её даже запишу, — усмехнулся я. — Нахуевертили мы здесь, конечно, знатно. Чё теперь делать-то?
— Кобыле хер приделать, и за мерина продать, — огрызнулся товарищ. — Нехер лезть не в своё дело, ехали мы и ехали бы себе спокойно.
— А я ему говорила, — поддержала его Света.
— Вы что… Вы что наделали?! — с боковой полки послышался истеричный женский голос. — Нас теперь убьют!
— Кто? — с ухмылкой поинтересовался Грог. — Тётя, они все уже покойники, а некромантов я здесь что-то не вижу.
— Да вы… Да вы..! — затроила та, пытаясь подобрать слова.
— Пасть захлопни, дура! — закричала девушка из тамбура. — Это всё из-за тебя, тварь! Отца убили из-за тебя! Ненавижу!
— Не ори на мать! Я тебя рожала, мучилась, неблагодарная…
— А ну заткнулись все! — рявкнул я. — И чтоб больше ни звука от вас!
Сработало, обе замолчали. Что с ними будет дальше, мне уже плевать. Я успел трижды пожалеть, что связался с этой семейкой. Ну, сам виноват, Светка в очередной раз оказалась права, как, собственно, и Грог: нехер лезть в чужие дела. Всё, урок усвоен, впредь такого дерьма не повторится… Надеюсь.
— А можно я себе этого возьму? — Грог продемонстрировал мне «Вал». — Пуля тяжёлая, надёжная.
— Да забирай что хочешь, — отмахнулся я и тоже принялся обыскивать вещи перегонщиков.
А добра у них обнаружилось не так уж и мало, одного серебра в прутках почти полтора килограмма. Это не считая патронов, в том числе и экзотических. Спустя полчаса в нашем отсеке скопилась приличная куча полезного, и для неё как минимум требовался ещё один рюкзак. Часть мы уже распихали по своим, но вещей оставалось всё ещё очень много.
— Хвост Голове, приём, — внезапно в тишине раздался хриплый голос из рации. — Хвост Голове, приём.
— Чё делать-то? — уставился на меня Грог.
— А план с кобылой и хером всё ещё в силе? — с ухмылкой уточнил я и прошёл в конец вагона, где дежурные играли в карты.
— Хвост на связи, приём, — бросил я в рацию, имитируя голос Мазута.
— Впереди развязка, готовность десять минут, начинаем торможение, приём.
— Принял, — ответил я. — Конец связи.
— Это что означает? — спросил из-за спины Грог.
— Впереди развязка, — ответил я с каменным лицом.
— А-а-а, ну я как-то так сразу и подумал, — несколько раз кивнул тот. — Я так понял, через десять минут мы остановимся.
— Похоже на то, — согласно кивнул я, вернулся обратно к своему отсеку и принялся закидывать трофеи в рюкзак, который походя подхватил у соседей.
— Валить их походу надо, — почесал затылок тот, подойдя ближе.
— Знаю, — поморщился я. — А тебя не смущает, что там твой друг?
— Ты про Грача?
— Нет, бля, про петуха! Грог, давай уже, просыпайся, включай мозги!
— Может, просто свалим? — включилась в разговор Света. — Они остановят поезд, а мы сбежим, они не успеют понять, что произошло, а когда сообразят, проверят, будет уже поздно.
— И так тоже можно, — согласно кивнул я, продолжая набивать рюкзак.
— Ну так чего делать-то будем, шеф?
— По обстоятельствам действовать, — флегматично пожал я плечами. — У этой истории два финала и оба нехорошие. Мы свалим, и перегонщики в первой же крепости нас сдадут. Мы их завалим, и поезд обязательно будут искать из-за бабла, которое здесь крутится. А его обязательно найдут и сделают правильные выводы.
— М-да, задачка, — пробормотал Грог. — Хан, фу, не ешь падаль. Я так понимаю, второй вариант предпочтительнее, потому как займёт больше времени.
— Я склоняюсь к первому, — пожал я плечами. — У нас есть определённые полномочия, да и дед поможет отмазаться. Если поезд потеряют, нам точно пиздец. За такие бабки никто смотреть на положение не станет. У нас в любом случае приказ схорониться, вот этим и займёмся, а разборками пусть Старый заморачивается.
— Он нам точно очко порвёт, — ухмыльнулся напарник.
— Не факт, может, успокоится со временем. Ладно, хорош трындеть, давай к выходу, скорость небольшая, попробуем на ходу спрыгнуть.
— Возьмите меня с собой, — тихонько попросилась девушка.
— Нет, — сухо ответил я. — Хватит с нас этого геморроя. Вы сами по себе, мы сами… Хотите, валите вместе с нами, но после этого мы расходимся.
— У нас деньги есть, мы можем запла… — попыталась было вклиниться в разговор мамаша, но, поймав мой взгляд на себе, быстро заткнулась.
— Ну, вот и договорились, — усмехнулся я. — Всё, уходим.
Глава 3. Добрались, мать его…
Казалось бы, скорость всего сорок, максимум — пятьдесят километров в час, к тому же поезд постепенно замедлял ход, но прыгать с него всё равно оказалось не просто. Подвернуть ногу при таких обстоятельствах довольно легко и до кучи ситуацию немало усугубляла кромешная тьма. Мы, конечно, подсвечивали себе фонарями, но то такое, глаз всё равно не успевал зацепиться за ландшафт, и было совершенно непонятно, что ожидает после приземления. Достаточно влететь в небольшую ямку, и до свидания кости.
Пацаны справились с задачей на отлично, обошлось без неприятностей. Хан тоже продемонстрировал лёгкую посадку, сиганув с поезда вслед за хозяином. Следом отправились рюкзаки и женская половина. Света неприятно вскрикнула, едва коснулась обочины, заставив меня немало поволноваться, но в итоге с ней всё оказалось хорошо — кричала больше от испуга. Девушка, чьё имя я так и не удосужился узнать, довольно лихо ушла в кувырок, а вот с мамашей снова возникли трудности.
— Я не буду, — упёрлась женщина. — Нет, я не смогу!
Её всю трясло от страха, в глазах застыл ужас. Как только ей удалось выживать всё это время? Похоже, муж играл в их семье далеко не последнюю роль, а она лишь пилила ему мозг, считая себя главной.
— Я тебя упрашивать не буду, — сухо произнёс я. — Захочешь жить — прыгнешь.
С этими словами я мазнул фонарём по обочине, определяя более или менее пригодное место для прыжка, и покинул поезд. Буквально через пару секунд, женщина сделала шаг наружу и мешком полетела в обочину. Её крик тут же разорвал ночную тишину, похоже, без травм всё же не обошлось. Шум от поезда немного скрыл завывания женщины, но если поблизости бродит хоть один урод, вскоре нас ожидают неприятности.
— Нога сломана, — резюмировал Грог, осмотрев женщину.
— Вы поможете? — уставилась на нас девчонка, которая ещё совсем недавно крыла собственную мать последними словами.
— На, — протянул я ей небольшой кусок сушёного сердца. — Дальше сами разбирайтесь. Всё, уходим.
Подсвечивая фонарём себе под ноги, мы удалились от места событий. Некоторое время следовали вдоль путей в обратном направлении от поезда. Куда идти — совершенно непонятно, даже атлас в этом случае вряд ли поможет, нужна привязка к местности. А как
