века. Первые научные определения духовных причин телесных заболеваний предприняты в рамках гигиены отечественными учеными А. И. Якобия и его учеником И. П. Скворцовым в 70—80-х годах прошлого столетия. Их перу принадлежат работы «Счастье с точки зрения гигиены» (А. И. Якобия), «О влиянии душевного состояния человека на происхождение, течение и исход болезней», «О воспитании с гигиенической точки зрения» (И. П. Скворцов). Было сформировано понятие о психогигиене. Крупные экспериментальные и психологические исследования по изучению зависимости телесных процессов от сознания впервые были выполнены И. П. Павловым и З. Фрейдом в рамках учений о второй сигнальной системе и подсознательной деятельности мозга. В дальнейшем А. А. Ухтомский, П. К. Анохин, Н. А. Бернштейн, К. В. Судаков и другие доказали значение целевых, ценностных установок в определении поведения человека. В многочисленных работах отечественной школы «нервизма» подробно изучена зависимость функционирования органов и систем организма от деятельности коры головного мозга. Развитие этого направления привело к формированию психонейроэндокринологии, психонейроиммунологии, психофизиологии.
Изучение влияния слова, его смысла на регулирование физиологических систем организма открывает широкие возможности для духовного управления телесными процессами. Отечественными психофизиологами показано, что словесные инструкции и самоинструкции способны осуществлять мощный контроль над нервными центрами в головном мозгу. Они «заставляют» их функционировать в соответствии со смысловым содержанием текста, а не только в зависимости от характера чувственных раздражителей (зрительных, тактильных и т. д.). При этом словесные отделы коры осуществляют как усиливающее, так и тормозящее влияние. Участие второсигнальных управляющих импульсов можно обнаружить решительно во всех процессах высшей нервной деятельности. Важное значение в поведении человека играют другие психологические механизмы: воля, память, несловесное эмоциональное мышление. Волевое регулирование, мобилизуя силы и энергию всего организма, обеспечивает преодоление внешних и внутренних препятствий, иногда, казалось бы, непреодолимых. Нравственно-эмоциональные механизмы оказывают огромное воздействие на готовность к совершению криминальных поступков или противодействию им в различных условиях жизнедеятельности и ожидания.
В большом количестве эпидемиологических наблюдений показано, что жизнеспособность человека в значительной мере зависит от его психологического состояния. Наличие выраженной депрессии ухудшает физическое и психическое здоровье, увеличивает смертность в 1,5–2 раза. Безысходность, подавленность, бессмысленность жизни, тревожность приводят к угнетению иммунной системы, что способствует развитию раковых заболеваний. Наличие озлобленности, враждебности, цинизма, гневливости ведут к значительному сокращению продолжительности жизни. Наоборот, ощущение социальной значимости и полезности, наличие планов на будущее и цели в жизни, желание жить, удовлетворенность бытием увеличивали продолжительность жизни. Таким же эффектом обладают социальные связи, общественная поддержка. Стремление к познанию, более активная умственная деятельность снижают риск опасных для жизни заболеваний.
В 1993 г. было проведено медико-социологическое исследование среди рабочих и служащих на одном из предприятий Ставропольского края. Истощение жизненных сил отмечалось у каждого третьего, подавленное настроение – у каждого второго, мысли о невозможности продолжать жить – у каждого пятого. В конце 90-х годов при обследовании 200 студентов (82 % – девочки) Саратовского государственного университета высокая тревожность обнаружена у 44 %, повышенная склонность к самоубийству у 58 %, социальный пессимизм у 49 %, агрессивность у 57 %, потеря жизненных целей у 40 %.
Влияние психологических особенностей на жизнеспособность обнаружено даже в животном мире. Особи с агрессивно-озлобленным поведением имели повышенный риск смерти. Наоборот, наличие в характере животного черт «социальности», нежелание вызывать страдание у соседей сопровождалось большей устойчивостью к стрессовым ситуациям. Экспериментальными исследованиями доказано, что беспомощность и безвыходность положения оказывают повреждающее действие на иммунную систему. Наоборот, успешное преодоление трудностей дает позитивный эффект, увеличивающий резерв здоровья. Доброжелательное отношение человека к животным снижает у них в 1,6 раза интенсивность атеросклеротических поражений аорты даже на фоне диеты с повышенным содержанием холестерина.
