За дверью давно всё стихло, лишь антикварные часы продолжали ровно постукивать, разделяя день по маленьким мгновеньям.
Простояв так ещё несколько минут, Дженевьева опустила своё тяжеловесное орудие для кухонных поединков.
– Давай откроем. – прошептала рыжевласка, взглянув на Натали умоляющим взглядом, полным тревожного нетерпения.
– Я открою, а ты…
– А я тебя прикрою. Знаю, знаю. – перебила свою подругу Нат, энергично кивая головой в знак одобрения.
Дженевьева осторожно повернула дверную ручку, и, одним резким движением, распахнула настежь заветную дверь. Их встретила серая, совершенно обыденная пустота пыльного чулана. Источник шороха и таинственного бормотания успел испариться не оставив, на первый взгляд, и мельчайшего намека на свои недавние проделки.
– Посвети мне чем-нибудь. Мне кажется, я кое-что заметила. Вот тут, на стене… Чуть выше и правее… – выпалила на одном дыхании, предвкушая и сгорая от нетерпения, огненно-шевелюрая хозяйка квартиры, заметив кое-что на противоположенной стене полуосвещённой комнатушки.
Освещая телефонным фонариком заднюю стенку чулана, подруги в один голос прочли оставленное корявым почерком таинственное послание: «Опасность грядёт – вот тут спасительный вход.»
Подруги многозначительно переглянулись. На мгновение им показалось, что в комнате стало чуть холоднее обычного. Или же это загадочное предупреждение об опасности вызвало самопроизвольную дрожь, облачая молодых девушек в кожу старых щипанных гусей.
Тряхнув огненной копной непослушных кудрей, будто стряхивая с себя мимолётное наваждение, Джи дотронулась до надписи на стене. Стена была холодной, пыльной и твёрдой.
– Может быть поищем что-нибудь про надписи на стенах в книге? Вдруг хоть рисунок какой встретится или портрет этого любителя расписывать чужие стены. Не хочется мне тут надолго застревать. Особенно рядом с обещанием грядущей опасности. – пробурчала Натали, запихивая телефон обратно в карман спортивной майки.
– Отличная идея! – не раздумывая согласилась Дженевьева, опасливо поглядывая на неровную цепочку корявых букв.
– Надеюсь тот, кто это написал, сегодня уже не появится. Я чувствую, что у меня уже перенасыщение необъяснимыми явлениями. Мои бедные нервы не вынесут чего-то большего… Оххх. – проговорила долговязая брюнетка, картинно прикладывая руку ко лбу.
– Хах, перенасыщение! Я уверена, что это только начало. У меня уже давно это предчувствие – будто что-то должно было произойти. Я просто не хотела ни с кем делиться. Все-таки, ощущение потусторонних сил у нас не особо приветствуется. Особенно организациями со строгим режимом и обязательным приёмом седативных препаратов.
– Вот вам и лучшая подруга. – выпалила Нат, демонстративно надув губы и упиревшись руками в бока.
– Нат, я просто не хотела выделяться таким образом. С меня итак странностей хватало. Представь, если бы я тебе рассказала о своих необъяснимых приливах предчувствий необъяснимого. Ха, каламбур получился. Ну так вот, представь. И что бы ты сделала? Как отреагировала? Я тебе скажу как: первое, – ты бы мне не поверила, второе, – ты бы посоветовала обратиться к специалисту по тарелочкам. Или третье, самое худшее, – ты бы рассказала тёте Анджеле и у меня бы начались серьёзные проблемы. Нам и сейчас никто и ни за что не поверит!
– Ты ими прямо таки фонтанируешь, особенно в последние двадцать четыре часа: странные голоса, странные сны… – слегка дразнящим тоном проговорила Натали, многозначно приподнимая левую бровь.
Пролистав всю книгу, девочки не нашли ни одного изображения, хоть как-то отдалённо напоминающее их чуланные события. В основном рисунки отображали действия с участием различных мифологических персонажей. Некоторые расписывали военные действия, где тёмная армия противостояла армии сверкающих серебром рыцарей. Часто попадались изображения таинственных обрядов, церемоний, проводимых в невероятной красоты залах. Участники пестрили красочными одеждами, а их лица колоритным разнообразием. Казалось, будто мир сказок братьев Гримм восстал с печатных страниц, заполонив собой параллельную реальность. А волшебная книга, будто дверной глазок, давала возможность украдкой подсмотреть за ни о чём не подозревающими персонажами, на миг застывшими в своём волшебном мире.
