умчался по коридору, чтобы предупредить Ард Рену о том, что к ней на поклон ведут рохэндельскую шпионку. Стоящие у стен стражи провожали их заинтересованными взглядами. Анью весело улыбалась и бодро шагала рядом с капитаном стражи. Прежде ей не доводилось столь фееричным образом попадать на приём к правителям. Если отбросить факт неудобства и лёгкое раздражение от абсурдности ситуации, то было даже забавно.
Сходила за наследством…
Глава 3. Не мои мои дела
Может, жизнь похожа на сказку,
Может, на кошмарный сон.
Ты узнаешь, когда снимешь маску
И поймешь, кто ты такой.
Может, ты герой из историй.
Может, странник без лица.
Где-то в детстве выбираем роли
И играем до конца.
В жизни тысячи дорог,
Будет радость и печаль,
Будет счастлив тот, кто смог
Превратиться в сталь.
«Тысячи дорог» (Виктория Черенцова)
Зал, куда её привели, поражал размерами, вычурностью убранства, обилием белого цвета и потолком из цельного куска горного хрусталя, сквозь который можно было увидеть небо. Очевидно, что природного хрусталя такого размера не могло существовать и его срастили из множества осколков, но всё равно выглядело впечатляюще. На фоне такой громадины сама владычица Берна как-то терялась.
Аньюриэль отконвоировали к возвышению, на котором располагался трон. Чародейка подняла взгляд, рассматривая Ард Рену Берна. Эадалин, насколько она знала, была ровесницей Азены, но не выглядела такой устрашающей, как правительница Рохэнделя. Возможно, виной этому были мягкие, чуть детские черты лица. Взгляд больших глаз с серебристой радужкой заинтересованно скользил по ней. Голову Ард Рены венчала большая корона с множеством ответвлений, на кончиках которых сверкали акрасиумы, огранённые в форме капелек. Стоило правительнице чуть пошевелить головой, и самоцветы покачивались, сверкая гранями, бросая радужные блики на стены и пол. Длинные платиновые локоны — у неё на на родине говорили «цвета звёзд» — аккуратно лежали на плечах, а по телу струилось шелковое платье, украшенное вышивкой и самоцветами. Несмотря на явную дороговизну убранства, выглядела Эадалин как-то бледно. Правительница молча и немного задумчиво рассматривала её, задержавшись взглядом на седине.
— Преклони колени, — в полголоса шипела, уподобившись змее, Гвиллена. — Перед тобой Ард Рена.
— А почему она в ограничителях? — голос у Эадалин был мягким, подстать внешности. — В них нет нужды.
— Благодарю, — Анью улыбнулась, ударив по слабому звену ограничителя магией. Письмена вспыхнули, пытаясь погасить выброс, и металл лопнул. Чародейка стряхнула бесполезный артефакт с запястий, успев насладиться ошарашенным выражением лица капитана стражи.
— Нет нужды, — взмахнула рукой Эадалин, останавливая остальных стражей, ринувшихся в атаку на «опасного шпиона». — Я рада приветствовать наследницу рода ни Силмириан. До меня доходили скорбные вести о горе, что обрушилось на Рохэндель и, в особенности, на Звёздный дол. Мне жаль, что Эльвия ушла под сень Элзовин так рано. Я знала её. Как твоё имя?
— Аньюриэль ни Силмириан, — неохотно отозвалась чародейка, понимая, что уже не получится делать вид, что она просто путешественница. Впрочем, растерянный взгляд Гвиллены приятно порадовал.
— Эадалин, — Энвиса, пользуясь мгновением затишья, создала фантом, — давно не виделись. Я привела наследницу.
— Энвиса! — Ард Рена подскочила с трона и спешно спустилась к ним. — Как же я рада тебя видеть! И представить не могла, что ты выберешь путь даро. Впрочем, я не удивлена. Пойдём, поговорим в моём будуаре. Там нам не помешают.
— Но как же… Но она ведь… — Гвиллена растерянно смотрела на них, протягивая реквизированный медальон.
— Она — моя дорогая гостья, — пресекла возражения Эадалин, забирая вещицу из рук капитана стражи. — Аудиенции на сегодня закончены.
***
В будуаре Эадалин могла поместиться целая деревня. Не в плане домов, огородов и рынка, но жители чувствовали бы себя вполне комфортно. Если предположить, что обстановкой комнаты занималась сама Ард Рена, то выходила, что она очень любит милые вещицы. Диванчик, на котором могли вольготно разместиться пятеро, чайный столик из розового мрамора, кресла, книжные полки, тумбочки, пуфики, множество цветов, камин, на полке которого стояли какие-то статуэтки. Высокие окна от пола до потолка закрывали лёгкие полупрозрачные шторы. Одна часть комнаты была похожа на сад, где в тени комнатных растений прятались небольшой столик и пара кресел. На одном из них с поистине царским великолепием развалился белый пушистый кот. Заприметив хозяйку, он вальяжно потянулся и спрыгнул, засеменив к Ард Рене.
Анью аккуратно шла за Эадалин, лавируя между пуфиками, стараясь не наступить на шлейф платья правительницы. Запоздало пришла мысль, что следовало одеться наряднее на аудиенцию, а не идти в чём была. Увы, умные мысли часто приходят с опозданием.
— Присаживайся, — Эадалин махнула рукой на диван, а сама заняла кресло напротив. Кот тут же прыгнул ей на колени и звучно замурчал. Анью мысленно поблагодарила всех богов за то, что правительница Берна не держит в будуаре собак.
Практически сразу появились горничные, которые споро сервировали стол к чаепитию и, поклонившись, удалились. Энвиса, дождавшись, что их оставят вдвоём, снова создала фантом.
— Что за ерунда у тебя тут творится?! Почему на мою девочку напали на подходе ко дворцу?!
— Полагаю, потому что у неё каким-то неведомым образом оказался медальон Ордена Солнца, которого нет вот уже триста лет.
— Мне его подарил рыцарь, который помог отбить атаку некроманта, — честно ответила Анью. — Просил рассказать о случившемся Вам. Сказал, что так меня точно пропустят.
— Нет нужды так официально ко мне обращаться. При иных обстоятельствах мы были бы равными по статусу. Полагаю, после смерти Эльвии род возглавила ты? — Эадалин наклонилась над столом, наполняя чашки ароматным чаем.
— Меня ещё не представили официально, — пожала плечами чародейка.
— У меня нет причин не верить тебе о том, что произошло в Девилшире. И раз тот рыцарь, кем бы он ни был, подарил тебе этот медальон, то он твой. И всё же, почему наследница рода, почти Ари, прибыла в Берн?
— Хранительница поручила Аньюриэль поиски Ковчега, — гордо проговорила Энвиса, положив ладони ей на плечи. — Моя девочка собрала уже три осколка.
— Надо же… — рука Эадалин, державшая чашку, замерла, так и не достигнув рта.
— Мы ищем информацию о тех осколках, которые были доверены Кадану и Шанди.
— Я даже не знаю, чем могла бы помочь в этих поисках… Кадан, как ты помнишь, всегда держался особняком. Я давно ничего о нём не слышала. А Шанди всё же — йоз, сложно понять, что может твориться у них в голове. Их мысли так же витиеваты, как и речь, — Эадалин задумалась о чём-то, смотря в окно.
— А ещё я хочу передать свои вещи и записи Аньюриэль, как своей наследнице, — продолжила тем временем даро.
Анью
