Крисчен: Насколько я понял, я должен выдавать идеи. Идеи по поводу чего?
Хоу: Ну как же, Корнелий, идеи по поводу нашего общего дела, в которое мы с вами волей-неволей вовлечены. Ну, быстренько соображайте! Нужны идеи! Мы производим свечи зажигания. Мистер Мотт ценит полезные слова. Думайте, думайте! Быстро.
Крисчен: Мой мозг сейчас не способен плодотворно работать.
Хоу: (говорит по диспетчерской связи) Мисс Келли, дайте нам что-нибудь поэнергичнее, чтобы ускорить работу мозга. Примерно сорок пять секунд музыки после десятисекундной паузы.
Голос Келли: Десять секунд пошли.
Крисчен: Фу ты! Простите меня, я очень взволнован. Моя жизнь зависит от того, что я сейчас произнесу.
Хоу: Не воспринимайте эту попытку так серьезно. Думайте. Нужно одно предложение. Одна идея, хоть в стихах, все, что угодно, безразлично что, но только при условии, что это будет неоспоримым и весомым фактом, предложенным вами.
Крисчен: Мое остроумие иссякло.
Хоу: (звучит «Венгерская рапсодия» Ференца Листа) Давайте-давайте, ну же!
Крисчен: Я не могу сейчас, мистер Хоу, клянусь вам. Ни слова.
Хоу: Через не-могу. Я уверен, вы сможете. Подумайте, что бы вы могли предложить нам для производства свечей зажигания. Как добыть деньги! Деньги-деньги, милый мой. Думайте о деньгах.
Крисчен: Я…. Подождите-ка… «Зажгите ваши сердца искрой, блеснувшей от свечей Мотта». (Хоу восхищен успехом. Крисчен вздыхает, снимая нервное напряжение, потихоньку успокаивается.) Когда вы произнесли слово «деньги», оно буквально пронзило мое сознание.
Хоу: Не стыдитесь этого. (Говорит по диспетчерской связи.) Мисс Келли, опыт удался, прямое музыкальное попадание — примите это к сведению.
Голос Келли: Рада служить, мистер Хоу.
Хоу: Музыка была великолепна. И заметьте, что с ее помощью мы только что приобрели нового человека для отдела по выработке новых идей.
Голос Келли: Да, и в правду, мистер Хоу.
Хоу: (встает, протягивает руку Крисчену в знак одобрения. Крисчен выдыхает воздух, совершенно успокаиваясь.) Ну, молодчина! Так держать!
Крисчен: (порывисто вскакивает, чтобы с радостью пожать руку поддержки) Ага.
Хоу: Вы наш человек, Крисчен.
Крисчен: Вы хотите сказать, что берете меня на работу?
Хоу: Конечно.
Крисчен: Вы не шутите?
Хоу: Я не шучу.
Крисчен: Не слишком ли вы опрометчивы? Может, я еще что-нибудь продемонстрирую? Боюсь, что вы преувеличиваете мои способности. Я придумал это не без вашей помощи.
Хоу: Я с вами не согласен, Корнелий. «Зажгите ваши сердца искрой, блеснувшей от свечей Мотта». Имеете право на стакан воды. Да-а. Эта ваша изобретательность…
Крисчен: (отнимая губы от стакана воды, которая вмещает в себя 2800 душ почивших людей)…способна управлять целым производством.
Хоу: (склоняясь над пультом диспетчерской связи) Мисс Келли, вы слышали, что он вытворяет?
Голос Келли: Да, мистер Хоу. Это грандиозно.
Хоу: Запишите скорее эту фразу.
Голос Келли: Записываю, мистер Хоу.
Хоу: Сейчас же передайте два афоризма Корнелия Крисчена мистеру Мотту. Он должен их услышать как можно скорее. «Изобретательность способна управлять целым производством». Да здесь же еще вставлено любимое слово мистера Мотта.
Крисчен: Какой ужас — произнеся эти слова, я переоценил себя в ваших глазах.
Хоу: (глядя на свой указательный палец, находящийся на уровне глаз) Мы обрели человека, Корнелий, чьи слова исходят прямо из его головы, и мы купим эту голову.
Крисчен: Мистер Хоу, я… может быть, мне лучше остаться мальчиком на побегушках.
Хоу: (говоря по диспетчерской связи) Мисс Келли, я прошу вас сейчас же сказать Корнелию то, что вы думаете о его способностях в области словотворчества.
Голос Келли: Его лозунги впечатляют.
Хоу: Вот так вот, Крисчен, прислушайтесь к этому мнению.
Крисчен: Но я должен сказать вам правду… (Хоу терпеливо ждет правду.) Нет, все-таки лучше не надо. (Хоу мило улыбается.) Да, но я ведь ничего не понимаю в свечах зажигания, да и вообще в производстве. Ну разве, что там вертятся большие деньги.
