ушедшую парочку наёмников и, не добегая до них немного, крикнул:
— Парни, там Шеву бочка на ногу накатила. Нужно помочь, один я её не докачу.
— Вот же, болван, — буркнул один, второй же даже не обернулся, пользуясь остановкой, чтобы перевести дух и вытереть пот.
— Докатим эту, потом вернёмся и поможем со второй. А сейчас давай, впрягайся рядом. Быстрее сделаем, раньше вернёмся наверх.
— Хорошо.
Я подошёл вплотную, а когда он повернулся спиной и наклонился, упираясь руками в бочку, нанес ему сильный удар костяшками пальцев по затылку. Он хрипло хрюкнул и ткнулся лицом в бочку с медовухой.
Второй наёмник — молчун, будто юла шустро развернулся, выстрелив кулаком, как пращой. Я, пользуясь своим меньшим ростом, поймав его на встречном движении, поднырнул под удар, скользнул ему под мышкой и оказался вплотную сзади — спина к спине. Мне прилетело локтем по лопатке, довольно больно, но я всё же смог в процессе прохода захватить его за голову и, согнувшись, приподнять на себе тело воина.
Он попытался извернуться, а я получил ещё один болезненный удар уже под ногу. Осев на одно колено, я ещё сильнее согнулся, чуть тряхнул воина, уже полностью лежащего у меня на спине и, наконец, шея наёмника хрустнула, а он обмяк.
Тяжело дыша, я встал и проверил первого, которого вырубил вначале. С усилием, уж больно широкая у него была шея, я с хрустом шейных позвонков добил и его. Внезапно получить, пришедшего в себя свидетеля, мне абсолютно не было нужно.
Быстро оглядевшись, убедился, что момент продолжает быть тем, что мы предполагали. Хотя я уже стал немного нервничать, так как интенданта удалось, лишь в последний момент выпроводить наружу. Не то, что я бы не справился и с ним, но в отличии от убитых наёмников, его смерть местные чародеи через медальон почувствовали бы тут же. А там счёт пошёл бы на минуты, а мне нужно хоть и чуть-чуть, но больше.
Рванув обратно, на полпути я свернул вбок, закрыв массивную дверь на засов, и, дополнительно подперев её палкой, побежал дальше, в голове прорисовывая окружающее пространство. Минута и я, вроде бы, у нужной стены. Приложив ухо, я не сразу, но услышал тихий шум. Там за стеной находился двор, где продолжали весело кутить счастливчики.
Вспоминая карту, что изучал более года назад, я выскочил обратно, и в несколько десятков шагов оказался в глубине прохода, вывалившись в небольшую пещеру. Крепость была частично построена в скальном массиве и сейчас я, как раз оказался в одном из таких мест, созданных природой, а не старыми имперцами, из наших предков.
Пещера была не сильно большой, но нужным требованиям удовлетворяла. Вокруг было пусто и не особо удобно обустраивать жилые помещения или даже склад. Потолок терялся в сумраке, по понятным причинам место никто освещать и не собирался, а вокруг вырастали из пола сталагмиты.
Шустро бегая, я пытался найти подходящую площадку, подсвечивая себе масляной лампой. Наконец пространство с нужной трещиной было найдено, после чего я приступил к делу.
Сорвав свой старый «простой» медальон, что казался безделушкой, которая, как я говорил всем, мне осталась от мамочки, раскрыл его. Внутри была земля с моей родной деревни. Ну, так я заявил первому встреченному мной «чёрноплащнику».
И она действительно была из моей родной деревни. Только далеко на севере и специально обработанная, для получения нужных свойств. Врать даже таким слабым менталистам, как нынешние «чёрноплащники», стоило осторожно. Как можно больше деталей сводя к правде или тому, что под определённым углом слышится нужной «правдой».
Засохший твёрдый комок — полностью нейтрализующий даже небольшой след магии, от спящего внутри, не сразу поддался, но наконец я его разломал. Внутри оказалось крупное семя, немного похожее на абрикосовое.
Маленький шедевр, сожравший немало ресурсов. Сделанный индивидуально под меня, а потому он должен выдать максимум близкий к идеалу, в принципе возможного при Преображении. Топливом ему послужит моё бракованное магическое ядро, такое обычное для северян, но так и не проснувшееся, по неизвестным причинам. Впрочем, свой потенциал в нём продолжал дремать.
Редко, но такое бывало. Это делало меня очень похожим на южан. Злая ирония, во многом это послужило тому, что для миссии выбрали именно меня. Без этого меня бы засекли ещё при входе.
Царапнув недавнюю рану на груди, я приложил идеальное Семя к выступивший крови. Убедившись, что оно начало набухать — активируясь, я тут же проглотил его.
Разобрав медальон, я снял внешнюю рамку и аккуратно извлёк кольцо, будто составленное из чешуек. Мертвое и кажущееся и близко не магическим. Предельно осторожно и вглядываясь в руны на них, чтобы не дай Создатель — не ошибиться, я провернул две чешуйки.
Какое-то время ничего не происходило, я даже подумал, что ошибся, однако лёгкое тепло пошедшее от кольца — успокоили.
Вставив кольцо в трещину, несколько раз меняя ракурс наблюдения, я убедился, что оно стоит ровно перпендикулярно.
Часть дела сделана, теперь критически важно, чтобы оно смогло дойти до нужного нам финала.
В животе уже будто скребли мурашки. Всё сильнее тошнило. При всех тренировках и теории, к такому до конца не подготовишься.
Я вышел в освещённый коридор и, борясь с нарастающей болью, от прорастающих в теле нитей, от всё быстрее зарождающегося Преображения — лёг, стараясь держать на виду закрытую дверь. А потом Преображение, пройдя этап подготовки, перешло во взрывную стадию и я заорал. Нет, не так.
Я ЗАОРАЛ!
Тело менялось, безвозвратно, но других хороших вариантов у меня не было. И я не жалел. Это было оплачено многими и многим — не мне теперь мучиться сомнениями, обесценивая их жертвы.
***
Пару минут спустя, сэр Альфиус, паладин Светоносной Ингриды, прорубив дверь в праведной ярости, всё сильнее чуя пульсацию тьмы совсем неподалёку, влетел в коридор, ведущий в малополезный ранее закуток.
За ним шумно толкаясь, вбежало не меньше десятка воинов — остальные явно устроили затор дальше. Влетевшие вояки, замерли, даже подались чуть назад. Лишь паладин не испугался, вскричав:
— Мать Ингрид, К ТЕБЕ ВЗЫВАЮ!
По коридору в сторону очень крупной фигуры в полумраке, выстрелила волна света... Однако, весь итог из произошедшего, оказался явно не совсем таким, как ожидал паладин. На стенах осел свет, будто фосфором покрывая их. Казалось, от него не скрыться ничему. Все тени и пропали. Тьма ушла, будто за мгновения жадно сожранная этим светом. И теперь стал виден во всех деталях тот, кто стоял в глубине широкого и ярко
