Честно говоря, она безумно уставала от необходимости хранить анонимность. Постоянное сокрытие половины своей деятельности, и специальное акцентирование внимания на второй половине было не просто архисложным, оно отнимало все время и силы, которые у нее только были, и этот груз ей нельзя было разделить ни с кем.
Тимур как-то сказал ей, что в его мире есть одна крайне любопытная игра, под названием «шахматы», и средненький игрок способен просчитывать ситуацию на три, ну, максимум, пять, ходов вперед, в то время как профессионал просчитывает партию на дюжину и более ходов.
Она поинтересовалась у него, был ли на его памяти человек, про которого можно было бы сказать, что он просчитал партию от начала до конца, со всеми вариантами, и была поражена его ответом:
– Был человек, которому это было по силам. Только он был не из нашего мира. Дайрус Клауд.
Наслушавшись, в свое время о Дайрусе от Ящера, которому довелось выслушивать семейство Крэйт в течении долгого времени, она считала его скорее занозой в заднице, чем человеком, который заслуживал предельное уважение. Когда же она познакомилась с Ильтой, ее мнение слегка поменялось, но, все равно, оставалось довольно далеко от идеального, и лишь плотное общение с Тимом в, последнее время, в корне изменило ее отношение к этому человеку.
Сейчас же она пыталась просчитать партию пусть не до конца, но, по меньшей мере, на несколько дюжин ходов вперед, сама не ведая того, что пользуется при этом тремя правилами шахматиста.
В развешенной перед ней в пространстве магической модели были все ее действия, ответные ходы каждого, связки, пересечения интересов, и все вместе выглядело настолько сложным, что даже просто пытаясь разобраться в этом уже можно было потратить не один год.
Ее же задачей было свести все воедино.
Все осложнялось дополнительно из-за ее сторонних отношений, которые не ложились в эту схему, но тем не менее присутствовали в ее жизни. Конечно, таких отношений было не много, а точнее – они были всего лишь с тремя людьми, но… Эти трое представляли собой тугой узел, который было не то, что не развязать, а даже не разрубить.
И с каждым из этих троих, был пункт, которому не хотелось следовать.
***
Боунс Дигг неторопливо готовил на своей кухне, когда в зал их заведения ворвались какие-то люди, и, угрожая оружием, заставили нанятую охрану отступить к стене.
Привлеченный шумом, он глянул сквозь стену, внимательно осмотрел всю диспозицию, и нахмурился.
Оллет всего лишь полпрата назад отправился договариваться с новым поставщиком провизии и спиртного, предупредив, что раньше, чем утром он просто не появится, и связаться с ним будет невозможно, если они только хотят, чтобы у них был хороший ассортимент, и наивысшее качество.
Можно было, конечно, связаться с Ильтой, но Боунс знал ее привычку крушить все, что попадется под руку, а мебель в заведении было, все-таки, жалко.
Перебрав в уме возможные варианты, он дождался пока мародеры выяснят где находится касса, и, отвернувшись, загремел кастрюлями и сковородками.
Решивший проверить ситуацию мародер вошел на кухню, и увидел его спину.
– Эй ты! Живо повернись!
– Никто не говорит, что мне делать на моей кухне… – начал отвечать Боунс, разворачиваясь к нему лицом, с тесаком для разделки мяса в руке.
Мародер вскинул «шейзар», беря Боунса на прицел, но повар, махнув рукой снизу-вверх, метнул тесак прямиком ему в голову.
– Поскольку на моей кухне никто не может со мной сравниться – закончил фразу Боунс, и сделал короткий жест, после чего все кухонная утварь устремилась в главный зал для того, чтобы напасть на грабителей. Сам же маг остался на месте, неторопливо помешивая жаркое, и прикрыв глаза, чтобы лучше сфокусироваться на разворачивающемся в зале побоище.
Когда грабители были остановлены зависшими у их глаз и глоток ножами, оглушены кастрюлями, сковородами и скалками, «генерал кухонной армии» прошел к изумленной охране, и тихо произнес:
– Ты и ты – заменить поломанное. Ты и ты – мыть посуду. А вы двое…
– Да?
– Уволены. Вы позволили им сюда войти не дав коллегам ни орта на подготовку. Вон отсюда, и мигом, а то у меня жаркое пригорит.
***
В отличие от злящегося на Арианну Дейворта, Тейлон воспринял новость о ее отказе от сотрудничества намного спокойнее. Потягивая бренди, он курил одну из своих любимых сигар, выслушивая новости, и делал вид, что его, все происходящее, не касается ни в какой мере.
