Андреа было очень стыдно за себя. Последние полчаса она проплакала, скорчившись в углу кладовой. Наверное, она никогда еще не плакала так долго и безутешно — сказались две недели постоянного напряжения, когда ей приходилось бодриться и подавлять свои эмоции. Начав плакать, она уже не могла остановиться. Прижимая к животу больную руку, девушка сотрясалась от громких рыданий. Возможно, лучший способ избавиться от отчаянии и душевного напряжения — как следует выплакаться, но Андреа считала унизительным опускаться до столь жалкого состояния. Почти четыре года она твердила себе, что не погожа на большинство представительниц своего пола — легкомысленных, чувствительных созданий, готовых залиться слезами по малейшему поводу.
В колледже ей выпало тяжелое испытание, но, собрав в кулак всю волю и решимость, она выкарабкалась, залечила глубокую рану в душе. Андреа с головой ушла в учебу, преисполнившись решимости стать лучшим ветеринаром в Соединенных Штатах — и среди женщин, и среди мужчин. Оставался всего год учебы, и она стала бы самостоятельной. Она бы работала ветеринаром, оказывая услуга всем окрестным скотоводам; и сама зарабатывала бы деньги. Андреа планировала жить с родителями, заботиться о них и этим хоть как-то отблагодарить их за все лишении, на которые они пошли, чтобы дать ей образование.
Но жизнь распорядилась по-другому. Судьба нанесла Флетчерам два сокрушительных удара. После ужасного звонка Джейсона Андреа немедленно ушла из колледжа и помчалась домой. В довершение всех бед она, разбирая бумаги отца, обнаружила, что он влез в чудовищные долги, чтобы только оплатить ее учебу.
Поступая в колледж, Андреа хотела подать заявку на государственную субсидию, но Роберт Флетчер не позволил: он хотел, чтобы дочь начала свою карьеру, не отягощенная долгами, как обычно бывает с молодыми ветеринарами. Однако он сам потом лишил ее такой возможности, бросившись вниз головой с крутого берега Файер-Ривер.
Как он мог! Ведь отец знал, в каком положении оставляет ее и Джексона! Андреа не раз мысленно задавала себе этот вопрос и не находила ответа. Может быть, потеря любимой жены повергла Роберта в глубокую депрессию? Почему она, Андреа, не смогла предвидеть и предотвратить катастрофу? Наверное, потому, что сама еще не оправилась после потери матери и полностью погрузилась в собственные страдания.
Андреа прерывисто вздохнула и снова зарыдала в голос. Просто кошмар какой-то, этого не может быть! Не мог отец совершить самоубийство и бросить своих детей на произвол судьбы! Наверное, она спит, но скоро проснется, и все в мире встанет на свои места.
Господи, за какие грехи ей выпало такое ужасное наказание?
В то время отец казался глубоко озабоченным какими-то неведомыми делами, и Андреа не догадалась, что так у него проявлялись симптомы депрессии. Если бы она была чуточку повнимательнее! Если бы она уговорила отца довериться ей! Может быть, тогда они вместе преодолели бы скорбь. По-видимому, отец ушел в себя и втайне от всех строил планы покончить со своей несчастной жизнью.
Как жаль, что она не выбрала профессию психиатра вместо профессии ветеринара. Возможно, тогда она смогла бы вовремя распознать настораживающие признаки и понять душевное состояние отца. Но судьба распорядилась иначе: Андреа вернулась домой, чтобы заняться его похоронами… При этой мысли она заплакала еще громче. Вдруг в дверях откуда ни возьмись материализовался Хэл Гриффин. Этого ей только не хватало — раскиснуть при постороннем мужчине! Девушка не знала, куда деваться от стыда. Ковбой, наверное, решит, что она просто тронулась, другой такой размазни не сыщешь к западу от Файер-Ривер. Этот непрошибаемый циник и без того считает всех женщин слабыми и бестолковыми созданиями, и она своим ревом только укрепит его в таком убеждении.
Огибая свисающие с балки под потолком седла, Хэл направился к укромному уголку, где притаилась Андреа.
— Мисс Флетчер, мне нужно с вами поговорить.
Андреа сглотнула слезы и глубоко вздохнула, пытаясь успокоиться.
— Ваша комната — на втором этаже, первая дверь налево от лестницы. У вас будет отдельная ванная комната. Завтрак я подаю в шесть, — сообщила Андреа, стараясь говорить самым деловитым тоном, на какой только была способна в эту, минуту.
— Я пришел не за этим.
Именно таких слов и боялась Андреа. Но нужно было отвлечь Хэла от истинной цели его визита, пока она недостаточно овладела собой, и девушка продолжала:
— Если вы насчет постельного белья, то я уже постелила чистое.
Хэл присел на корточки рядом с ней. Даже в полутьме, царившей в кладовой, было видно, что он усмехается.
— Отдаю вам должное, Флетчер, вы такая же гордая упрямица, как я сам, да только сейчас в этом нет нужды. Ваш брат уже просветил меня относительно здешней обстановки. Джексону было необходимо облегчить душу, по-моему, вам тоже, иначе вы не уползли бы в этот угол и не затопили бы слезами всю кладовую.
Ах, Джейсон, Джейсон! Пока она выбивалась из сил, стараясь тащить тяжкую ношу в одиночку, брат почувствовал себя покинутым и обратился за поддержкой к совершенно постороннему человеку. Что ж, Джейсон совершил ошибку, и она ее не повторит. Да, Хэл Гриффин согласился — причем неохотно — помочь отыскать и собрать ее разбредшийся скот, но никому и в голову не придет рассматривать рубашку ковбоя в качестве жилетки для слез. Сочувствие Хэла ей ни к чему, сказала себе Андреа. Она вообще не ждет и не желает сочувствия ни от одного мужчины на свете. Когда дело касается женщин, у мужчин всегда есть на уме собственные тайные планы, уж об этом она постарается никогда не забывать.
— Не хотите поговорить? — предложил Хэл. Андреа упрямо вздернула подбородок:
— Не хочу!
— Вы собираетесь плакать, пока не наступит полное обезвоживание организма?
— А вам-то какая разница, что со мной будет? — бросила Андреа. — Вы в любом случае получите оплату по действующим расценкам!
Хэл протянул руку, чтобы поднять ее на ноги, но Андреа инстинктивно еще глубже забилась в угол.
Девушка тихо выругалась, и Хэл посмотрел на неё с удивлением и неодобрением: похоже, старые привычки очень живучи. Хэл был уверен, что не производит впечатление человека, готового на нее наброситься, и тем не менее Андреа старательно избегала малейших прикосновений.
Подумав, он спросил:
— Почему вы это делаете?
— Что?
— Почему вы меня избегаете? Это как-то связано с тем, что произошло на первом курсе колледжа?
— Вижу, Джейсон здорово разговорился! У вас что, был вечер вопросов и ответов? Что же еще он вам поведал?
По крайней мере, Джейсон и сам не все знает, мысленно утешала себя девушка. Живописные подробности происшествия, настроившего Андреа Флетчер против всех мужчин, не были известны никому, кроме нее самой, и она считала, что так должно оставаться и впредь. Андреа не собиралась обсуждать происшедшее с кем бы то ни было: это ее личное дело.
