вроде полосы препятствий на улице рядом с цехом. Нужно было подготовить площадку.
Сагитта блондинки примчалась под вечер, когда я только взялся за дело. Выскочив из машины, девчонка рванула ко мне. Волосы у нее были чуть влажные, а футболку и шорты, в которых она была, я по-моему, видел первый раз. И как-то они не вязались с ее обычным образом. Слишком домашними выглядели?..
Она прямо из душа выскочила и сюда сорвалась?
— Завтра же тренировка, — заметил я.
— Которую ты собрался отменить, опять никому не сказав! — крикнула она, ткнув пальцем мне в живот.
Хм… и правда. После разговора с Манном, я решил поездку в Тэйм больше не откладывать. А о переносе занятия я бы, разумеется, предупредил. Не успел просто.
— Тебе Софи сказала, — понял я.
— Да!
Не знал даже, что они общаются.
— Ну и что? — посмотрел я на нее. — Я бы предупредил. Да и поездка всего на день-полтора.
— А то, что… мы и так мало тренируемся, вот! — воскликнула она. — Хотя ты обещал!
Несколько секунд я на нее смотрел. Потом кивнул. Больше сам себе, потому что понял, в чем дело.
— У тебя хороший прогресс Оливия, очень хороший, — сказал я. — Ты сейчас уже не слабее младшего Эванса, хотя у него ранг выше. Все нормально идет.
— Но тебя я ни разу не победила, — в голосе ее послышалось разочарование. Которое впрочем тут же сменилось обвинением. — А так не должно быть! Хотя бы случайно я должна была победить!
Как раз нет, но объяснить это, не раскрыв всего, я не мог. А для Оливии соревновательный момент был очень важен. Характер такой. И простые поддавки тут бы не помогли. Так она только потеряла бы в уверенности. Ей нужна была настоящая победа, и именно надо мной. Для меня как для тренера это была та еще задачка, на самом деле.
Хм… а если… тем более я все равно собирался…
— Вот черт, — сказал я вслух.
— Что, правда глаза режет?!
— Нет, у тебя опять что-то с резервуарами. Стой на месте.
— Что ты…
— Не двигайся.
Зайдя ей за спину, я положил руку ей на поясницу, потом провел вверх по позвоночнику. Точно из ванной выскочила… Даже бюстгальтер не надела…
— Духов, ты…
— Пойдем.
Убрав руку, я двинул в сторону ворот — к Комотору. Можно было в угуане, но там Софи, так что к Коммотору.
* * *
— Моя машина лучше, — в голосе блондинки так и сквозило самодовольство.
Оливия лежала рядом со мной на спине, ее шорты и футболка валялись где-то под разложенными сидениями. Как стало ясно немногим раньше, трусы она, выходя из дома, тоже надеть не удосужилась. Не только бюстгальтер. Видно, действительно торопилась…
Я только хмыкнул в ответ:
— Там места в десять раз меньше.
Моя одежда тоже лежала где-то внизу.
— Потом что машины не для этого!
Я даже спорить не стал. Предыдущие сорок пять минут показали, что вполне себе для этого.
— Как скажешь.
— Вот именно! Как я скажу!
В общем, я правильно понял ее характер. Многие другие девушки на месте блондинки наверняка восприняли бы произошедшее, как свое «поражение». Возможно даже, как то самое поражение, к которому они и стремились, но именно поражение. Оливия же явно считала, что победила меня.
Такой вот нрав. Впрочем, я совсем не был против.
— Еще? — поинтересовался я.
Она тут же перевернулась со спины на бок. Ее острый сосок коснулся моего плеча, но она не обратила на это внимания. Прищурившись, она уставилась на меня.
— Как ты это делаешь?
— Что именно?
— Почему твоя штука не упала после всего, — она бросила взгляд мне на низ живота. — Ты что, гад, не кончил?
— Не беспокойся, — улыбнулся я. — Нейгун позволяет управлять телом на высоком уровне. Я могу делать это и без эякуляции.
— То есть?..
— Да кончил-кончил. Не думаю, что на моем месте хоть кто-то бы удержался.
— Еще бы…
Снова перевернувшись на спину, она подтянула прямые ноги к груди, демонстрируя идеальную растяжку. Потом резко перевернулась на живот. Потянулась как кошка…
Намек я понял.
Видимо, все-таки еще.
* * *
Уехала Оливия еще примерно спустя час. Сам я потом еще немного повалялся на разложенных сидениях Коммотора, а после оделся и двинул к угуану. Нужно будет все-таки поработать над площадкой. Только фонарик возьму…
Хм…
— Софи?
Дверь ее комнаты захлопнулась через секунду после того, как я вошел в цех.
Понятно.
Подойдя к двери, я осторожно постучал.
— Софи?
Ни звука.
— Я вхожу, — предупредил я.
— Эй!.. Ну, блин… ладно, входи.
Внутри я увидел, что она сидела на своей кровати обняв подушку и хмурилась. Говорить я ничего не стал, просто сел на стул. Расслабился.
В течении нескольких минут угрюмость Софи будто только увеличивалась. Может она бы и дольше продержалась, но потом у нее, мне показалось, просто лицевые мышцы устали. Она дернула головой. Вздохнула:
— Я не знаю почему злюсь. Просто злюсь.
— Ревнуешь, — улыбнулся я.
— Пфе!
— Хм… раньше я от тебя этого звука не слышал.
Еще помолчали.
— Она теперь будет твоя девушка?
Я пожал плечами.
— Вряд ли. Слишком она эгоистка.
— Алекс! — глаза Софи округлились от возмущения.
— Что?
— Так нельзя говорить!
— Да я не в плохом смысле, — отмахнулся я. — Просто характер у нее такой — индивидуалистский, понимаешь? Это не значит, ей нельзя доверять или еще что-то такое. Ей просто самой такое не особо нужно.
— Знаешь, судя по охам и стонам, которые я слышала, она об этом другого мнения! — щеки Софи порозовели, но смотрела она с вызовом.
— Я не про это, а про отношения, — ответил я спокойно. — Кому-то нужна душевная близость, кто-то может без нее обойтись. Это может измениться с возрастом, но пока Оливия такая.
Софи притихла, но по глазам я видел — тема ей более чем интересна. Ну еще бы. Девчонка ведь.
— А ты? — спросила она.
— Пока не знаю, — честно ответил я. — Но друзья для меня важны, родственницы вот… тоже важны. Так что… не знаю, в общем. Жизнь покажет. Опять же, тут об интересах рода надо будет думать. Мы гранды все-таки, это тоже влияет.
— Да, наверное… — протянула Софи с легкой грустью.
Я хмыкнул.
— Что смешного?! — тут же возмутилась она.
— Ничего. Просто я подумал, что про тебя точно знаю, какая ты.
— Да?! — выражением лица Софи вдруг резко напомнила Анастасию в момент проведения воспитательной работы. — И какая же, мне интересно?!
— Однолюбка, — ответил я, как о чем-то самом собой разумеющимся. — Почти монашка даже. Никаких свиданий, никаких ухажеров, поцелуи, и те — после свадьбы. А
