смеешь утверждать, что я убийца?
– Кинжал твой…
– А я его потерял сегодня днем.
– Не ври, к дяде днем ты подходил с кинжалом, когда он накричал на тебя. Неужели ты так желаешь стать королем, что готов пойти на такое?
– Я не хочу, чтобы ты занял трон вместо меня, – Ром выхватил сабли из ножен и напал на брата.
Тот отбил первый удар Рома его же кинжалом, что до сих пор держал в руке, тем временем вынимая одну из своих булатных подруг.
Обороняясь одним клинком, Арэвил вскочил на ноги, развернулся, нырнув под руку Рома и резанул ему по животу. Ром замер на мгновение, осматривая порез. Но парню повезло – брат рассек лишь одежду. Арэвил воспользовался заминкой и вынул вторую саблю. И как раз вовремя: Ром еще больше озлобился, он не любил когда Арэвил проделывал такие опасные фокусы, и с еще большей силой напал на него.
Старший из братьев проигрывал младшему. Арэвил пнул Рому под ноги пуф, и тот упал. В это время в спальню на шум прибежал стражник. Когда дверь скрипнула, Арэвил на секунду отвернулся от брата, чтобы взглянуть кто вошел. Этой секунды Рому хватило, чтобы получить превосходство в схватке. Он полоснул брата по ноге, чуть выше колена. От боли Арэвил разозлился и ткнул саблей, метя Рому в сердце, но тот перекатился на живот, и клинок пронзил ковер.
– Зови остальных! Арэвил убил короля! – крикнул стражнику Ром.
Страж послушно побежал за подмогой. Братья продолжили биться.
Покои Дзирда напоминали поле боя: полог и перина были искромсаны; все, что можно было разбить, осколками валялось на полу, а братья не прекращали сражение. Нога Арэвила болела, из раны сильно текла кровь. Наконец, ему удалось прижать Рома к стене, затем пнул его в живот. А когда тот согнулся от боли, добил ударом локтя в затылок. Ром потерял сознание.
Вбежала стража. Арэвил выскочил на балкон. Бросив сабли, перемахнул через перила и спрыгнул. Под этим балконом был еще один. Принц зацепился за перила следующего балкона, взобрался на него и побежал, прихрамывая, в коридор. Навстречу ему бежали три стражника. По привычке Арэвил хотел вынуть свои сабли, но вспомнил что они остались в дядиной спальне. Один из стражей замахнулся на него своим мечом, но Арэвил перехватил его руку и отобрал оружие, вырубив его хозяина ударом о колонну. Защищаясь от двух других, вынул у одного из них из ножен саблю и мигом расправился с обоими.
Сзади послышались шаги других стражей и голос Рома, который кричал чтобы не упустили убийцу. Арэвил уже хотел бежать, но рядом с ним открылась дверь и он увидел сестру. Она звала его. Арэвил юркнул к ней, дверь тихо закрылась. Стражники и Ром этого не заметили.
– Что случилось? Что за переполох? – спросила Лерика.
– Ром убил дядю и свалил все на меня. Стража ему поверила.
– Будь здесь. Спрячься где-нибудь, я пойду все узнаю.
Лерика подождала, пока шум в коридоре стихнет, и вышла.
Она направилась к дяде в спальню. Здесь не было никого. Мертвый король лежал среди осколков и обрывков тканей, а рядом валялся кинжал Рома. У выхода на балкон Лерика увидела сабли Арэвила, быстро забрала их и пошла обратно. От «пейзажа», увиденного в королевских покоях у девушки текли по щекам слезы. Как Ром мог? Как помочь Арэвилу? Как сказать маме? Надо вывести брата из дворца. Но как? По всем коридорам расставлена стража. Принцесса вернулась в свою комнату.
– Арэвил, это я. Ты где?
Он вышел из-за занавески.
– Держи, – Лерика протянула ему сабли. – Я отведу тебя к Кассиму. У нас есть лишь пять минут. Поживешь у учителя, пока все уляжется. Я сама к тебе приду. Никуда из его дома, понял?
– Да, – коротко ответил Арэвил. А что ему еще остается?
Кассим был одним из первых учителей ребят. Он преподавал им магию. Лерика и Арэвил с тех пор, как он перестал их учить, поддерживали с ним дружбу, в отличие от Рома, который боялся старика до смерти (чувствовал, что Кассим видит его насквозь).
Лерика что-то забормотала себе под нос. Воздух вдруг задрожал. Принцесса открыла двери: все чисто.
– Идем, – сказала она.
Они спустились в зал. Было странно по дороге туда видеть в коридорах замерших стражей, Рома, некоторых дядиных советников. Сестра подвела его к большому зеркалу, одной рукой взяла руку брата, другой коснулась отражающей поверхности. По стеклу пробежала рябь, словно круги по воде от брошенного в нее камня. Арэвилу все это было странно – магия ему давалась плохо, и он перестал ей заниматься несколько лет назад. Они вошли в зеркало. На коже появилось ощущение чего-то холодного и мокрого.
– Где мы? – спросил Арэвил, когда они стояли в темной комнате, освещаемой лишь огнем в камине.
Около огня стоял дряхлый старый эльф и… дремал. Лерика его разбудила, спешно расказала о случившемся. Кассим без разговоров согласился спрятать Арэвила у себя. Принцесса попрощалась с ними и вернулась во дворец, снова пройдя через зеркало.
Она поднималась по лестнице на второй этаж дворца, а Ром в это время спускался. Вернее замер, спускаясь по ней, когда Лерика остановила время. Пять минут истекли и все снова пришло в движение. Ром оглянулся на сестру:
–Только что тебя здесь небыло. Откуда ты взялась? Где Арэвил? Помогла ему бежать, да? – Он схватил Лерику за руку и периодически встряхивал девушку, когда спрашивал.
– Отпусти, – Лерика попыталась оттолкнуть брата. – Я не знаю где Арэвил. И я была здесь.
Вид девушки был уставшим. Ром смотрел ей в глаза:
– Врешь! Ты колдовала! Ты помогла ему бежать! Где он?
– Отстань!– крикнула она.
Ром отшвырнул сестру и продолжил спускаться, а Лерика чуть не упала через перила.
– Я с тобой позже разберусь! – крикнул он, оборачиваясь.
Лерика пошла в дядину спальню. Там, перед телом Дзирда, на коленях сидела мать наследников и плакала.
– Мамочка…
– Какон мог? Ну как он мог? – женщина едва говорила. – Мой сын убийца… Арэвил, что ты наделал…
Мама верила Рому… Ей сейчас бесполезно что-либо объяснять. Принцесса посмотрела на тело короля и невольно задумалась о том, что теперь будет.
– Ром всех настроил против тебя. Он очень убедительно врет. Тебе нужно бежать из города, – спустя два дня Лерика пришла к Кассиму навестить брата.
– Из города…– повторил Арэвил. – Он и там меня достанет.
– Тогда из королевства.
Арэвил не ожидал услышать такое, хотя только что сам подумал о том же.
– А что ты так смотришь? – спросила девушка. – Нам не удастся переубедить
