Под воздействием его мужского обаяния Кэтлин расслабилась и, несколько осмелев, села на стул, галантно выдвинутый им из-за широкого стола, обитого кожей, улыбнулась и приготовилась его слушать. Стряпчий сел в кожаное кресло напротив нее, раскрыл папку с документами, побарабанил пальцами по столешнице и, вперив в посетительницу проницательный взгляд, промолвил:
– Очевидно, вы пребываете в некотором недоумении, мисс Колберт, и хотите побыстрее узнать причину нашей встречи.
– Вы угадали, мистер Гриффен, – ответила Кэтлин, выпрямляя спину и плотнее сжимая колени, которые она стыдливо прикрыла сумочкой. Костяшки ее сжатых пальцев побелели от напряжения. – Понимаете, сэр, я не видела мисс Мейси вот уже много лет…
– Понимаю, понимаю… Она упомянула об этом в своем письме, хранящемся у ее душеприказчика, связавшегося со мной.
– Но как она узнала, что я учусь в Гранчестерском университете?
– Вероятно, догадалась по обратному адресу на вашей прошлогодней поздравительной открытке, – с доброжелательной улыбкой ответил адвокат. – Уже тогда она была серьезно больна, а в скором времени, в апреле этого года, скончалась.
– Но почему она выбрала своей наследницей меня, а не мою маму? – смущенно спросила Кэтлин. – Или же ей она тоже что-то завещала?
– Да, одну довольно-таки ценную картину, – сухо ответил мистер Гриффен. – Прочтите, пожалуйста, это письмо, мисс Колберт, и вам все сразу станет понятно. – Он протянул ей через стол экземпляр компьютерной распечатки.
Кэтлин достала из сумочки очки, водрузила их на переносицу и с изумлением уставилась на адрес отправителя, набранный титульным шрифтом: «"Хай тайдс", Куинсбери, Северный Корнуолл. Пятизвездочный отель и ресторан».
Ей вдруг вспомнилось, как она когда-то стояла там на высоком берегу над обрывом и любовалась морскими чайками, с пронзительными криками парящими над пенистыми волнами залива. Какой чудесный стоял тогда вечер, каким чистым ей казался воздух, пропитанный характерным солоноватым запахом…
Она встряхнула головой, отгоняя сентиментальные воспоминания, и начала читать собственно письмо, которое Мэри Мейси адресовала своим душеприказчикам Тревидлу и Пенуордену в городке Ньюки. Смысл его дошел до Кэтлин лишь после второго прочтения и поверг ее в сильнейшее душевное волнение. Текст его был таков:
«За исключением тех посмертных даров, которые предназначаются моим друзьям и коллегам, все мое имущество, включая ценные бумаги и акции, должно отойти к моей внучатой племяннице Кэтлин Колберт, в настоящее время являющейся студенткой Гранчестерского университета. Решение сделать ее главной наследницей я приняла после того, как ее родители развелись, вопреки всем моим настойчивым просьбам и уговорам не делать этого. По моему глубочайшему убеждению, дети не должны страдать от неразумного поведения своих родителей. Уверена, что несчастная девочка тяжело перенесла известие об их разводе. Ее мать, Дебора Колберт, а ныне – Макдоналд, всегда была эгоисткой. Вот почему я хочу, чтобы все досталось Кэтлин. Надеюсь, однако, что она не промотает оставленное ей состояние, а продолжит начатое мною дело и сохранит добрую репутацию моего отеля».
– Это невероятно, – прошептала Кэтлин, положив письмо на стол. – Прямо-таки манна небесная!
– Не каждый день мне приходится сообщать своим клиентам столь радостное известие, – с улыбкой произнес адвокат. – Поздравляю вас, мисс Колберт, теперь вы очень состоятельная женщина.
– Не представляю себе, что мне со всем этим делать! – воскликнула она. – У меня ведь нет опыта обращения с такими колоссальными деньгами, я привыкла считать каждое пенни.
– Я готов вам помочь! Могу договориться с душеприказчиками покойной о срочном переводе завещанных вам денег и ценных бумаг в любой указанный вами банк. Вы собираетесь сохранить отель «Хай тайдс»? Или предпочтете его продать?
– Я пока еще не готова дать вам определенный ответ, – пробормотала Кэтлин, хотя уже и чувствовала, что у нее душа не лежит продавать эту гостиницу.
– Я бы посоветовал вам съездить в Куинсбери и осмотреться. А вдруг вам захочется там поселиться? Лично я бы с радостью перебрался на побережье Корнуолла! Там великолепный климат, прекрасная природа, целебный воздух! А какие можно устраивать морские прогулки! Обожаю эти края. Знаете, а ведь я мог бы стать частым гостем в вашем отеле! Как вы, вероятно, уже догадались, я заядлый яхтсмен.
Такая настойчивость адвоката несколько насторожила Кэтлин, и у нее возникло подозрение, что он каким-то образом заинтересован в том, чтобы она не продавала отель. Профессия преподавателя ее не прельщала, однако и в качестве владелицы крупного гостиничного комплекса она тоже не могла себя представить. Впрочем, тотчас же подумала она, в одном адвокат определенно прав – нужно как-нибудь съездить туда и ознакомиться с ситуацией на месте. Разумеется, ответственность дьявольски велика, зато она почувствует себя хозяйкой, важной персоной, такой, как покойная Мэри Мейси. Но пока было бы совсем неплохо получить небольшую сумму на текущие расходы.
– А когда я смогу воспользоваться хотя бы частью завещанных мне денег? – спросила она.
– Деньги будут переведены на ваш банковский счет, мисс Колберт, как только вы подпишите эти документы. Но я бы порекомендовал вам сперва проконсультироваться у опытного специалиста по финансам, – ответил адвокат.
– Я так и поступлю, мистер Гриффен, – сказала Кэтлин. – И пожалуй, съезжу в ближайшее время в Куинсбери и лично взгляну на свою собственность.
Произнеся слово «собственность», она покраснела, вспомнив, с каким трудом всегда сводила концы с концами. До встречи с адвокатом у нее ведь абсолютно ничего не было за душой, не говоря уже о том, что она обременена долгами. И вот теперь ей предстоит осмотреть отель стоимостью около двух миллионов фунтов! Боже, какие могут быть сомнения, надо ехать туда немедленно!
– Давайте бумаги, я их подпишу, – решительно промолвила она. – Полагаю, что в банке мне выдадут ссуду под залог акций и других ценных бумаг? Пожалуйста, займитесь этим вопросом безотлагательно, мистер Гриффен, я буду вам чрезвычайно признательна. Я могу на вас рассчитывать?
– Не волнуйтесь, мисс Колберт, я все организую, – сказал адвокат, подавая ей на подпись документы. – Вы сможете получить деньги в банке уже на следующей неделе.
Настойчивые трели звонка телефона заставили Беллу Годвин встать с кровати в половине восьмого утра. Юный официант, которого она заманила в свою спальню накануне, что-то недовольно пробормотал и перевернулся на другой бок, спиной к окну, сквозь ситцевые занавески на котором уже давно пробивался солнечный свет. Из коридора доносились звуки чьих-то шагов, голоса, шум работающего пылесоса и запах с кухни, где для постояльцев отеля готовился английский завтрак. Белла потянулась, мысленно послала звонившему команду набраться терпения и, шлепая по ковру босыми ногами, подошла к столику и взяла трубку.
