Представители коллегии засуетились, бросая на молодого полуорка сочувствующие взгляды. Его дружелюбие и уверенность произвели впечатление. Кажется, симпатии публики завоевать удалось. Если б еще его подзащитные того стоили. Он в очередной раз задумался о том, сработают ли заповеди пророка Мохаммеда.
– Хорошо. Согласен. Я буду соревноваться со всеми сразу.
Судьи вновь начали совещаться. Полуэльф и полуогр мялись поодаль, с интересом общаясь друг с другом. Дориана отошла в сторону и настойчиво что-то твердила отцу.
Внезапно Севка услышал шум и одновременно почувствовал, как его дергают за рукав. Опять Влак.
– Чего тебе? – он посмотрел на малыша.
– Там! – взволнованно прошептал орчонок. – Туда!
Севка обернулся. В долине, где остались орки, происходило что-то нехорошее. Оттуда доносились крики, шум, вой. Похоже, пророк не помог…
– Бежим! За мной, не отставай! – отчаянно рявкнул Севка Влаку и спрыгнул с насыпи.
Он бежал как никогда в жизни и мог бы, наверное, установить мировой рекорд по стометровке, но этого оказалось недостаточно.
Когда Севка оказался на месте, все было кончено. Арсен и Косолапый, неразделимые в предсмертном объятии, умирали. Вожак вцепился зубами в разорванное горло врага, а полуорк все еще сжимал рукоять ножа, пронзившего сердце Косолапого. Арсен, увидев брата, попытался что-то прохрипеть. Из перегрызенного горла вырвался тихий звук, француз дернулся и умер. Севке послышалось что-то вроде: «Про…».
– Что он хотел сказать? Прощай? – на риторический вопрос ответил успевший прибежать вслед за братом Влак:
– Пророчество.
– Пророчество? При чем здесь оно? Что произошло? – Мясоедов поднялся с колен и обвел орков вопросительным взглядом. Первым опять отозвался мальчишка:
– Пророчество говорит: второй сын спасет племя, третий – станет великим вождем, старший – предаст.
– Предаст? – растерянно повторил Севка, и на этот раз ему ответил давешний матерый забияка.
– Предатель. Звал нарушить новый закон, напасть на судей. Узх…. (непроизносимое имя, вероятно, погибший вожак?) сказал «нет». Был прав. Предатель не понял. Ударил. Прыгнул. Уз-уххрр ответил. Оба нет. Хорошая драка, – старый воин облизнулся и, угрожающе зарычав на завывших самок, добавил, мешая настоящее с будущим: – Орки плачут сегодня ночью.
– Орки плачут ночью, – прошептал Севка. Осмыслить смерть брата он пока не мог. Нужно было возвращаться, принимать участие в состязании. Мысли и чувства – потом. Ночью.
-Ничего не трогать. Ждите меня. Я скоро вернусь. Слушать его, Влака, – приказал он и кивнул младшему брату. – Проследи.
Малец послушно кивнул и сразу же рыкнул на кого-то из старших. Все понятно, парень тянется к власти! Севка одобрительно потрепал брата по лохматой макушке и помчался обратно.
На помост представитель орков вернулся тоже бегом. Его ждали. Вновь извиняться Севка не стал.
– Так как мы будем соревноваться? – он обратился к судьям и вдруг заметил их вытянувшиеся лица.
– Соревнование закончено, – ответил эльф-председатель.
– Но почему? Как? – Севка растерялся. Неужели ему засчитали поражение, и племя погибнет? Неужели все напрасно?! Это жестоко, несправедливо. Он открыл было рот, чтобы оправдаться, объясниться, но тут над ним сжалился доселе молчавший судья-огр, кажется, Гролл:
– Ты выиграл, – прогудел он одобрительно. Мясоедов по-прежнему ничего не понимал. Выиграл?! Как?
– Мы настояли, чтобы ты соревновался со всеми сразу, но выбор состязания оставался за тобой, – пояснил седой эльф. – Ты сказал: «Бежим! За мной, не отставай!» – и побежал. Как ты бежал, все видели. Я посчитал время. Твои соперники имели право на бег, но признали, что так не смогут. Они сдались. Все. Суд принял предварительное решение. Орки отправятся в изгнание и будут жить там на свободе, но при двух условиях…
– Условиях? – Мясоедов навострил уши.
– Да. Ты войдешь в Совет и возглавишь племя в изгнании. Возьмешь на себя ответственность за его будущее! Сразу же когда будет оглашен окончательный приговор. Условия изгнания тебе сообщат завтра наблюдатели. Думаю, ты не станешь спорить – ты спас племя от рабства, и ты должен стать его вожаком. Да среди орков сегодня и нет того, кто мог бы представлять племя в Совете. За исключением тебя самого…
Севка потупился. Седой был совершенно прав: кого отправлять в Совет? Забияку? Влака?! Малец, конечно, попадет туда, в конце концов… лет через десять, но не раньше.
Эльфийский судья, взойдя на помост, огласил решение. Толпа встретила его одобрительным шумом, хотя слышались и отдельные недовольные выкрики.
«Великий вождь и учитель орков. Ответственность, – тоскливо подумал Севка. – Бывает и хуже… но редко».
Судьи удалялись степенно, важно. Один лишь Норр волок дочку за рукав, что-то выговаривая ей сердитым тоном. Дориана слушала его молча, то и дело оглядываясь. В её больших зеленых глазах стояли слезы.
«Интересно, – вдруг подумал Севка. – В какой стороне находится гномье королевство? Или у них республика? Ближайшие горы, вроде, на западе…»
– Завтра к оркам придут наблюдатели Совета. Они объяснят тебе, что нужно делать, и трое из них будут сопровождать вас в пути – по одному представителю от разных племен. Думаю, у племени орков появился хороший предводитель, – напоследок заметил седовласый эльф, отеческим жестом похлопав Севку по плечу, и печально добавил: – Ты держался очень достойно. Жаль, что мой сын не похож на тебя…
Севка пожал плечами. Что он мог сказать? Что стать предводителем суждено младшему брату, а его самого ждет неблагодарная участь оркского пророка и учителя? Что человеческое воспитание подразумевает очень много всякого-разного? Что, может быть, нужно очень долго требовать от кого-то успехов в художественной гимнастике, чтобы получить в конце концов неплохого боксера?
Кто он такой, чтобы объяснять непростые истины мудрому судье чужого мира? Ему хватит орков. Загонит малышню в кружок хорового пения. Глядишь, через пару лет и орк-рок-группа собьется…
Когда победитель вернулся к своим, уже взошла луна. Круглая, глупая, желтая и почти полная – ничего общего с траурным светилом, которому следовало бы освещать прощание с ушедшими. С Косолапым – вожаком, простым и грубым, но преданным, погибшим за новую веру. Со страшим братом – чужим, почти незнакомым, которого он теперь уже никогда не сможет узнать и понять. Зачем Арсен это сделал? Почему предал? Что хотел доказать? Подумать только, с момента их встречи прошло чуть больше суток! Севка помотал головой, не веря себе, – вся эта безумная чехарда событий вместилась в рамки одного дня.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
