class="p1">— Вещий! Ты совсем оборзел! — резкий окрик застает меня в коридоре после уроков.
Я как раз иду из библиотеки. Взял еще парочку книжек, чтобы вечерком полистать.
Оглядываюсь — навстречу шагает само Ее Величество Светка Соколова. Бровки насуплены, милое личико явно рассержено.
Мне хочется зевнуть. Блин, оно мне надо? Еще я с мелкими девчонками не цапался. А эта коротышка точно на меня точит зуб.
Соколова уже второй день недовольно поглядывает в мою сторону своими синими водоемами, фырчит, да мордашку отворачивает, стоит мне на нее в ответ посмотреть. И это, не считая явного подстрекательства шайки Богдана.
Сегодня в классе вот опять. Когда я проходил мимо ее парты, Светка уронила ручку и так многозначительно на меня посмотрела. Не обратив внимания, я прошел мимо. В спину мне еще отчетливо прозвучал фырк. А ручку ей всё же кто-то поднял, вроде одна из шестерок Богдана.
— Проблемы? — спокойно говорю.
— Проблемы у тебя, Вещий! Совсем обнаглел?! Может, ты ударился головой?! — накидывается. Свидетелей вокруг нет, и белобрысая малыха дала волю своему истинному испорченному характеру.
— В точку, — усмехаюсь. — На днях долбанулся.
— Раньше бегал за мной как хвостик, а сейчас что, вдруг осмелел?! — с пинтой яда в голосе шипит эта белобрысая змейка.
Вот тут я невольно заинтересовываюсь.
— Бегал? Чо-о-о, серьезно?
— Как соба-а-ачка, — протягивает она довольно, с поблескивающими глазками. — Забыл, Вещий? Я тебе напомню. Шоколадки тайком на парту клал. А помнишь, как написал письмо любовное. Корявое, жесть. Все подруги смеялись.
М-да-а. Данилка, так низко ты еще не падал в моих глазах. Ладно, письмо, хоть оно и стало достоянием общественности. Но шоколадки лучше нашей маме бы покупал, чем этой мелкой сучке.
Сам я не помню, чтоб в десять лет вообще девчонками интересовался. Не было же?
Так глубоко задумываюсь, что на несколько секунд выпадаю из реальности. А когда выныриваю, замечаю, что уставился на Соколову, а она злорадно улыбается.
— Вспомнил, Вещий?! Или зов природы проснулся?!
Ой, да пошла ты.
— Ну было и было, — философски пожимаю плечами. — Ты всё? Тогда пойду я книжки читать. Пока.
— Стоять! Я тебя не отпускала!
Поворачиваю голову к Соколовой. Она зла. Чертовски зла. Даже в ярости. Охренеть, и с какого перепугу такие эмоции? Неужели любовное письмо запало-таки в душу?
Я уже почти плюнул и ушел. Но Соколова резко реагирует. Молниеносно протянув руку к моей шее, так же быстро душит. У меня дыхание перехватывает.
Кладу свою руку на кисть девочки. И… не могу разжать. Как так, вашу мать?! Эта же малявка ниже и худее меня.
Объяснение одно. Она — маг. Охренеть. Читал я, что одаренные нечеловечески сильные. И чем дольше Дар пробужден, тем и физуха мощнее. Я совсем недавно пробудился, вот и слабее.
— Сядь, пёс, — выдает белобрысая девчонка.
Ох, ну сама напросилась. Не ты одна умеешь командовать.
Прикрыв глаза, сосредотачиваюсь. Чувствую горячий накал в груди. Теперь, после медитации, я более осознанно контролирую свою силу. Мозговой импульс формируется в команду:
— Отпустила и пошла от меня нахрен!
Стальная хватка исчезает. Соколова отшатывается, голубые глаза стеклянные, как у зомби, как у Васюна недавно, розовый ротик приоткрылся. Весь задор пропал. Девочка разворачивается на пятках и шагает прочь.
