тут же закричал он. — Ты хоть представляешь, каким крутым стал?! Да в тебя уже ребятня на улице играет, вот так нихуя себе поворот! Дела-а-а. Боюсь через пару лет тебе памятники ставить начнут, я уже и сам не верю, что мы с тобой вот так запросто можем общаться.
— Ой, да хорош тебе хуйню нести! Дети в меня играют, заряженный, что ли уже?
— Да я так, малёха, настроения ради. Ты домой-то когда? Приезжай, посидим, выпьем, как в старые добрые времена. Ну чё там, без тебя разве не справятся?
— Да приеду, приеду, — ответил я. — И истеричке этой передай, что скоро буду.
— Дела-а-а, — протянул Татарин и хотел ещё что-то сказать, но я перебил.
— Ладно, война войной, а обед по расписанию, давай, Рус, до связи.
— Нет уж нахуй, давай-ка до встречи.
— Договорились, конец связи, — бросил в гарнитуру я и скинул с головы наушники. — Коль, приготовь вертолёт.
— Сколько человек экипажа и куда лететь, — лаконично поинтересовался тот. — В Елатьму, экипаж не нужен, один полечу, точнее, с Максом.
— Но Александр Николаевич…
— Это приказ, Коль.
— Принял, минут через тридцать всё будет готово.
Эпилог
— Да какой ты, Морзе, щегол. Ты его хоть в глаза видел?! Каждый встречный, поперечный теперь мнит себя Морзе. Да он выше тебя головы на две и в плечах пошире будет.
— Это тебе кто такое сказал? — ухмыльнулся пацан. — И я не тот Морзе, я его сын.
— Сын? Ха-ха-ха. Ты думаешь, я поверю в эту чушь?!
— Последний раз по-хорошему прошу: отпустите девчонку, — Макс нахмурил брови и привычно разогнал адреналин в крови.
Он случайно услышал крик о помощи, когда обыскивал Рязанский кремль. Упоминания о самурайском мече, который был подарен неким генерал-лейтенантом Тейджиро Китазавой во время капитуляции во Второй мировой войне, оказались правдивы. Великолепное оружие, созданное терпеливыми мастерами страны восходящего солнца.
Причудливая волнистая линя, идущая по кромке остро отточенного клинка, белая рукоятка, которая легла в руку, словно под неё и создавалась. Он прекрасно подходит для убийства людей, но совершенно бесполезен для тварей, а потому ни один добытчик не обратил на него свой взор. В то время как зал серебряных княжеских украшений, был разнесён в дребезги и зиял пустыми экспозициями.
Сейчас меч покоился на поясе, на таком расстоянии толку от него ноль. Насильники успеют вскрыть глотку девчонке прежде, чем Макс до них доберётся. Зато верные метательные ножи помогут быстро разрешить сложившуюся ситуацию. Приятной её никак не назовешь. Дядя Саша, которого Макс в глубине души давно считал своим отцом, был прав: люди порой попадаются хуже уродов. А потому юноша не собирался отпускать их живыми, даже если они отпустят девчонку. И дело вовсе не в геройстве, просто им не место на земле, не ради них они с Морзе рисковали жизнями.
Время словно замедлилось. При помощи своего дара Макс видел все уязвимые места на телах ублюдков. Он слышал, как бьются их сердца от возбуждения, скорее, даже вожделения, ведь им нравилось то, что они делают, они наслаждались унижением жертвы, её криками и мольбой о помощи.
Он сделал шаг, рука отточенным движением метнула клинок и мужик, что секунду назад держал нож у девичьего горла, ухватился за своё. Умирать он будет долго, если ему не помочь, и вскоре Макс им займётся, а пока на пути ещё две цели, которые следует поразить. Меткий бросок и рукоять метательного ножа, обмотанная верёвкой, чтобы не скользить в руке, торчит из глазницы следующего. Третий уже успел поднять автомат, но на мгновение замешкался, засуетился, видимо, перенервничал, и этого времени Максу хватило, чтобы воспользоваться новым оружием.
Меч с тихим шелестом покинул ножны, а твёрдая рука и приличная скорость удара позволили отсечь руку ублюдка. Кость хрустнула, пропуская отточенную сталь дальше, и мягка плоть не выдержала. Мужик взревел от боли, забыл об оружии и схватился за обрубок, а Макс обратным движением вскрыл ему глотку. Крик оборвался, перешёл в некий булькающий хрип, и парень переключил внимание на первую жертву. Но добивать его уже не потребовалось, брошенный нож попал туда, куда требовалось, и вскрыл сонную артерию. Человек был ещё жив, но сильная кровопотеря не оставляла ему ни малейшего шанса на выживание.
Парень убрал клинок и протянул руку испуганной девчонке.
— Не бойся, я тебя не обижу. Как ты вообще к ним попала, здесь на сотню километров в округе ни души.
— Я думала… Хотела подзаработать, а они… Они…
— Ясно, — усмехнулся тот. — Обычные ублюдки.
— А ты? Ты сам то что здесь делаешь? И почему ты один?
— Я ищу отца, — сухо ответил Макс. — Поднимайся, я тебя отвезу.
Молодые люди буквально свернули за угол, и Макс уверенной походкой подошёл к мотоциклу, красному «Иж», который он забрал из гаража в Таганроге. Его наставник исчез, с тех пор миновало два года.
Они вместе вылетели с авианосца, провели несколько дней в Елатьме, а затем он отправился обратно. Сказал, что нужно довести дело до конца, что не может балдеть, пока выродки ходят по нашим городам. А Макс остался ещё на день, мама уговорила. Они собирались прилететь на базу вместе на следующий день. А когда вертолёт опустился на палубу, Николай удивлённо спросил, почему с ними не вернулся главнокомандующий? Тогда они узнали, что вертолёт с Морзе так и не вернулся назад. Пилот сообщил о поломке, назвал координаты вынужденной посадки, но когда к месту прибыл спасательный отряд, они не смогли обнаружить даже намёка на вертолёт.
А спустя несколько месяцев поиск прекратился. Макс никого не винил, у сопротивления были и более важные задачи. Это война, здесь постоянно гибнут люди и командиры в том числе. Но что-то не давало ему покоя, некий червячок сомнений постоянно копошился внутри и однажды он решился. Оставил матери записку, чтобы не ругаться, не спорить, собрал рюкзак и отправился на поиски. Он знал, верил, что сможет, даже если не удастся отыскать отца живым, хотя бы получит ответы. Одно ему было неведомо — какие приключения жизнь собиралась вылить ему на голову.
