Джейсон открыл дверцу и забрался в пикап, чтобы собрать осколки внутри.
— Я думаю, все из-за Бренды.
— Из-за Бренды?
Хэл хмыкнул. Следовало догадаться, что тут замешана женщина.
— Это моя девушка, — пояснил Джейсон. — Тони Брейден положил на нее глаз. Недели две назад я заметил, что он стал к ней приставать, и велел ему держаться от нее подальше. В ответ он начал обзываться, потом толкнул меня, а я разбил ему губу и поставил синяк под глазом. С тех пор Тони и его дружки-головорезы повсюду меня преследуют и пытаются втянуть в драку.
— Я вижу, твой приятель Тони предпочитает выступать вчетвером против одного, — заметил Хэл.
Джейсон кивнул, продолжая собирать осколки:
— Раньше эти типы не били стекол и не оскорбляли Энди. Обычно они просто дразнили меня или звонили к нам домой по телефону и говорили всякие непристойности. Такое, как сегодня, произошло впервые. Наверное, это потому, что они напились, — предположил Джейсон. — Они поджидали меня после футбольного матча. Мне повезло, удалось провести несколько хороших пасов, а Тони разозлился. Тони терпеть не может, когда в центре внимания не он, а кто-то другой. Видно, он решил, что мой успех уменьшает его шансы с Брендой.
— А эта твоя подружка, — спросил Хэл, наклоняясь за очередным осколком, — как она относится к вашим с Томи стычкам? Поощряет?
Джейсон перестал работать и поднял голову.
— Что вы, ничего подобного! Ей противно поведение Тони. С тех пор как начались занятия в школе, он все пытается уговорить ее пойти с ним на свидание. А мне понадобилось целых полгода, чтобы набраться смелости и пригласить Бренду. А теперь вот приходится иметь дело с этим придурком.
Вопреки привычному цинизму Хэл улыбнулся, вспоминая трудную пору собственного взросления, ритуалы ухаживания, мужское соперничество. Он уже почти забыл, что был когда-то молодым и невинным.
— Бренде, наверное, нравится слыть первой красавицей в школе? — предположил он.
Джейсон усмехнулся во весь рот:
— Вы бы видели мою сестру, когда она училась в старших классах. Парни сбивали друг друга с ног, лишь бы пройти следом за ней в класс. Говорят, у нее сексуальная походка.
Не желая в том признаваться, Хэл уже успел заметить, что при ходьбе Андреа чуть заметно, но очень соблазнительно покачивает бедрами. Самое ужасное, что она делала это непреднамеренно: походка девушки была совершенно естественной, как и все остальное в ней. У этой девчонки есть класс, стиль и та особенная сексапильность, которая привлекает внимание мужчины даже против его воли, решил Хэл.
— Думаю, с Брендой происходит то же, что когда-то произошло с Энди, — философски произнес Джейсон.
Хэл встрепенулся:
— А что с ней случились?
— После того как мужчины крутились вокруг нее столько лет, она, по-моему, на них озлобилась. — Джейсон пожал плечами и снова принялся за уборку. — В первое лето, когда Энди приехала на каникулы из колледжа, ее было просто не узнать: она сделалась такой неприступной, на мужчин и смотреть не хотела, не то что иметь с ними дело. Папа, бывало, говорил, что ребята вытаптывали нам всю траву, пока ходили вокруг дома, высматривая Андреа, но все без толку. Теперь она изменилась, стала ужасной, редко улыбается, а если кто пригласит на свидание, всегда отказывается.
Хэлу очень хотелось бы узнать, что же так изменило Андреа, почему она стала такой колючей, как будто постоянно готовилась защищаться. Сцена, разыгравшаяся на кухне, позволяла предполагать, что существует некая тайна, в которую не посвящен даже Джейсон. Видимо, с девушкой произошло что-то очень серьезное.
Джейсон тяжело вздохнул и облокотился на руль. В голубых глазах подростка заблестели слезы.
— Это был ужасный год, — признался он.
Кто бы мот подумать, что этому ребенку захочется излить душу трепанному жизнью циничному ковбою? Хэл вдруг почувствовал себя эдаким добрым дедушкой. Неужели он и впрямь похож на человека, способного выступить в роли сочувствующего исповедника? Странно, но, по-видимому, Джейсону не терпится выговориться. Хэл сел на очищенное от осколков сиденье пикапа и принялся слушать, стараясь не пропустить ни слова.
— Три месяца назад наша мать погибла в автокатастрофе, — тихо начал Джейсон. — Она работала в банке и в тот вечер возвращалась домой с работы. В полицейском отчете говорится, что от дождя дорога стала скользкой и она не справилась с управлением. — Мальчик помолчал, пытаясь взять себя в руки. — Мамина машина пробила ограждение и упала в ущелье.
Хэл поморщился: он вспомнил, как предположил нечто подобное, увидев заплатки на ограждении. Он оказался прав.
— Мамина смерть почти убила папу. — Голос Джейсона задрожал, — Родители прожили, вместе двадцать лет, они были неразлучны, как самые близкие друзья. Мама занималась хозяйством и вышла на работу только за год до того, как Андреа поступила в колледж. Представляете, папа три раза в неделю ездил в Хачукби, чтобы пообедать вместе с мамой. Если я когда-нибудь женюсь, мне бы хотелось, чтобы у нас с женой были такие же отношения, как у моих родителей.
Хэл с трудом представлял себе подобную преданность. Рассказ Джексона звучал для него как рождественская сказка. Отец Хэла был пьяницей и гулякой, он сбежал с другой женщиной, предоставив жене самой растить двоих сыновей, — хорошо еще, что ей помогал брат.
Джейсон шмыгнул носом и вытер глаза.
— Когда мама умерла, Энди бросила ветеринарный колледж. Папа был против, но она настояла…
— Ветеринарный колледж? — перебил Хэл. — Сколько же Андреа лет? — Сам он дал ей лет двадцать — двадцать один, не больше и решил, что она слишком молода для бывалого ковбоя, состарившегося раньше времени.
— Послезавтра ей исполнится двадцать пять, — сказал Джейсон. — Папа и слышать не хотел, чтобы Андреа бросила учебу и, вернулась домой работать на ранчо. Он сказал, что мама для того и взяла в городе дополнительную работу, чтобы оплачивать колледж и выплачивать ссуду. Мама бы не одобрила ее поступок, говорил он… но две недели назад папы не стало…
Джексон вдруг расплакался. Хэл растерялся. Он не знал, что делать, и просто сидел и смотрел, как мальчик вздрагивает, пытаясь совладать с собой.
Судя по всему, на долю младших Флетчеров свалилось слишком много горя и недетской ответственности. Сейчас Хэл уже жалел, что, когда Андреа в первый раз позвонила ему и попросила о помощи, говорил с ней слишком резко. Но в то время он получил травму и по уши увяз в собственных проблемах. Он тогда огрызнулся, нагрубил девушке, и она ответила ему тем же.
Хэл оправдывался сам перед собой, что был бы любезнее, знай он обо всех обстоятельствах: ведь Андреа ничего ему не рассказала! Она чересчур горда и упряма — Хэл понял это в первые же минуты их личного знакомства.
