понятно, старые запасы закончились.
Чего я не обнаружила, так это колбас и сыров. И никакого мяса. Впрочем, для ужина мне хватит и того, что есть.
В доме стояла печь, но использовалась она для отопления. Для приготовления пищи на кухне имелась угольная плита с удобными конфорками, духовкой и баком для нагрева воды. Рядом с ней я нашла ведро с углем и небольшую кочергу. В кухонной утвари недостатка не было.
Поразмыслив, я остановилась на творожной запеканке. Ее можно подать со сметаной, медом и вареньем. А еще можно сделать яблочный мусс. В саду я видела яблони, для мусса хватит несколько плодов из падалицы.
Я тщательно вымыла руки, надела фартук и платок. Их я нашла в шкафу и посчитала чистыми. Первым делом оттерла стол, мало ли что на нем до меня делали. Потом растопила плиту.
В скиту я долго помогала на кухне. Поначалу мне поручали заготовку продуктов или мытье посуды, но постепенно я училась резать овощи, шинковать капусту, разделывать мясо. Я следила за процессом готовки разных блюд, и как-то незаметно набиралась опыта.
Ничего сложного. Творог протереть через сито. Разбить яйца, разделяя белки и желтки. В творог вмешать желтки, добавить капельку ванили, изюм, цукаты, мелко порезанную курагу. Взбить белки, и аккуратно вмешать их в творожную массу. Переложить все в форму, отправить в духовку.
Афанасий давно вернулся. Краем глаза я заметила, что он застыл у порога и внимательно за мной наблюдает. Не доверяет? Ничего страшного, работа у него такая, о хозяине заботиться.
Управившись с запеканкой, я хотела выйти во двор.
- Далеко собралась? – окликнул меня Афанасий.
- Яблок набрать. Можно?
- Я принесу, - ответил он. – Сколько надо?
- Если падалица, штучек десять.
К несомненным преимуществам этой кухни я отнесла наличие водопроводной системы. Это ж как удобно, что воду ведрами таскать не надо! И посуду можно помыть сразу.
- Пахнет вкусно, - сказали у меня за спиной. – Но выпечку я не ем.
- Ой! – Я чуть не подпрыгнула от неожиданности. – А почему?
Владияр Николаевич остановил коляску у стола и смотрел на меня с каким-то хищным любопытством.
- Не люблю, - ответил он. – Задание ты провалила. Хочешь остаться в доме?
- Конечно, хочу.
Он повернул голову к окну. Сквозь мутное стекло можно было увидеть Афанасия, собирающего яблоки в небольшую корзинку.
- Принеси водки, - сказал Владияр Николаевич. – Или самогону. Так, чтобы он не видел.
Он махнул рукой в сторону Афанасия и положил на стол деньги.
- На литр хватит. Остальное себе забери. Справишься, оставлю в доме.
Я сглотнула. Получить место экономки хотелось сильно. Да чего там! Я даже на подлог пошла, чтобы добиться желаемого. Дом мне уже нравился. Кухня удобная, чистоту навести не сложно. Природа вокруг чудесная, воздух вкусный. Тут даже лучше, чем в ските.
Но покупать хозяину выпивку…
Нет, на пьяницу он не походил. Может, потому что Афанасий оберегал его от спиртного? Интересно, как давно хозяин в инвалидном кресле? Навсегда или временно? Афанасий ничего не успел рассказать.
- Нет, я не буду этого делать, - ответила я. – Это не входит в круг моих обязанностей.
- Уволю, - пообещал Владияр Николаевич невозмутимо.
Странно, что уволенные им девушки, по словам работников агентства, не жаловались на то, что их отправляли за водкой. Так, может, их выгоняли за то, что они приносили хозяину спиртное?
- Совести у вас нет, - брякнула я. – Стряпню мою не попробовали, а увольняете за то, что я отказываюсь идти за водкой? А вам можно пить, Владияр Николаевич?
- Нельзя, - произнес Афанасий, заходя на кухню. – Категорически.
- Что и требовалось доказать, - удовлетворенно заключила я.
- Я не буду есть пирог… - Взгляд Владияра Николаевича упал на корзинку в руках Афанасия. – С яблоками.
- И где вы его увидели? – Я всплеснула руками. – Афанасий, прошу прощения, но я не люблю, когда мне мешают готовить!
- Чайник поставь, - сказал он мне. – Лучше бы самовар, но это попозже. Владияр Николаевич, я вам чаю заварю.
- И деньги свои заберите, - добавила я.
Деньги взял Афанасий. Он ушел вместе с хозяином, но вскоре вернулся. Я успела помыть яблоки и села за стол, чтобы их чистить.
- Ты молодец, - сказал Афанасий, достав коробочку с чаем. – Не поддалась искушению.
- Вы не говорили, что нельзя, - напомнила я. – Так это была проверка?
- Только с моей стороны, - признался он. – Хозяин… всерьез.
- Но он не похож на пьяницу.
- Потому что я не позволяю ему напиваться.
- Он хочет о чем-то забыть? Или испытывает боль? – Я не удержала любопытство в узде. – Вы не расскажете, что с ним?
Афанасий ополоснул кипятком заварочный чайник, отмерил несколько ложек чая.
- Полагаю, хочет забыть. Но это невозможно. Алкоголь убьет его, а не поможет.
На поднос он поставил чайную пару – чашку и блюдце.
- Ты, правда, ничего не слышала о генерал-майоре Юрьевском? – спросил Афанасий.
- Я в скиту жила, - вздохнула я. – Туда новости, если и доходили, то с опозданием. Да и то…
- Так тому происшествию уж несколько лет. Пожалуй, оно раньше случилось, чем ты сына родила.
- Тогда понятно, отчего не слышала, - кивнула я. – Мне тогда вовсе не до новостей было.
- Чай отнесу, вернусь, - сообщил Афанасий.
Не появлялся он долго. Я успела почистить яблоки, порезать их и притомить на огне с небольшим количеством воды. Не дожидаясь, когда полученная яблочная масса остынет, добавила в нее немного манной крупы и взялась за венчик.
- Дай сюда. – Вернувшись, Афанасий отобрал у меня миску с яблочной смесью. – Там у тебя что-то горит.
- Ничего не горит, - обиделась я. – Но уже пора вынимать.
Запеканка получилась пышной, и я оставила ее остывать.
- Так вот, Владияр Юрьевич, много людей спас, - будничным голосом произнес Афанасий, яростно орудуя венчиком. – В Городце мы тогда стояли. Местные изъяли подводу со взрывчаткой у какого-то лихого купчишки. Его в острог, а подводу к нашим складам пригнали. Рядом двое из молодых чего-то не поделили, один ведуном оказался, пальнул в соперника огнем. Так-то шар слабенький, вреда не причинил бы сильного, кабы в подводу не попал. Та загорелась, да как-то сразу сильно занялась. А
