Видимо, «Отис». К лифтам фирмы «Отис» у Ивана было стойкое отвращение. Они начинали подъем и останавливались с такой скоростью, что к горлу подкатывал комок. Тошниловка, а не лифт.
Двери разъехались. Зашуршал под ногами ковер. Сразу из лифта – и ковер. Кто-то сильно любил восточные традиции.
Коридор, поворот, дверь, снова дверь.
Мешок сорвали с головы, и в глаза ударил свет от большой сияющей люстры.
Помещение напоминало антикварный магазин. Оно было заставлено старой мебелью на гнутых ножках, бронзовыми и мраморными статуями, витринами с разложенной под стеклом мелочевкой. По стенам были развешаны картины старых мастеров вперемежку с рыцарскими мечами и мушкетами. В дальнем углу высился вычурный книжный шкаф, заполненный потемневшими фолиантами.
Впереди был массивный стол из красного дерева с покрытой зеленым сукном столешницей. Дополняли картину гигантский письменный прибор из темного мрамора и лампа с зеленым плафоном, будто спертая из музея В.И. Ленина.
Иван не выдержал и рассмеялся.
Хозяин стола, помещения и стоящих рядом амбалов удивленно поднял брови.
– Рад, что вы в хорошем настроении, Иван Петрович, – вежливо сказал он.
– Извините. Просто не ожидал увидеть эту… выставку.
– А что ожидали? Заброшенный сарай? Склад? Гараж?
– Что еще ожидать, когда тебя хватают на улице и засовывают в машину с мешком на голове? У вас странный метод приглашать к себе в гости, господин Воронцов.
Сложно было не узнать эту вальяжную физиономию, которая часто светилась на местных телеэкранах лет пятнадцать назад. Местечковый олигарх был одет в бордовый домашний халат с золотыми вензелями. Глаза отпетого сидельца сильно контрастировали с антикварным окружением.
Воронцов махнул рукой, и притащившие Ивана амбалы исчезли.
– Метод может и странный. Зато очень быстрый и надежный. Если бы я вам прислал официальное приглашение, вы бы приехали?
Иван подумал.
– Возможно. Дня через два.
– Вот видите. А у меня дело срочное. Безотлагательное. Да вы не стойте, Иван Петрович, присаживайтесь, – Воронцов указал на кресло у стола. – Может хотите выпить? Коньяк, скотч, бурбон? Что предпочитаете?
– Самогон.
– Увы, не держим. Налейте себе скотча. Тот же самогон, только лет на двадцать постарше.
Иван подошел к столику с десятком бутылок, плеснул в стакан что-то темное, из самой простой бутылки, и сел в кресло.
– Так чем могу быть полезен?
– Вопрос не в том, чем вы можете быть полезны, а как будете долг отдавать?
Иван с удивлением посмотрел на него.
– Долг? И когда я вам успел задолжать? Мы с вами даже ни разу не встречались.
– Со мной не обязательно встречаться, чтобы задолжать. Но вчера вы не встретились с моим человеком. И человек пропал. И теперь то, что должен был сделать он, должны сделать вы, – Воронцов наклонился через стол и зло прищурился. – Понимаете?
– А, – протянул Иван. – Значит, Бергер работал на вас.
– Скажем так, я дал ему задание, которое он не выполнил.
– Я не был обязан с ним встречаться. Какой же это долг?
– Неважно, что считаете вы. Главное, что считаю я. Бергер помогал вам в дрязгах с сектантами. Вполне логично, что он рассчитывал на вашу помощь. И я тоже на нее рассчитывал.
– Первый раз слышу о том, что вы на меня рассчитывали.
Воронцов всплеснул руками.
– Ну что вы как маленький. Любые услуги должны быть оплачены. Даже если они не оформлялись договорами и актами выполненных работ.
Иван рассмеялся.
– Вы сейчас напоминаете носильщика на индийском вокзале, который хватает без спроса чемодан, а потом за это требует деньги.
– Каждый по-своему зарабатывает.
Воронцов достал из ящика папку с бумагами и двинул ее через стол.
Это были распечатки старых сканированных фотографий. Несколько плотных листов с изображением какой-то древней книги в разных ракурсах.
– Что это? – спросил Иван.
– То, что искал Бергер и то, что должны будете найти вы. Старая книга. Рукописная. Называется «Целебник, или Тайные писания». Создана в семнадцатом веке в одном экземпляре, хранилась у старообрядцев в керженских скитах. Примерно сто лет назад исчезла, осталось только несколько фотографий, сделанных в начале 20 века. Вы видите их копии.
– Я слабо знаком с этой темой. Поищите другого специалиста.
– И вам не хочется узнать, что связывает эту книгу и то… что вы ищете?
Иван напрягся.
– Откуда вам знать, что я ищу?
– Ну, Иван Петрович, дорогой. Вы же журналист, хоть и бывший. Не надо считать собеседника идиотом. Если вы здесь, значит что-то я про вас знаю. Бергер опять же не просто так вам письмо написал. У меня, – Воронцов неопределенно махнул ладонью, – целое досье на вас имеется. Весь трудовой путь, можно сказать. И вся ваша семейная трагедия тоже.
– Польщен вниманием, – сухо сказал Иван, – но лучше не трогайте мою семейную трагедию.
Воронцов примирительно поднял руки.
– Хорошо. Не буду. Я просто хочу, чтобы вы поняли. У нас с вами общие интересы.
– Тогда вы наверняка мне прямо сейчас расскажете, что общего между вашей книгой и моей семейной трагедией.
– Увы. Не могу. И не потому что не хочу. А потому что не знаю. Вся информация была у Бергера. А он пропал. Найдите Бергера, найдите книгу, и все узнаете.
У Воронцова были мертвые глаза человека, привыкшего ходить по трупам. Иван знал о нем не очень много. Начинал в 90е сборщиком дани. Быстро поднялся, наложил лапу на десяток предприятий и стал одним из богатейших людей области. По слухам, причастен к устранению нескольких конкурентов и поджогам частных домов для расчистки земли под свои девелоперские проекты. Когда в конце 2000х из Москвы прислали на губернаторство «варяга», быстро понял куда ветер дует и скинул проблемные активы. С тех пор не светился.
Иван вздохнул и посмотрел на распечатки.
Их было штук десять. Книга сверху, книга сбоку. Снимок с торца. Крупно – одна из металлических застежек, покореженная, словно ее пытались взломать. Обложка, на которой нет ничего, кроме почерневшей потрескавшейся кожи. И три разворота, заполненных размашистым рукописным текстом с рисунками трав и какими-то непонятными узорами по краям. Нет даже титульного листа.
– Зачем она вам? – спросил он.
– Это неважно. Считайте, что на нее есть заказ от одного из московских коллекционеров. Антиквариат. Очень ценный.
Иван пожал плечами.
– На мой взгляд, стандартный допетровский сборник рецептов и описаний лечебных растений. Таких пара сотен сохранилась. В чем его ценность?
– Рассказывают, что именно эта книга помогла местным старообрядцам пережить эпидемию гриппа сто лет назад. Сами понимаете, сейчас это актуально.
Иван хмыкнул.
– Только не говорите, что верите в эту собачью чушь.
– Неважно, во что верю я. Главное, чтобы клиент верил. А клиенты иногда в такое верят, что начинаешь волноваться за