Хоу: Разве этого не достаточно, дружище? Деньги — это решающий момент в нашем деле. Но надо признаться, мистер Крисчен, вы немного омрачили мое существование. (Говорит по диспетчерской связи. Крисчен грустнеет.) Мисс Келли, свяжитесь еще раз с мистером Моттом. Скажите ему все, что вы думаете о Крисчене.
Голос Келли: Его мысли так стихийны.
Хоу: Крисчен, она говорит это о вас.
Крисчен: Да, бросьте, я всего лишь нормальный человек с тривиальными мозгами.
Хоу: (с заметной теплотой в голосе и добродушием) В том-то все и дело, что вы не обычный человек. (Крисчен оживляется.) Вот так вот, милый друг! Всегда оставайтесь в таком же настроении. Так. Давайте пересмотрим наши отношения. (По диспетчерской связи.) Мисс Келли, не беспокойте нас сейчас и отключите все звонки на несколько минут. Мы должны серьезно поговорить с Крисченом в полной тишине.
Голос Келли: Хорошо, мистер Хоу. Может, какую-нибудь музыку?
Хоу: Нет, спасибо. (Крисчену) Ну теперь смотрите, Корнелий. (Хоу пересаживается на кожаный диван за стулом, на котором сидит Крисчен.) Передвиньте стул, сядьте прямо напротив меня. По всей вероятности, я буду вынужден вскоре уступить вам свое кресло. Когда мистер Мотт получит мое сообщение, он сразу же прибежит сюда, чтобы поглядеть на вас. И сейчас я рискую потерять хорошее место. Теперь вы знаете, почему. Потому что вы мне нравитесь. Когда вы вошли сюда, то я подумал, что вот еще один сноб с самомнением, богемный юноша. Но теперь-то я по достоинству оценил ваши уникальные навыки, которые неоспоримо выше, чем крахмальная сорочка или изысканный галстук сноба.
Крисчен: Вы имеете в виду навыки работы в похоронном бюро? Но это ведь единственная работа, которую я с трудом смог получить в Нью-Йорке по возвращению из Европы.
Хоу: Именно об этом я и хотел с вами побеседовать. О Европе. В ней то и заключается уникальность ваших способностей. В Америке вы бесценны. У вас хорошие манеры. Я безоговорочно верю в вас. Своими способностями вы сможете затмить всех наших конкурентов.
Крисчен: Спасибо, мистер Хоу, но мне кажется, вы совершаете ошибку. Я совсем не тот, за кого вы меня принимаете. Вспомните хотя бы то, каким образом я появился в вашем кабинете. Я не могли не вызвать в вас отвращение. Я же почти преступник.
Хоу: Ах, какое наблюдение. Вы просто переполнены идеями, Крисчен. Вы не более преступник, чем я… (Крисчен оживляется.) Я имею в виду… (Хоу широко улыбается, как бы утешая Крисчена.) Я хотел сказать, что мы очень похожи. Послушайте. Я, может быть, на каких-нибудь десять лет старше вас. У меня есть жена, дети, неплохая квартира на Лонг-Айленде. Всё есть. Хотя не обходится и без нареканий. Но я сейчас хочу сказать вам другое. Взгляните в этот бинокль через окно. Посмотрите подальше. (Крисчен подходит к окну с биноклем.) Вон там, где статуя Свободы, прямо перед вами. Нашли? А теперь немного левее.
Крисчен: Да.
Хоу: Видите те баржи?
Крисчен: Надеюсь, что те.
Хоу: Это хлам, никуда не годный мусор. Они приходят сюда каждый день, даже по многу раз на день. Баржи приходят по Гудзону, идут дальше по Ист-Ривер, нагруженные никому не нужным барахлом. Всё это потом выбрасывается на свалку. Это производит на меня жуткое впечатление. Вы сами посудите — всё выбрасывают. Слава Богу, что не в реку… Вы понимаете, к чему я веду этот разговор.
Крисчен: Мистер Хоу, мне уже не нужна работа.
Хоу: Никогда больше не произносите этого. Эти слова идут не в вашу пользу, когда вы их произносите, а также и не в мою, когда я их слышу. А я уже и так наслышался от вас достаточно всякой дряни.
Крисчен: Но мне действительно больше не нужна работа, мистер Хоу.
Хоу: Будьте любезны, зовите меня просто Ховард. И, Корнелий, я, как ваш покровитель, советую вам без промедления соглашаться. Я уверен в том, что вы с работой справитесь. Сделайте это хотя бы для меня. Вы будете смеяться, но это я должен просить работу у вас, хотя десять минут назад размышлял над тем, как бы повежливее разочаровать вас.