Из всех книжных героев, особенно выделялись двое – рыжеволосая девушка в красном и тёмная фигура в плаще, держащиеся за серебряный кубок. Девушка в красном была точной копией хозяйки полной волшебных событий квартиры.
Золотой солнечный диск медленно скатился к горизонту. Вечерело. Весь день девушки бороздили просторы интернет пространства, в поисках сведений о реальной магии, волшебных книгах и доказательств существования потустороннего мира. Время просочилось, как сквозь пальцы песок – солнечный свет сменился лунным.
Так, ничего стоящего внимания и внушающего доверия не обнаружив, подруги приступили к сборам на запланированное вечернее Бродвейское шоу. Дженевьева выбрала кирпично – оранжевого цвета шёлковое платье, под цвет огненной шевелюры. На миниатюрные ступни скользнули изящные босоножки на удобном толстом каблучке. Волосы плавно ниспадали мягкими волнами свободно на плечи.
Натали переоделась в кожаные брюки и чёрный топ. У Джи всегда хранилась её запасная одежда на непредвиденный случай.
Книгу они решили с собой не брать, не уверенные до конца, что все возможные метаморфозы на сей день с ней окончены.
Как только входная дверь затворилась, в квартире воцарилась тишина. Но ненадолго… Через минуту в чулане раздался характерный шорох. После непродолжительной возни, злополучная дверь чулана распахнулась.
– А-апчи! – раздалось из пыльной темноты.
– Да тихо ты, итак уже перепугал всех вокруг! – послышался явно раздражённый женский голос.
– Говорила же, не ешь смыржичков, у тебя на них аллергия! – продолжила всё та же ворчливая дама:– Отдай свой платок!
– Но он у меня последний. – жалобно протянул мужской голос.
– Наша задача важнее, чем твоя бестолковая голова и твой бестолковый нос! Дай сюда платок сейчас же!
Возня продолжилась ещё несколько минут.
– Всё, стену почистили, следы замели… Теперь за главное – за книгой. – прокряхтела уже более спокойным тоном неизвестная дама – явный лидер в этом странном союзе.
Через мгновенье из чулана вышла низенькая, пухлая женщина с удивительно длинными и острыми ушами, и таким же длинным и острым носом. Несмотря на свой малюсенький рост, дама была полна важности и уверенности в себе. К тому же, она явно отличалась особым вниманием к своему внешнему виду – на её морщинистых веках красовались тени всех возможных оттенков, губы, подведённые по контуру чёрным карандашом, блестели ярко красной помадой, а длиннющие когти пестрели яркими красками, гармонично сочетаясь с радужными веками. Её пёстрый наряд, украшенный бесконечным множеством кружевных цветочков и бусинок, был настолько нагружен, что сковывал движения отчаянной длинноносой модницы. На длинных корявых пальцах тесными рядами сидели золотые и серебряные кольца, короткая морщинистая шея прогибалась под тяжестью свисающей золотой цепи.
Следом, как бы нехотя, плёлся, такой же коротенький, длинноносый и длинноухий мужчинка – на этом всё сходство, в общем-то, и заканчивалось. Мужчинка был абсолютной противоположностью своей величественной спутницы – тощий, сгорбленный, ничем особо не примечательный и не выделяющийся, с выражением глубокой скорби и многовекового мученичества на лице. Лишь постоянный чих тощего мужичка напоминал о том, что он ещё тут, что он ещё жив и шествует неукоснительно следом за своей шефиней.
– Ну, где ты там плетешься, помоги мне! – проворчала блестящая дама.
– Щас, щас, дорогая! – поторопился ответить мужчинка.
Более не медля, он подскочил поближе, подсадил спутницу на плечо, и кряхтя и трясясь от непосильной ноши, приподнял её к самой поверхности кухонного стола.
На удивление ловко, для своих тучных форм и неудобного костюма, дама вскарабкалась на стол, и, подтолкнув книгу к краю, скинула её на пол. Всё так же ловко, она спрыгнула сначала на хрустнувшую от тяжести спину дохляка, затем на пол.
Вдвоём, ухватившись за края книги, парочка, кряхтя и перебраниваясь, приволокла магический раритет к чулану.
Перед самым входом они остановилась передохнуть.
– И как они могут жить в такой чистоте! Фу, какая мерзость! – дама обвела брезгливым взглядом квартиру Джи.
– Она же не виновата, что они решили покончить с нами. Вот если бы она только была с нами… Тогда… – дохлячок не успел договорить.
Строгий взгляд дамы красноречиво говорил, что столь продолжительных инсинуаций от него не ожидается.
