P.S. Среди авторов, писавших об операции «Монастырь», многие питали простительную для бывших сотрудников КГБ склонность к вымыслу. В данном случае в форме беллетристики. Один из них, постоянно, при этом, претендующий на информированность, предложил свою версию описанного мной допроса (смотри, например: militera.lib.ru research/sharapovepOl/index.html). При всей его информированности, он, тем не менее, остался в убеждении, что в 1929 году ленинградское ОГПУ располагалось на Литейном проспекте, тогда проспекте Володарского, дом 4, тогда как на самом деле в печально знаменитый «Большой дом» ленинградское отделение политической полиции Советского Союза переехало только после завершения его постройки в 1932 году. А до этого помещалось все по тому же адресу, улица Дзержинского, сейчас снова Гороховая, дом 2, где начиналась достославная история ВЧК еще в декабре 1917-го, воспринявшей это здание от полиции «старого режима». Правда, при царе в подвалах дома на Гороховой, хотя, наверняка, кого-то и били, но не расстреливали. Что касается текста, то считайте мой вариант попыткой соревнования. Или пародии.
Эта история только начинается
Итак, Александр Николаевич Демьянов, оперативное имя «Гейне». Судоплатов, действительно, пишет о том, что он происходил из дворянской семьи. По его словам, прадед Демьянова, атаман Головатый, был одним из основателей кубанского казачьего войска, отец, офицер, погиб в 1915 году на фронте. Дядя, брат отца, в годы гражданской войны руководил контрразведкой белых на Кубани. Мать Александра, выпускница Бестужевских курсов, «признанная красавица в Санкт-Петербурге, пользовалась широкой известностью в аристократических кругах». Её лично знал генерал Сергей Георгиевич Улагай, в годы Второй мировой войны — один из руководителей казаков, перешедших на сторону Германии. Запомнил Судоплатов и то, что Александр Демьянов стал в 1927 году свидетелем террористического акта, совершенного боевиками РОВС (Российского общевоинского союза) в Ленинграде. Эта организация белой эмиграции и после окончания гражданской войны пыталась вести вооружённую борьбу с большевиками. В здании бывшего дома Елисеевых на углу Невского и набережной реки Мойки во время гражданской войны обитал ставший знаменитым «Дом искусств». Созданный заботами Горького он помог выжить многим русским писателям, поэтам и художникам. В период НЭПа большевики превратили этот памятник архитектуры в «Центральный партийный дом». Здесь террористы РОВСа забросали гранатами одно из заседаний. Тогда было ранено 35 человек, а боевикам удалось уйти в Финляндию. Руководитель этой группы В. Ларионов оставил воспоминания об этом акте (ru>forum/index.php?topic=161.0).
После выхода воспоминаний Судоплатова история операции «Монастырь» стала популярной. О Судоплатове, о ней и её участниках были сняты телевизионные фильмы. Их можно посмотреть, например, по следующим адресам:
http://www.youtube.com/watch?v=eUCFZh3Rpg8;
http://fenixclub.com/index.php?showtopic=65016;
http://my.mail.ru/video/mail/sma2706/6749/7155.
html#video=/mail/sma2706/6749/7155;
http://video.yandex.ru/#!/search?text=onepaция монастырь&where=all&filmId=VYDxo1Q_ExI
here=all&filmId=VYDxolQ_ExI.
Постоянно появляются новые книги и статьи, повествующие об этой операции. При минимуме известных фактов, история, в том числе и биография Демьянова, обрастала фантастическими подробностями. О нем писали, что он воспитывался за границей, а один из авторов, мной уже упомянутый бывший сотрудник КГБ, превратил его мать во фрейлину последней русской императрицы. Другой написал в газете «Труд», что она «окончила Бестужевские курсы в Смольном институте благородных девиц» (http://flb.ru/info/5018.html). Для читателей, не очень интересующихся историей женского образования в России, сообщу, что демократические Бестужевские курсы, фактически первое женское высшее учебное заведение в России, созданные в эпоху реформ Александра II, были полным антиподом придворного и аристократического Смольного института, а газете «Труд» хочется поставить на вид — нужно подбирать более образованных сотрудников.
Как известно, в России кто что охраняет, тот тем и владеет. Вот почему все новое, что стало известно об операции «Монастырь» и ее участниках в XXI веке, опубликовано в статьях и книге «СМЕРШ. Гвардия Сталина», авторы которых трудятся в архиве ФСБ (4itaem.com>book/smersh _gvardiya _stalina -283179). В частности, они приводят цитаты из справки НКВД от 12 января 1942 года, составленной на агента «Гейне», он же Александр Демьянов. Из оной мы узнаём, что его мать, Бунакова Анна Михайловна, до революции преподавала в гимназии, а после неё была директором школы. То есть выпускницей Бестужевских курсов она вполне могла являться. О её отце, деде Александра, в справке почему-то вообще не упоминается, но зато говорится о дяде, Бунакове Александре Михайловиче, артиллеристе, офицере царской армии, до 1922 года служившем не где-нибудь, а в Кремлевской артиллерийской школе, а затем работавшем в ВСНХ, Высшем совете народного хозяйства, главном органе управления экономикой в 20-е годы. Судьба его типична для «военспецов» и «буржуазных специалистов». В справке говорится, что в 1926 году он был арестован ОГПУ как участник антисоветского заговора в военной промышленности и умер в тюрьме.
Так из какой же семьи на самом деле происходил Александр Николаевич Демьянов? Первым из всех, писавших об операции «Монастырь», задавшись этим вопросом, я поступил просто: вышел за круг источников, привычных для специалистов по истории советской разведки.
На хорошо информированном сайте «Центра генеалогических исследований» (http://rosgenea.ru/) действительно, есть сведения об Александре Бунакове — в 1909 году поручике артиллерийской бригады, а в 1912 году — выпускнике Михайловской артиллерийской академии. Но самое интересное, в справке НКВД утверждается, что Анна Михайловна происходила из княжеского рода. На сайте «Родовод» (ru.rodovid.org) можно узнать, что Бунаковы — старинный род князей Рюриковичей, но генеалогическое древо Бунаковых, приведённое на этом и других генеалогических сайтах в двух вариантах, не имеет ветвей далее середины XIX века. Причем указывается, что одной из двух ветвей Бунаковых Герольдия Правительствующего Сената отказала в признании древнего дворянства и, следовательно, княжеского достоинства. Представители второй, по-видимому, даже и не пытались его отстоять. Тем не менее, и сегодня многочисленные Бунаковы похваляются в социальных сетях своим княжеским происхождением (http://vk.com/club464788). Среди людей, носивших фамилию Бунаков в XIX веке, есть известный педагог и писатель Н.Ф. Бунаков, а также генерал-лейтенант Василий Александрович Бунаков, умерший в 1897 году. Интересно, что в последние годы жизни он был начальником Главного управления казачьих войск. Не он ли был дедом Анны Михайловны, и не сыграла ли его связь с казачеством какую-либо роль в судьбе его внучки? Мне об этом неизвестно. Так или иначе, если Александр Демьянов по матери и принадлежал к княжескому роду, то род этот захудал ещё до петровских времен и официально княжеским не именовался.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
