Громила ухмыляется.
Ну что такого смешного? Думает, Марианну еще ни разу не трахал? Не было у него такой экзотической шлюхи? Это его и забавляет? Круто, нечего сказать.
Я напрасно стараюсь сглотнуть ком в горле. Меня трясет так, будто температура примерно под сорок. Жуткое состояние. Кошмар. И проснуться никак не выходит.
Еле двигаю пальцами, растягиваю процесс одевания на как можно более длительный срок. Казалось бы, стоит нарядиться скорее, прикрыться от алчного взгляда хищника. Но я прекрасно понимаю, что чем быстрее покончу с этим занятием, тем быстрее мы покинем спортзал и начнется реальный ужас, поэтому я тяну время как умею. Только одежда все равно заканчивается, сумка упакована, больше нет вещей, которые можно туда сложить, и мне остается лишь признать свое поражение.
— Я готова, — сообщаю сдавленно.
Амбал кивком головы указывает на выход, повелевает ступать следом за ним.
Я не спорю. Стараюсь изобразить полную покорность. И с учетом моего дикого страха, получается поразительно легко.
На этого огромного мужика смотреть страшно. А как тогда в первый раз под ним оказаться? Он же раздавит. Просто убьет. Разорвет и даже не заметит, внимания не обратит. Как бульдозер по мне проедется, промчится на полной скорости, раскатает точно асфальтоукладочный каток. В землю вгонит. Под таким здоровяком любая кровать развалится. Разломается. А я? Точно не выдержу, не выстою.
Судорожно втягиваю воздух, стараюсь успокоиться. Мое отчаяние ни к чему не приведет. А страх еще сильнее распалит голод хищника.
Ладно. Может, я зря переживаю? Может, все не так жутко будет? Он же качок, а у качков часто проблемы с эрекцией. Прием стероидов просто не проходит. За все приходится платить.
Вон Лидка встречалась с парой подобных шкафов, с виду богатыри, настоящие альфа самцы, страшно вообразить на какие зверства в постели способны. А потом оказывается у них член размером с корнишон. Мелкий, даже смотреть смешно. Еще и не стоит, сколько ни старайся, ничем не оживить. Подруга потом перестала в спортзале знакомиться, искала обычных парней.
Хорошо бы и у этого типа возникли проблемы с потенцией. Выглядит грозно, ужас нагоняет. Но может, там и бояться нечего?
Эти мысли немного успокаивают, настраивают на оптимистичный лад.
На выходе вижу администратора, пытаюсь ее взгляд поймать, но девушка упорно смотрит мимо, не рискует оторваться от разглядывания пустой стены. Отлично. В принципе на помощь и содействие я все равно не рассчитывала, не надеялась, но…
— Куда? — рявкает амбал, когда я направляюсь к стойке.
Вздрагиваю и замираю. Никак не отвыкну цепенеть от жуткого звука его голоса.
— Я должна абонемент забрать, — отвечаю медленно. — Карту для зала.
— Зачем? — спрашивает мрачно.
— Для тренировок нужно, — рефлекторно облизываю пересохшие губы. — Я же сюда заниматься хожу.
— Со мной позанимаешься, — бросает издевательски, за руку меня хватает и выволакивает за дверь.
Вскрикиваю от неожиданности.
— Сам тебя потренирую, — прибавляет громила и выразительно ухмыляется.
— Как? — вырывается невольно.
Громадные ладони опускаются на мою талию, грубо притягивают, привлекают вплотную, вжимают в горячее мускулистое тело, что будто из чистой стали выковано, из железа создано.
Амбал прижимается ко мне сзади. Мощно. Жестко. Прямо демонстрирует с чем придется иметь дело. Выразительно толкается вперед.
И пусть нас разделяет несколько слоев плотной ткани, я ощущаю абсолютно все.
Глаза до боли округляются. Пораженно выдыхаю. Замираю, будто парализованная.
Он меня убьет. Просто прикончит этим. Женщины вообще выживают после ночи с ним?
Голова кругом идет. Колени подгибаются. Если бы не пальцы, которые жестоко впиваются в мои бедра, я бы прямо сейчас растянулась перед ним на полу. Возле его ног растеклась. Рухнула бы на самое дно.
