физиологически ничем не отличаются от крестьянок. Я не требую от тебя работы в поле, ожидаю лишь выполнения несложных королевских обязанностей по организации мероприятий. Все королевы Кральна их выполняли, и никто не жаловался, только ты всем вечно недовольна.
Я могла бы сказать Храновону, что эти обязанности не так просты, как ему кажется, могла бы напомнить, что помимо организации королевских мероприятий, курирую торговые договоры с Ааром и Селией, но промолчала. Бесполезно что-то доказывать мужу, когда он зол.
Потом он, конечно, извинялся за ту вспышку гнева, но я хорошо запомнила те слова и не питала никаких иллюзий. Если из-за меня будут проблемы, Хран мгновенно забудет о том, что только что говорил. Вся эта забота фальшивая, на самом деле он не рассчитывает на то, что я стану меньше работать.
Надо было дальше поддерживать разговор, но о чем говорить с мужчиной, который давно стал для меня чужим человеком, я не знала. Не получится вести себя так, как вела десять лет назад.
Раньше я верила, что ребенок сможет объединить нас, старалась стать Хранвону другом и соратником, поддержкой и опорой. Закрывала глаза на измены, убеждала себя в том, что мужчины любвеобильнее женщин, поэтому им сложнее быть верными. Я была уверена, что как только рожу и смогу выполнять супружеский долг, Хран попрощается с любовницами и станет примерным семьянином. Какой же глупой и наивной я была!
Муж сам завел разговор о предстоящем празднике, немного рассказал о своих делах, спросил о моих, я немногословно отвечала, кое-как поддерживая беседу.
– Ты сегодня молчалива. Что-то случилось? – спросил Хран, когда нам подали ужин.
– Просто устала. Ужасно хочу спать. Глаза слипаются.
Супруг внимательно меня осмотрел, потом снова заговорил о том, что надо себя беречь. Я скромно кивала, с возрастающим раздражением и нетерпением ожидая его ухода.
Наконец, муженек, пожелав приятных снов и поцеловав ручку на прощанье, убрался прочь. Я с трудом сдержалась, когда Хран до меня дотронулся. Хотелось вырвать ладонь из его рук и стереть след от поцелуя.
Нала быстро помогла мне переодеться, расстелила кровать и погасила свет, но сон не шел. Я думала о том, что делать дальше. Ситуация вырисовывалась сложная. Жить дальше с Хранвоном, видя его сущность и зная, что он не оценит ни хорошего отношения, ни преданности, ни честности, я не смогу. Даже ради сына.
В некоторых странах королевские семьи формально придерживались брака. Они появлялись вместе, если это предписывал регламент, демонстрировали хорошие отношения на публике, но по факту были чужими людьми. Супруг мог даже не навещать спальню супруги, если был наследник.
Возможно, нам бы с Хранвоном подошел этот брак, но даже если мне удастся уговорить мужа на такое сожительство, честно выполнять условия он не станет. Мало того, я не сомневалась, что как только муж найдет возможность заменить меня в торговых делах с Ааром и Селией, он быстро овдовеет. Хран скоро созреет для того, чтобы подослать ко мне убийц.
Бринлек достанется нашему сыну, опекуном которого будет супруг. Так он получит и мое приданое, и наследника. Походит полгода в трауре, а потом женится на дочке эмира и получит выгоду еще и от этого союза.
Развод тоже не подходит. Если мне каким-то чудом удастся развестись, наш сын все равно останется с отцом. Тот снова женится, но супруге из эмиратов наследник от чужой женщины будет не нужен. Примерно зная, каковы нравы в гаремах и как там уничтожают соперниц, я не сомневалась, что новая женушка Храна по указке своего папочки-эмира убьет моего сына. Службе безопасности дворца по понятным причинам я не доверяла.
В общем, ни один из вариантов не подходит. Что остается? Может, найти артефакт желаний в этом времени? Вдруг он уже зарядился? тогда что загадать? Чтобы эта ситуация разрешилась лучшим образом для меня и моего сына? Но как? К сожалению, даже если бы Хранвон внезапно скончался, проблем бы только прибавилось. Моего влияния при дворе недостаточно, чтобы стать регентом при сыне.
Да и у других политических фигур тоже нет таких сил, чтобы однозначно рассчитывать регентство. Начнется грызня за власть, и неизвестно, кто умостится на троне. Как бы меня и сына не убили в пылу сражений за корону.
Кстати, если артефакт зарядился, можно попросить перекинуть меня в то время, когда я еще не вышла замуж за Хранвона. Тогда особых проблем не будет. Конечно, королю не отказывают, но у меня была определенная самостоятельность. Я смогу потянуть время, а потом с новыми знаниями добиться поддержки от Селии и Аара. От брака с Хранвоном вполне реально отвертеться, но тогда ребенка не будет.
Я обхватила живот руками. Как отказаться от сына, когда чувствуешь его под сердцем? Когда понимаешь, что он толкается ножками и уже слышит мой голос? Да с чего я вообще решила, что артефакт зарядился? Конечно, проверить надо, но это маловероятно.
Безвыходных положений не бывает, но мне видится только одна возможность сохранить наши с сыном жизни – побег. Причем, надо сбежать до того, как малыш родится.
Как только в любой знатной семье появляется ребенок, его кровью капают на родовые артефакты, если кристаллы окрасятся в красный цвет – это значит, что они признали наследника. Если этого не произошло, то, значит, малыш рожден не от супруга.
Хранвон, признав сына наследником, может после побега объявить нас умершими, и с чистой совестью присвоить мое приданое. Даже если я затем появлюсь снова, он может «не узнать» собственную жену. Конечно, родовые артефакты рода Роук будут показывать, что мы с сыном живы, но, в конце концов, у Хранвона достаточно сил для того, чтобы заткнуть рты тем, кто будет сомневаться в словах короля. В самом худшем случае он и убить меня не постесняется.
Выход один: надо бежать сейчас, тогда, даже если он объявит меня мертвой, Бринлек ему не достанется. Что ж. С завтрашнего дня займусь организацией побега.
***
Интерлюдия
Хранвон вошел в приемную и, подняв брови, посмотрел на стол с высокой бутылкой из матового стекла и тремя наполненными бокалами. Рядом на тарелках были разложены немудреные закуски.
– Присоединяйся! – махнул рукой лорд Дэдран, глава службы безопасности дворца.
Его величество оглядев троих мужчин, что пили в его приемной, прошелся к бару, вытащил оттуда бутылку и открыл ее.
– Я бы выпил вина, – сказал он, самостоятельно наливая алую жидкость в бокал.
– Кислятина, – скривился лорд Дэдран.
Королевский дознаватель кивнул, подтверждая слова главы безопасности дворца.
– У всех