Я касаюсь пальцами зудящей шеи. Безбашенная, блин. Ведь правда, чуть не придушила. Крепко, по-взрослому матернувшись, благо учителей нет поблизости, я ухожу на остановку к школьному автобусу.
* * *
Света Соколова идет нахрен. Она не знает, где это, поэтому шагает вперед, не останавливаясь. В какой-то момент ей по дороге попадается дверь с табличкой «М». Не задумываясь, она толкает дверь и заходит внутрь. В ту же секунду из мужского туалета доносятся удивленные мальчишеские возгласы, перекрываемые высоким девичьим визгом.
* * *
Маму срочно вызвали в школу второй раз. Она еще и на первый-то не успела прийти — на завтра назначено, — но позвонил директор и сказал, что ей нужно немедленно явиться. Даже догадываюсь из-за чего. Наверняка, Соколова пожаловалась, стерва. Не знаю, в какой чулан она в итоге забрела, но обвинять меня будут, конечно, в факте воздействия на ее психику.
Книжки не читаются. Специально взял «Историю школ магов». Должно быть очень интересно. Но беспокойство за мать не дает покоя. Соседка Люба со своим хахалем Васей вроде успокоились после вызова полиции, куда-то пропали, так тут новая напасть. Рано я с дворянами сцапался, ох рано. Но школа государственная и не принадлежит роду Соколовых. Так что, может и пронесет.
Ладно, надо хоть помедитировать. Я взял себе за правило это делать всегда, как появляется свободное время. Полезно, черт возьми. Результаты испытал уже сегодня. Особенно после того, как послал Соколову нахрен. Всего лишь один приказ вдруг сильно меня вымотал. Видимо, из-за того, что Светка одаренная. Обычным людям легче приказывать почему-то.
Помедитировав, делаю небольшую передышку. По обыкновению сижу на подоконнике и смотрю в окно. Уже окончательно потемнело. Тротуар почти опустел, только цокает на каблучках одна девушка. Красивая, в кожаной курточке, с красной сумочкой, сама щебечет по телефону. Мобильники, кстати, в этом мире никакие не смартфоны, а древние кнопочные. Интернет то ли еще не изобрели, то ли он не распространился в массы.
Навстречу девушке из тени выходят двое мужчин с большой сумкой. Идут, идут… А потом один бросает сумку перед девушкой. Как бы случайно бросает, но со стороны видно, что он делает это так, чтобы красотка обязательно споткнулась или резко затормозила. Так и происходит. Девушка на своих каблучках пошатывается, кружит растерянным взглядом.
Отворяется дверь квартиры, входит мама.
— Даня, опять в окно смотришь, — грустно произносит Ирина, тяжело вздохнув. Скинув туфли, подходит ближе, гладит меня по голове. — Чем так сосредоточенно любуешься?
— Ограблением, ма.
— Чем?! — она вглядывается в тротуар под тусклым фонарным светом. — О боже! Надо звонить в полицию!
— Не надо, мам. Не успеют.
— Но что-то же нужно делать!
— Успокойся, мамочка. Сейчас я всё сделаю.
— Ты?! — ошарашенно смотрит Ирина на меня.
Споткнувшуюся девушку поддерживает за плечо один из злоумышленников. Свободной рукой он незаметно тянется к ее сумочке. Незаметно для девушки, но не для нас с мамой. Одно движение — и молния расстегнута. Сейчас вытащит деньги и ищи-свищи его потом.
— Ты не хочешь этого делать, — шепчу. — Ты хочешь подарит ей цветы.
Бандит резко отказывается от своего намерения и одергивает руку. Наклонившись, он рвет с газона цветущий репейник, затем тянет сорняк девушке. Хм, странный выбор.
Девушка смотрит на злоумышленника, как на сумасшедшего. Отшатнувшись, цокает каблучками прочь. Бандиту же прилетает кулаком в рожу от своего компаньона. Начинается потасовка с мордобоем и криками,