– Рэй, – сказал он, когда Дейворт, наконец, замолчал – ты злишься, но упускаешь из виду несколько очевидных фактов.
– Это каких, например?
Они сидели в доме Тейлона в Морфатском регионе, скрывшись от остального Совета, чтобы обсудить возможные действия.
– Во-первых, ни один из нынешних или бывших членов Совета не умеет воевать. У нас есть опыт в тактико-стратегических решениях в бизнесе, но не в боевых действиях. Согласен?
– Да.
– Во-вторых, – он затянулся сигарой – демоны никогда не лезли в проблемы людей. Точнее, один раз влезли, и это вышло боком всем. И им, и нам.
– Ты о чем?
– О том случае, лет семьдесят назад, когда Совет попросил их вмешательства в локальный конфликт на границе с Надором. Проблему можно было решить переговорами, а получился «сбор душ», когда одному из демонов показалось, что кто-то ему угрожает. Наконец, в-третьих, Арианна была крайне здравомыслящим человеком, и я уверен, что демон из нее выйдет не хуже. Если она не хочет предпринимать каких-то шагов, значит на это есть причина. Другое дело, что мы ее не знаем. В-четвертых, наконец, ты хочешь что-то от демонессы, но что ты ей даешь взамен? Со своей душой ты не расстанешься, а что-либо ценное для нее у тебя отсутствует. Демоны всегда были склонны к сделкам, а не к бескорыстной помощи. Меня же сейчас волнует другое. Ты уверен, что мы не сможем обойтись без нее?
– Уверен.
Тейлон выпустил дым, сделал глоток бренди, и, выдержав паузу, прокомментировал:
– Тогда у меня есть то, что ей можно предложить. От этого она не откажется.
***
Найдя несколько свободных пратов, Илим, вместе со своей девушкой, отдыхал от всех дел, связанных с расквартировкой ОКОПа в кайрабских катакомбах, когда его настиг вызов вокслера.
– Кто бы это ни был, у меня передышка – прорычал он, раньше, чем сформировалось изображение.
Впрочем, проекция так и не сформировалась, зато раздался веселый голос Тимура.
– И даже на меня рычишь. Значит совсем тебя делами достали.
– Тимур? Как?
– Потом, все потом. Если это «потом» настанет. Слушай, коллега, как мне разыскать кого-нибудь из столичного отделения банка «Раут»? Часть я нашел, но они мертвы. Сам глава банковской сети на вокслер не отвечает. У тебя там никого под рукой нет?
– Тебе зачем? Решил, вдруг, сохранить наши деньги, на случай если больше на бирже играть не сможешь?
– Нет, мне надо кое-что оттуда забрать. Кстати, передай шефу, что сеть Бейла со столицы можно снимать. Ноэйра пешком ушел в Далахас. И вы вообще, возвращаться намерены?
– Намерены, вот только никто толком не знает, когда. Вообще непонятно, что мы делать сейчас будем.
– Я скажу, что. Ребят, если мы хотим закончить этот бардак, то ноэйру и его войска надо задержать. Остановите его, и дайте мне день.
– Тим, это так просто не сделать. Ты даже не представляешь, сколько всего надо согласовать, да и народ боится… Они же против своих могут повернуть.
– Илим, да мне по фигу, что там надо согласовывать, как людей перекидывать, в кого стрелять и кого магией глушить. Я не для того эти долбанные полгода башку ломал, чтобы придумать как этого гада остановить, чтобы из-за бюрократии все прахом пошло. Завтра в столице будет Ильта, послезавтра мы добудем все, что нам нужно, а через два дня вы должны его остановить и задержать. Да, и еще, мне нужен отчаянный псих для самоубийственной миссии. Гром подойдет.
– Гром?
– Да. Гром. Будет артачиться – скажи, что это его шанс покататься на моем байке. Только Шелти не говори.
– Это все? – сухо осведомился Илим.
– Вроде того. Но я понимаю, что тебя со всех сторон задергали, и у тебя нет ни малейшего желания помогать, поэтому – подслащу пилюлю. Я перевел всю свою фонотеку в инфомассив. Тебе кажется Poets of the Fall нравились? Я тебе скинул все альбомы на деинг.
Илим растянулся в улыбке.
– Знаешь, я не понимаю, почему не ты во главе ОКОПа встал… С тобой намного приятнее иметь дело, чем со многими.
– Просто мы с тобой из одного теста слеплены. Мы мозги, а не мышцы. И мы оба не любим бывать на главных позициях, наше дело – второй план. Наслаждайся песнями, девушке своей привет передавай, а шефу все то, что я сказал. Надеюсь, что скоро увидимся.
***