Если рассматривать негативные и позитивные виды психической деятельности с биохимических позиций, обнаруживаются разные реализующие их комплексы. В первом случае определяющую роль играют гормоны, продуцируемые гипоталамо-гипофизарно-надпочечниковыми структурами. Во втором случае основой являются опиоидные и другие нейропептиды: мет-энкефалин, бета-эндорфин, нейротензин, пролактин, субстанция Р и др.
Получены факты, указывающие на наличие соматического субстрата, через который реализуется неспецифическое влияние духовного фактора. Им выступает уменьшение обмена веществ и тканевого кровообращения, с одной стороны, рост напряжения сосудистой стенки и периферического сопротивления сосудов, с другой, сопровождаются увеличением риска смерти от большинства заболеваний. При сравнении наихудших и наилучших значений перечисленных показателей (10 %-ные крайние интервалы) различие смертности достигало для мозгового инсульта 110 раз, для инфаркта миокарда 40 раз, для злокачественных новообразований 15 раз, для остальных причин 20 раз. Исследования, проведенные на большом клиническом материале (А. М. Пономарева, Н. Н. Байкова) показали, что ощущение несчастья, чувство депрессии, безысходности характеризуются уменьшением интенсивности кровообращения, снижением обмена веществ, повышением спазмированности сосудов. Все это сочетается с увеличением риска смерти.
Наоборот, рост удовлетворенности жизнью, социальный оптимизм, желание жить формируют в мозгу доминантные очаги оздоровительного действия. Они способствуют повышению обмена веществ, усилению тканевого кровообращения, снижению сосудистой напряженности, уменьшению риска смерти. При обследовании пациентов из семей с выраженной внутрисемейной тревогой, социальной усталостью и неудовлетворенностью семейной жизнью обнаружено снижение метаболизма и интенсивности кровообращения, уменьшение притока крови в сосуды мозга, увеличение периферического сосудистого сопротивления, усиление тонического напряжения мозговых артерий, рост артериального давления.
При благоприятной психологической атмосфере отмечаются противоположные гемодинамические процессы, происходит активизация иммунных и других адаптивных механизмов. В эксперименте показано, что иммунная активность кровяной сыворотки против возбудителей тифа, взятой у пациентов в состоянии радостного возбуждения, гораздо выше, чем при тягостных переживаниях.
В настоящее время накоплено достаточное количество косвенных и прямых фактов, позволяющих полагать, что реформы 90-х годов сопровождались у людей, с одной стороны, снижением интенсивности метаболизма в тканях организма, уменьшением притекающего к органам объема крови, уменьшением пульсового притока крови в сосуды головы. С другой стороны, происходило увеличение периферического сосудистого сопротивления, рост тонического напряжения сосудов головного мозга. Перечисленные процессы, развившиеся через психо-соматические механизмы, служили физиологическим субстратом для снижения резервов здоровья и увеличения риска смерти.
Духовное неблагополучие оказывает повреждающее влияние на организм не только непосредственно, но и опосредованно, стимулируя другие механизмы риска: вредные привычки (курение, алкоголизм, наркомания), избыточный или недостаточный вес и др. Их распространенность значительно повышается в условиях безысходности, потери смысла жизни, агрессивности. Например, курильщики, как выявлено в популяционном исследовании, характеризуются более рискогенным поведением: меньшей удовлетворенностью жизнью, более высоким уровнем депрессии, меньшим жизненным оптимизмом и т. п.
Описанные явления формируют единый фундамент для действия законов инфекционной и неинфекционной эпидемиологии. Становится понятным, почему в 1992–1993 гг. наблюдался рост не только неинфекционных, но и инфекционных заболеваний на фоне адекватной деятельности санитарно-эпидемиологической службы, стабильных микробиологических показателей почвы, продуктов питания, воды, воздуха. Например, в 1993 г. заболеваемость дифтерией выросла по сравнению с 1989 г. в 25 раз. И это при том, что среди заболевших детей 71 % были
