3
Келли провела языком по губам, почувствовала крупицы грязи и только через пару секунд осознала, что лежит лицом вниз на утрамбованной земле. Она чуть повернула голову, прищурилась и различила наверху пятно серого света – клочок светлеющего неба в дымовом отверстии.
Пугающие образы ожили в памяти: заброшенная хижина, освежеванная ящерица, нож у горла.
Дрожащими пальцами Келли коснулась шеи и не нащупала ничего, кроме маленькой царапины, уже затянувшейся липкой коркой.
Неужели она потеряла сознание из-за такой ерунды? Конечно же, нет. Он придушил ее… или еще что.
Келли приподнялась на локтях, моля бога, чтобы напавший на нее человек уже ушел, но понимала, что вряд ли ей так повезет. Решив уйти, он не стал бы затаскивать ее в хижину и бросать лицом вниз.
Этот человек – Логан Стэнфилд или просто какой-то сумасшедший?
И есть ли между ними какая-то разница?
– Я мог перерезать тебе глотку прямо там, – словно ржавый нож, проскрежетал в темноте тихий мужской голос.
Все ее нервы будто оголились, пульс, казалось, застучал прямо в ушах, но в голову пришла нелепая мысль: почему люди всегда шепчут в темноте?
Келли повернулась, села лицом к нему и тут же чуть не ослепла от вспышки света, слишком мощной для обыкновенного фонаря. Только через несколько мгновений она различила огромную фигуру со смертоносным ножом, сидящую рядом с ней. В отбрасываемом назад слабом свете виднелись сильные, покрытые темными волосами руки с грубыми пальцами и чистыми, коротко остриженными ногтями. Никаких колец. Но Келли заметила на запястье необычные часы с несколькими маленькими циферблатами, светящиеся в темноте.
– Почему вы затащили меня сюда?
– Я хочу знать, кто тебя послал.
Голос был грубый, как будто его владелец выздоравливал после тяжелого ларингита.
– Никто меня не посылал, – сказала Келли как можно спокойнее.
Он молчал довольно долго. Интересно, о чем он думает? В слепящем свете фонаря Келли не видела его лицо: только лезвие ножа с каплей крови, ее собственной крови, засохшей на сверкающей стали.
И необычные часы со всеми этими циферблатами.
И чуть дальше на полу, сразу за кругом света, пистолет, который он у нее забрал.
Келли приказала себе не смотреть на пистолет.
– Вы – Логан Стэнфилд, не так ли? Я хотела взять у вас интервью для статьи в местной газете.
– В местной газете?
Луч фонаря переметнулся на стену хижины, и одним быстрым движением мужчина оказался на коленях перед Келли. Большая рука сжала ее подбородок, и на одно безумное мгновение Келли показалось, что он хочет поцеловать ее… или еще что.
Хотя вряд ли у него романтические намерения. О поцелуе нет и речи. Похоже, он собирается ее изнасиловать.
– Ты лжешь, – повторил он, крепче сжимая ее подбородок.
– Нет, нет. – Келли замотала головой в тщетной попытке освободиться. – Ваше исчезновение было в этих краях сенсацией. Ваше возвращение будет еще большей сенсацией. Люди захотят узнать, где Логан Стэнфилд провел все эти годы… и кто его похитил.
Его пальцы медленно скользнули вниз по ее шее, и Келли запаниковала, решив, что он хочет удушить ее. Угрожающее молчание наполнило маленькую хижину. Келли слышала лишь свое затрудненное дыхание… Однако пальцы, обхватившие ее горло, не сжались, как она ожидала.
Наконец он заговорил:
– Я не говорил, что я Логан Стэнфилд.
Хриплый голос был едва ли громче шепота, но смертельная угроза, словно бурлившая в словах, не позволила Келли противоречить.
– Что ты делаешь здесь с пистолетом? – спросил он, жарко дыша в ее щеку.
– Я отправилась в глушь и захватила пистолет для защиты. Вот и все.
Он разжал пальцы, но лезвие ножа тут же оказалось около ее яремной вены.
– Хватит лгать! Говори, кто послал тебя.
Даже не смея дрожать от страха, чтобы не напороться на острое, как бритва, лезвие, Келли медленно отклонилась назад. Луч фонаря не дрогнул. Фигура не пошевелилась. Собственное дыхание показалось Келли слишком громким, и, сравнив свою трусость с его полным самоконтролем, она разъярилась.
– Нельзя сказать, что меня послали… – Келли смотрела прямо на ослепительный свет, но краем глаза следила за дедушкиным пистолетом. – Нельзя сказать, что меня послали, – повторила она, потихоньку продвигаясь поближе к пистолету. – Видите ли, Джим Кри, главный конюх Стэнфилдов, ну, он сказал своей троюродной сестре. То есть… я думаю, что Ума – его троюродная сестра или, может, более дальняя родственница… – Келли прекрасно понимала, что лепечет как полоумная, но главное – отвлечь мужчину на долю секунды и схватить пистолет. – У навахо больше шестидесяти кланов, и большинство из них находятся в родстве друг с другом, образуя целую галактику кузенов. Это…
– Хватит молоть чушь. Кто тебя послал?
– А… Мэтью Дженсен.
Келли показалось, что она слышит, как со скрежетом поворачиваются шестеренки в его мозгу, пытающемся осмыслить ее слова. В издательских кругах Мэтта хорошо знают, но для нормального человека его имя – пустой звук.
Воспользовавшись замешательством бродяги, Келли бросилась к пистолету, схватила его и резко развернулась.
Свет снова ослепил ее, но она не отвернулась. На какое-то безумное мгновение ей захотелось узнать, как он выглядит, прежде чем она его пристрелит. По темной тени она могла сказать, что он очень крупный, очень высокий мужчина, но понятия не имела ни о цвете его глаз, ни о цвете волос.
– Бросьте нож! Немедленно!
– Тебе не хватит духу нажать на курок.
Казалось, что нацеленный на него пистолет его совершенно не волнует.
– Не полагайтесь на это.
Келли твердо верила, что смогла бы застрелить человека в порядке самообороны, но представляет ли этот мужчина угрозу, оправдывающую его убийство? Что, если это действительно Логан Стэнфилд? Как она может застрелить похищенного когда-то ребенка, пусть даже ставшего жестоким мужчиной?
Келли решила блефовать. Сделав вид, что ужасно нервничает и пистолет дрожит в ее руках, она нацелилась чуть в сторону, чтобы не попасть в мужчину, затем медленно передернула затвор, давая ему время бросить нож… но он не шевельнулся. Приготовившись к мощной отдаче, Келли нажала на курок.
