тонкие полоски бумаги, которые трепетали, издавая тихий шелест.
— Доброе утро, — сказала высокая блондинка в синем блейзере, подняв голову. Глаза у неё были голубые и прозрачные, как вода. — Что вам угодно?
— Я в школе первый день. В этой, в смысле, — поправился я, чтобы фраза не звучала странно. — Мне нужно получить учебники?
— Фамилия?
— Оболонский.
— Имя?
— Владимир.
— Какой класс?
Задавая вопросы, девушка быстро заполнила сложенную вдвое картонку и ушла. Но вскоре вернулась со стопкой учебников. Она записала на бумажку книги, которые выдавались, попросила расписаться, а затем спросила:
— У вас есть, во что их положить?
Я отрицательно покачал головой.
— Нет. Не подумал об этом.
— Ничего, — библиотекарша достала из-под стойки полиэтиленовый мешок и протянула мне. — Можете оставить себе.
Поблагодарив девушку, я сложил книги и направился к выходу. Когда оказался за дверью, уже собирался пойти искать четырнадцатый кабинет, как вдруг передо мной нарисовались три парня. Все — на голову выше. Явно из старшего класса.
— Так это ты Оболонский? — глядя на меня сверху вниз, спросил тот, что стоял в центре.
Тон его мне сразу не понравился. В нём звучала неприкрытая агрессия.
— Он самый, — ответил я сдержанно. — С кем имею честь?
В общении с людьми я старался подстроиться под их манеру разговаривать, постепенно изучая нюансы: как аристократы общались с равными себе, со стоящими ниже на социальной лестнице и так далее. Конечно, прошло маловато времени, чтобы овладеть всеми тонкостями, но, поскольку уже было ясно, что в этом мире мне придётся провести некоторое неопределённое время, приходилось маскироваться.
Парень хмыкнул. Его дружки тоже оскалились.
— Черепов, — представился блондинчик, глядя на меня с превосходством. — Леонид.
Повисла пауза, в течение которой он словно ждал, что фамилия меня поразит или смутит. А то и испугает. Но, по понятной причине, никакого эффекта она на меня не произвела.
— Не слыхал, — ответил я, наконец, пожав плечами.
Парень нахмурился. Затем его губы скривила усмешка.
— Неужели? — процедил он. — Так-таки и не слыхал?
Я покачал головой.
— Увы. А должен был?
На этот раз мой собеседник уже открыто ухмыльнулся.
— Да было бы неплохо. Ну, да ничего. Ещё услышишь, — добавил он с угрозой. А затем махнул рукой приятелям. — Пошли, парни! Скоро звонок.
Все трое вальяжно двинулись по коридору.
Хм, интересно, какие у них претензии к новичку. Надо бы вопрос прояснить. Только как?
Пока шёл к кабинету, решил для начала поинтересоваться у Никиты — раз уж мы с ним начали общаться. Если это можно так назвать.
До урока перемолвиться с ним я не успел: припёрся только к самому звонку. Но после урока русского языка, на котором было откровенно скучно, ибо я не видел смысла изучать какие-либо правила (демоны владеют всеми языками мира, а если даже каким-то и нет, то мгновенно обретают его понимание — это наш общий дар), подошёл к нему и его соседке.
— Прошу прощения, можно кое-что спросить?
— Конечно, — улыбнулся Никита. — В чём дело?
— Я тут встретил некоего Леонида Черепова. Не скажу, что мило пообщались. Мне показалось, что у него ко мне какие-то претензии.
Рыжий озадаченно покачал головой.
— Не знаю такого. Наверное, он из старшего класса?
— Вроде того.
— Я могу предположить, в чём дело, — заявила вдруг соседка Никиты. — Кстати, меня Алёной зовут.
— Строганова, — подмигнул мне Никита.
— Перестань! — сморщила носик девочка. — Это не имеет значения. Так вот, меня дома всё время заставляют изучать роды, гербы и прочее. Это важно для будущей светской жизни. Вам тоже не помешало бы, кстати.
— Скучно, — демонстративно зевнул Никита.
— Ага, скучно! Такие вещи надо знать. Иногда они позволяют избегать неприятностей.
— Я неприятностей не боюсь! — тут же выпятил грудь рыжий. — И, если ты про дуэли, то…
— Я, конечно, извиняюсь, — прервал я его, — но что ты хотела предположить насчёт Черепова?
— Да, точно! — спохватился Никита. — Выкладывай.
— Если не ошибаюсь, Череповы что-то не поделили с твоим родом. Вроде, даже суд был. Но что конкретно — не помню. Могу уточнить, если хочешь. Или сам поищи в Интернете.
— Так и сделаю, — кивнул я. — Спасибо.
— Да не за что. Слушай, а ты уже записался в какой-нибудь кружок? В школе полно внеурочных занятий.
— Мне и уроков хватает, — ответил я.
— Нужно записаться, — сказал Никита. — Это обязательно. Для всестороннего развития, бла-бла-бла. Мы вот ходим на живопись. Хочешь с нами?
— Пока нет. Спасибо. А какие ещё есть?
— Погляди на стенде возле учительской, — проговорила Алёна. — Там рядом с расписанием есть информация по всем кружкам.
До следующего кабинета мы так за разговорами вместе и дошли. Когда я опустился за свою парту — последнюю — ко мне неожиданно подсел высокий парень, которого я мысленно прозвал Аистом.
— Не против? — тихо спросил он, доставая учебники.
— Да пожалуйста, — ответил я, слегка удивившись.
Никакого дружелюбия он не проявлял, и такая инициатива была странной.
— Макс, — представился он, не подавая руки. — Видел тебя в коридоре с Череповым. Надо об этом поговорить.
— Ну, давай, — подал я плечами.
Стало даже интересно.
— Не сейчас. После урока. Встретимся в столовке.
В этот момент раздался звонок, и преподаватель встал из-за стола, чтобы поприветствовать класс.
— Добрый день! — проговорил он звонким и чистым голосом. — Присаживайтесь. Давайте начнём с переклички.
Когда до меня дошла очередь, учитель несколько удивился, что новенький оказался в классе не с начала учебного года.
— Вас ещё не внесли в электронный журнал, — сказал он. — Сообщите классному наставнику об этом, пожалуйста. Книги у вас есть?
Убедившись, что я полностью экипирован к занятию, преподаватель продолжил перекличку. Покончив с ней, встал из-за стола и подошёл к доске, на которой было написано «Расположение Зон сверхъестественной активности и природа Изнанки: теории и доказательства».
Я на эту надпись любовался уже некоторое время. Первые уроки были вполне обычными. В том смысле, что ни о какой магии на них речи не шло. А вот на географии, похоже, эту тему собирались затронуть вплотную.
— Итак, откройте тетради и запишите то, что видите на доске.