Гигантский член упирается в мои ягодицы. Длинный и толстый. Каменный. Настолько твердый, что уже становится больно. По спине крадется ледяная дрожь.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
Таким агрегатом можно забить до смерти. Запытать. Уничтожить. На куски разорвать. Если он затолкает этот прибор внутрь меня, точно сдохну.
— Потекла? — опаляет горло жарким дыханием. — Бабы по такому тащатся.
Врет. Никому эта дубина не понравится. Во всяком случае, не внутри. Разве это куда-нибудь поместится? Сомневаюсь. Настоящий исполин. Великан. Таким только пугать. Устрашать.
— Привыкай к новому тренажеру, будешь на нем часами скакать, — обещает нарочито сладко.
Где его холодность? Где равнодушие? Лед дает трещину. За нерушимой стеной распаляется пожар. И этот поворот мне совсем не по вкусу.
— Марианна, — намеренно растягивает буквы, ленивым тоном мое имя протягивает, будто хочет распробовать.
Содрогаюсь. Мелкий трепет на плечи обрушивается, в бездну тьмы влечет.
Я не хочу. Или хочу? Если там и правда куча других бандитов, которые жаждут взыскать долг Андрея с меня, безопаснее и разумнее оставаться с одним. До определенного момента. Потом посмотрю и буду действовать по ситуации.
Может, получится удрать?
На улице нас поджидает целая компания мужиков, прямо у выхода караулят. Все как на подбор высоченные и здоровенные. Бритоголовые. Рожи жуткие, только в розыск подавать. Мороз пробегает по коже от одного их вида.
Это люди громилы? Его «братки»?
Какой кошмар. Голову кружит.
— Чего столпились? — мрачно цедит амбал. — Брысь.
— Должок ищем, — бросает один из незнакомцев, остальные как будто тушуются. — Тут вроде телка Андрюхи тренится. Или нет?
Господи. Сердце пропускает удар, ухает вниз. Он не лгал. Андрей реально меня подставил, причем по полной программе. Отдал в счет уплаты своего долга.
Почему? За что?
Даже посчитать этих бандитов не могу. Начинаю и сбиваюсь. Слишком страшно, разум отказывается подчиняться.
Я пропала. Громила меня отдаст. Прямо сейчас. Ему нет смысла связываться с такой бригадой, биться с толпой, рисковать ради «проститутки». Проще отдать проблемную девушку, глупо вступать в неравный бой.
Их слишком много. Очень много. А его компании даже не видно. Поддержки не светит. Придется сбросить балласт.
Заранее настраиваюсь на худший вариант. Жду, как меня оттолкнут, со смешком швырнут на расправу этим бешеным псам.
Может, сказать, что я больная? Или заразная? Может, обмочиться? Вызвать рвоту? Решат, будто я сумасшедшая, побрезгуют трогать и отпустят? Или им наплевать? Вдруг ничем не побрезгуют?
— Здесь чужого нет, — чеканит амбал, притягивает меня вплотную, жестко удерживает за талию и обводит всех тяжелым взглядом. — Только мое.
Вцепляюсь в него. Безотчетно. Рефлекторно. Как в спасательный круг. Обнимаю этого совершенно постороннего человека, повинуясь инстинкту самозащиты.
Бритоголовые отходят. Молча, ни слова никто из них не выдает. Как волной назад откатываются, уступая путь.
Странно, однако они явно боятся громилу гораздо сильнее, чем он их. Черт, да он и вовсе не боится никого из этих стервятников. Окатывает всех ледяным презрением, уверенно увлекает меня следом за собой.
Глава 8
Дорога проходит как в тумане. Ничего толком не разбираю, не различаю. Набор смазанных кадров.
— Дерганная ты, — говорит амбал. — На чем сидишь?
— В смысле? — реально не понимаю суть вопроса.
— Вены вроде чистые, — следует ровное заключение. — Нюхаешь? В десны втираешь? Смотри, в моем доме этого дерьма не будет. Наркоту не потерплю.
— Я не… ничего не употребляю, — еле выдавливаю ответ.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
— Тогда какого хрена носом шмыгаешь? — хмурит брови, оглядывает. — Трясешься как обдолбанная.
Он не понимает, что мне страшно. Не замечает. Боже, он считает, я наркоманка. Ну да, проститутка и наркоманка. Идеальное сочетание, вполне логичное.
— Аллергия, — откашливаюсь. — На холод.
