парень просто впал в ступор, удивленно разглядывая то, что еще совсем недавно называлось деньгами. Сейчас, это конечно уже нельзя было утверждать, да и наверняка ни один банк не согласится даже разговаривать о том, чтобы обменять все это хотя бы на какую-то часть банкнот. А судя по сохранившимся местами буквам и цифрам, это были именно пятисотдолларовые купюры казначейства Соединенных Штатов Америки. То есть, то, что он держал сейчас в руках, еще совсем недавно тянуло на пятьдесят тысяч долларов. Денег, которые он еще недавно, даже не мечтал заработать за всю свою жизнь.
- Вот что стоило мне, заняться этим голенищами скажем полугодом раньше, когда эта мысль, только пришла ко мне в голову. И тогда уже сейчас, я бы жил в собственной вилле на берегу моря, и в ус не дул, помышляя о том, где заработать на еду и где я буду ночевать в ближайшее время.
С досады, Серега подкинул находящуюся у него в руках изгрызенную упаковку, и что есть силы, поддел ее носком ботинка, отправляя в полет. Распавшаяся в воздухе денежная упаковка под легким прибрежным ветерком, осела отдельными листочками на мусорную кучу, а следом за ними туда же, после очередного пинка отправился и чемодан.
Серега уже было развернулся, чтобы расстроенно уйти к своему домику, как тут же остановился, и хлопнув себя ладонью по лбу, развернулся назад, влез опять на эту кучу, и стащил с нее только что отпихнутый чемодан.
- Идиот! – Воскликнул он в сердцах от своих действий.
В чемодане остались целыми как минимум две стенки. И если в погрызенных местах, ничего путного было уже не найти, то в сохранившихся частях, вполне можно было что-то обнаружить. Да, даже если и нечего не найдется, ведь он снимал этот чемодан вовсе не для того, чтобы поиздеваться над крысами, а, чтобы улучшить свою обувь. А уж на это-то оставшейся кожи хватит наверняка.
С этими мыслями, он еще раз проверил прогрызенные части чемодана, освободив их от всякого мусора и спустившись к морю, тщательно промыл чемодан с песочком в морских водах. Затем поднявшись до своей каморки, присел на крылечко и закурил, ожидая, пока чемодан слегка просохнет.
Глава 3
3
Перекурив, Сергей поднял чемодан и внес его в жилище. Здесь первым делом разжег примус, и поставил на него основательно закопчённый чайник. Обедал Сергей, в харчевне на другом берегу реки, на вечер, у него обычно был припасен хлеб, купленный в обед, иногда в дни получки, он позволял себе сдобную булочку, но чаще все же обходился обычным хлебом. Впрочем, здесь в Испании не знали что-такое рожь, и потому хлеб если и выпекали, то только из пшеницы. И о таких разновидностях как ржаной, или ржано-пшеничный даже не догадывались. Впрочем, и сам хлеб тут совсем не был похож на тот что выпекали в России. В харчевне, где он обедал обычно продавали «сабадо» - круглый довольно толстый приплюснутый блин, размером с суповую тарелку, чем-то напоминающий киргизскую лепешку, какие иногда привозили в Омск из Семипалатинска, разве что без примятого центра. И о отличии от тех же киргизских лепешек, которые выглядели воздушными, этот был плотно набитый мукой, как слегка зачерствевший Тульский пряник. Но так или иначе, для вечернего легкого ужина, или же на завтрак он подходил идеально.
Пока вода в чайнике закипала, Сергей достал с полки инструменты, сапожный нож, и прикинул, с чего лучше начать разборку чемодана. Осмотрев его со всех сторон, решил первым делом, снять кожаную тесьму, которой были сшиты между собой, внутренняя и внешняя оболочка чемодана. Срезать ее не хотелось, потому что тесьма была достаточно длинной, и Сергей подумал, что сможет использовать ее крепежа голенищ. Честно говоря, он конечно надеялся на лучшее, но решил не корить себя за то, что не занялся этим чемоданом раньше. То есть если под сохранившимися стенками, что-то обнаружится, будет считать, что ему повезло. Ежели нет, что же, значит судьба, но зато появится материал на голенища, а если особенно постараться, то можно будет выкроить и неплохой кожаный ремень. Тем более, что в купленном костюме, брюки оказались несколько широковаты. И кожаный ремень придется, как раз к месту. А учитывая, что чемодан изначально стягивался двумя ремнями, притороченными к внешней части чемодана, отпороть их и соорудить из них пару хороших ремней, проще простого, тем более, что петли и пряжки присутствовали.
И все же, не смотря на самоуспокоение, Серега, изрядно волновался. Сняв тесьму, отложил чемодан в сторону, затем заварил себе кофейный напиток, и только после того, как сделал пару глотков, решился и потянул за внутреннюю часть чемодана, вытягивая ее наверх. Стоило внутренней части выползти за пределы стенок чемодана, как внутри послышался какой-то шорох, напоминающий падение вещей. Едва заглянув внутрь, и увидев, как с двух боковых стенок, что-то посыпалось на дно, он не выдержал, подхватив с полки пачку сигарет и спички, выскочил из своей лачуги наружу. Захлопнув за собой дверь, присел на каменное крылечко и волнуясь, ломая спички закурил.
Что именно имелось среди выпавших из тайника вещей, было пока не понятно, но радовало и волновало хотя бы то, что все это не впустую, и там действительно что-то есть. Конечно очень хотелось заполучить еще одну упаковку с деньгами, только не погрызенную крысами. Хотя с другой стороны, тут же возник вопрос, а где ее разменять. В том же банке, если он сдуру туда обратится, никто просто не поверит, что он нашел клад, и скорее всего вызовут полицию, а пока будут разбираться, в итоге наверняка найдется «хозяин» всего этого добра, который тут же заявит, об ограблении, и в итоге, вместо сладкой жизни, отправишься за решетку. Одним словом, и иметь такие деньги очень хорошо, но и заполучив их нужно еще сотню раз подумать и взвесить, как ими воспользоваться.
Отбросив в сторону, окурок, Сергей поднялся со своего места, вошел в дом, и запер за собой дверь на засов. Дело шло к ночи, и в лачуге было уже довольно темно, поэтому сняв с полки керосиновую лампу, он поставил ее на стол, и зажег фитиль. Лачуга осветилась слегка желтоватым светом, исходящим от лампы, а сам Сергей, решился наконец взглянуть, что же приготовила для него на этот раз судьба.
Подняв с полу
