать автономные маяки жёлтого цвета с характерным зелёным значком «Biohazard», издавая противный пульсирующий звуковой сигнал с периодическим предупреждением «Внимание Биологическая Угроза!». Компьютеры выключились.
— Это что ещё за хрень! — спохватился Жерар и схватился за рацию, — Эрик! Эрик! Ты слышишь меня?! Приём!
Он повторил это ещё несколько раз, но никто не отвечал.
— Чёрт! Базовую станцию вырубило! — с досадой выругался Жерар и начал нервно стучать по клавишам погасшего компьютера и кнопкам пульта.
Никакого эффекта достигнуто не было, тогда он кинулся к обсервационному стеклу и, ударяя в него, закричал:
— Выходите оттуда немедленно!!!
С той стороны в пульсирующем от аварийных маяков полусумрачном свете, стояло шесть человек его команды с совершенно ошеломлёнными и растерянными лицами. Жерар побежал в дезинфекционную камеру к раздвигающимся дверям входа в опытно-экспериментальный блок, но гидравлику, которая смыкала их створки для возможности герметизации, застопорило от скачка напряжения в положении, при котором между ними оставалась щель, шириной всего десять сантиметров. С другой стороны тут же подбежали находившиеся внутри блока Жан, Филипп, Патрик и Николя. Они схватились за резиновые уплотнения краёв дверей снизу и сверху двумя руками и начали с силой раздвигать их в стороны, но видимого эффекта это не дало, — необходимо было нарушить контур гидравлической системы, а она была зашита внутри алюминиевых панелей стен дезинфекционной камеры.
— Что с компьютерами!? Почему не включается аварийное питание?! — крикнул Патрик.
— Не знаю! Наверно от замыкания произошёл программный сбой в управлении вспомогательным генератором! — тут же ответил ему Жерар.
— Но ведь питание должно было придти из аккумуляторного блока!
— Наверно там пожар! — закричал Жан, — надо скорее предупредить Эрика, иначе мы рискуем остаться без электричества и замёрзнуть здесь! Жерар, ты должен идти и предупредить его! Скорее!
— Сколько осталось времени до выброса «D-31»?! — громко спросил Николя.
Вдруг Жерар с ошеломлённым лицом начал пятиться назад и смотреть на часы, в ужасе провожая своих подчинённых взглядом. Только он в этот момент внезапно осознал присутствие здесь собственной неизбежной смерти. Дело в том, что основную дверь в лабораторию из камеры контрольного биоанализа в коридор выхода на станцию в условиях отсутствия электроэнергии можно было герметично закрыть только изнутри лаборатории тем самым большим никелированным штурвалом. Перед тем, как её открывали снаружи с помощью автоматики, набирая код на пульте допуска, система каждый раз проводила анализ внутренней атмосферы для предотвращения выхода возможного заражения за пределы исследовательского корпуса. В случае же отсутствия такой возможности разблокировать дверь вручную снаружи было невозможно, так как степень опасности заражения в этом случае была не определена.
— Четыре минуты! — громко произнёс он, — уходите в изолятор! Немедленно!
— Ты тоже уходи! — прокричал Николя, уводя с собой Вивьен и Бенедикт в противоположную сторону опытно-экспериментального блока.
В этот момент взгляды Жана и Жерара пересеклись. Жан на секунду поймал то самое фатальное настроение Жерара и осознал степень безысходности, в которой сейчас находился его патрон.
— Что ты собрался делать?! — заорал он в явном психическом перенапряжении.
— Уходите! — громко крикнул Жерар с резкой строгостью в голосе.
Жан был самым высоким и сильным из всех мужчин в команде, он схватил блестящий красный баллон огнетушителя, стоящий рядом с выходом и начал со всей силы интенсивно бить им в середину края одной из заклинивших створок дверей, пытаясь экстренно выдавить необходимое пространство для того, чтобы человек мог пролезть сквозь него, но даже на первый взгляд это выглядело сомнительным решением в сложившейся ситуации.
Жерар бросился к выходу из лаборатории на станцию, а остальные поспешили к камере аварийного изолятора в другом конце зала. Жан, уже покраснев от нагрузки, продолжал упорно бить по створкам дверей, на его лбу начал выступать пот.
— А разве он должен сработать, если нет электричества? — спросила по пути Бенедикт, подразумевая режим «Тотальной дезинфекции».
— Конечно! — отвечал Патрик, запыхавшийся от тщетных попыток разблокировать двери, — это пружинные механические затворы на баллонах, наподобие спусковых механизмов гранат. В момент срабатывания системы, компьютер посылает сигнал на электромагнитные соленоиды, которые выдвигают стопорные стержни затворных механизмов. Эта система разработана из расчёта на
