Глава 11.
Ночью Энн снился ужасный сон.
Будто её привязали к креслу и все вокруг горит. Она видит красные злые глаза, которые все ближе и ближе. Она видит в руке у этого человека оружие. Энн пытается что– то сказать, но замолкает. Она не станет умолять и не даст слабину. Огромные тучи дыма накрывали её, рыдания сотрясали её тело, но лишь слезинки выдавали слабость.
Я не хочу умирать! Я не хочу умирать! Я хочу жить! повторяла она про себя.
Но руки ненавистника коснулись её лица и ужас сковал её.
– Не прикасайся!!! заорала она и начала что есть силы отбиваться. Не было ничего хуже именно этого. Теперь она молила о смерти, лишь бы эти руки никогда больше к ней не прикасались. Она ощутила, как её душа разрывается от боли. Энн не подала голос и из– за того, что она так сильно тряслась, почти сумела освободиться и хотела расцарапать каждый миллиметр кожи, которого коснулся чужак.
– Энн, дорогая! Աղջիկս . её мать касалась лица дочери и теперь в испуге пыталась разбудить е. Женщина начала паниковать и кричала по– армянски о помощи. Энн тряслась, кусала губы чуть ли не до крови и царапала руки, раны и даже кровь пугали мать сильнее. А сама она была бледна и ели дышала. Отец прибежал и затряс её так, что она открыла глаза и, сделав один вдох, зарыдала.
– Назени позвала невестку бабушка что с дочкой твоей было? говорила на армянском
– Ой мама… Ночью я, когда её увидела, на лет сто пострела. Сама всю ночь не сомкнула глаз, да и она плакала. Ничего не сказала.
– Она что со своим женихом поссорилась?
– Не дай Бог!!! выкрикнула Назени и три раза сплюнула в обе стороны.
– Значит, сон увидела! сказала бабушка.
– Наверное, моя дочь увидела мою смерть, начала плакать Назени, как она меня любит, говорила она на армянском и вытирала свои слёзы.
– С чего это ты взяла? прикрикнула бабушка.
– Говорят, что такой сон, когда видят, то человек долго жить будет. Бедная моя девочка, как же она меня любит – плакала Назени.
– Мам… позвала её дочь. Мам…
Не успела Назени поднять свои заплаканные глаза на дочь, как девушка потеряла сознание. В этот момент в дом вошел Микаэль с отцом семейства. Мужчины бросились к ней. Микаэль взял её на руки и отнёс на ближайший диван. Начал трогать пульс и давать указания, что ей сделать, испуганной до полусмерти Назени. Бабушка заплакала от того, что её внучка не приходила в себя. Но Микаэль всё– таки привёл её в чувства. Из её глаз потекли слезы.
– Я не хочу…
– Тише, девочка, заботливо произнёс он и погладил её лицо рукой. От этой заботы по телу девушки прошла теплота. Она доверяла и верила ему.
Тише…
Энн стихла и не открывала глаза. Лишь когда Микаэль убрал руку и помог Назени прийти в себя и сесть у окна, Энн села на диване, не поднимая глаза, отвечала на бабушкины вопросы о самочувствии. Ей было неловко, ведь Микаэль был тут и видел её состояние.
– Я тоже поднимусь… вслед за матерью и отцом очень тихо произнесла Энн. Назени попросила мужа, чтобы тот проводил её в комнату. Женщина слишком сильно за этот день рас переживалась и теперь ей нужен был покой.
– Дочка, посиди, ответила бабушка, не нужно уходить в комнату.
– Идём на улицу, подал голос Микаэль, он с тревогой смотрел на неё, там тепло и свежий воздух. Бабушка вы позволите?
– Да, сынок, кивнула она и внимательно смотрела на него ты хороший человек, я по глазам вижу. И внучку свою я тебе с лёгкостью доверю.
Энн покраснела.
– Я не хочу…
– Иди! И не перечь мне! бабушка подала голос, Идите, идите!
Микаэль пошёл к выходу, а за ним Энн.
Глава 12.
– Я думала, мы будем в нашем саду, Энн внимательно посмотрела на мужчину, который шёл впереди. А ты ведёшь меня в парк.
– У пруда тебе будет лучше. – ответил тот.
– Тогда не нужно так бежать, будто за нами кто– то гонится. Я все же слаба немного.
Микаэль замедлил шаг и теперь они шли рядом. Ему захотелось взять её руку, и, будто услышав его мысли, она посмотрела на его руку.
– Что такое, Энн… Твои чувства подводят тебя?
– Что? не могла поверить она.
– Я начинаю думать, что твой жених вовсе не волнует тебя.
– Как ты смеешь!!! прошипела она и, развернувшись, пошла в обратном направлении.
– Ты думаешь, будешь счастлива с чужаком? Ты собираешься учить своих детей нашим традициям? Хотя постой… Ты сама о них ничего не слышала.
– Как ты смеешь! С меня хватит! Ты ещё пожалеешь о своих словах!
Микаэль не понимал, зачем ему надо было все это говорить. Он не понимал этих порывов.
– Идём в дом.
– Не указывайте мне!!!
– Перешла на "ВЫ"…
– Отныне! Знайте своё место! девушка вошла в дом, но её схватил Микаэль и прижал к двери.
– Не указывай мне!!! И не заставляй отвлекаться от своих дел и заниматься тобой!
– Что это означает?! она была так же настроена отважно, как и он.
– Дочка. открыла дверь бабушка и увидела такую сцену: Эти двое смотрели так яростно друг на друга, Микаэль сжимал её руки, заставляя стоять возле стены. А внучка не противилась и, казалось, готова была кинуться в атаку.
Что здесь происходит?
Микаэль отпустил её и спустился.
– Ваша внучка хорошо себя чувствует… Я проводил её и собираюсь уходить.
– Так уходи! произнесла Энн.
– Дочка!
Энн вошла в дом.
Микаэль, сынок…
– Простите, бабушка… Мне пора.
Его прикосновение к её руке до сих пор вызывало непонятные чувства в ней. За весь день она уже, наверное, в сотый раз смотрела на свою руку. Она будто горела.
Как он посмел…
Её гордыня была задета. Девушка так хотела его снова увидеть. Она не понимала, почему все это происходит с ней и не понимала, как один человек может притягивать и отталкивать одновременно. Её рассудок кричал: ″Хватит думать о нем! ″ Но Энн не могла.
И это её злило. Не выдержав оков раздумий, она, будто убегая от самой себя, рванула вниз.
– Доченька выкрикнула мать, Энн споткнулась и чуть не упала, да что это с тобой происходит?
– Ничего тихо ответила и пошла на кухню.
– Я знаю, что с ней Назени! сказала бабушка. Энн замерла в дверях. Неужели бабушка скажет о том, что
