— Замолчи! — шикнул Царимир. — Я не собираюсь терять на тебя время. Я пришел узнать, готов ли ты раскаяться?
Узник сделался серьезным.
— Верни то, что должно принадлежать мне по праву, чего ты меня лишил много лет назад! Быть может, я прощу...
— Твою честь уже не вернуть — она пахнет кровью и смертью.
Узник не принял во внимание его слова.
— Ты собираешься укрепить границы? Чего ты боишься? Неужели меня? — он усмехнулся и хотел сделать жест рукой, забывшись, что запястья скованы.
Глаза Царимира расширились, потом сузились. Пальцы побелели, сжимая подлокотники.
— Откуда ты знаешь, про укрепления?!
— Теперь я знаю многое… Меня не удержат эти стены. Ничего не удержит. Даже оковы, — он дернул плечами. — Даже печать. Ты чуешь чужое нутро. А я за время моего заточения многому научился, так что отчасти я благодарен тебе.
Царимир побледнел и подался вперед.
— Ты лжешь! Ты никогда бы в этом не признался! — твердо ответил Царимир.
Змог хмыкнул.
— Ты забыл, что я всегда веду честную игру! — он снова зашагал к стене.
—Ты заботлив к моему сыну… Взглянуть на него хотя бы раз… Он похож на меня и умом, и характером…
— Забудь про Акима, — четко отрезал Царимир.
Узник холодно посмотрел на него. Царимир выдержал его пристальный взгляд.
— Ты все равно отсюда никогда не выйдешь. Отпусти Духов — и, быть может, ты спасешь свою жизнь.
Плечи Змога затряслись — он снова засмеялся.
— Арзу давит, наступает на горло, подавляет тебя... Советую присмотреться к нему повнимательнее. Кого ты пригрел, Царимир... Ты не знаешь, кто он на самом деле.
Царимир презрительно смерил узника взглядом.
— Лучше позаботься о себе. Отныне я не буду защищать тебя. Тебе грозит смертный приговор. Совет не пощадит тебя. Считай, что ты уже мертв.
В ответ узник брезгливо усмехнулся, словно услышал чушь.
— Ты пожалеешь и ответишь за все.
Царимир привставал, лицо перекосилось от ярости, но он совладал с собой и тихо ответил:
— Ты выбрал себе участь…
— Ее давно уже выбрали за меня, — так же тихо произнес Змог. — Присматривай за Акимом — Арзу может навредить ему.
— Не строй из себя жертву, Змог. Я доверяю Арзу. Больше мы не увидимся, — громко ответил Царимир.
Дверь скрипнула, и на пороге появился страж. Он увел узника.
4 Сноуборд
Ману
Мороз обжег лицо Ману, пробрался под куртку и ущипнул за спину. Он сжался и стиснул зубы. От ледяного ветра проступили слезы. Холодно же как! Ману снял перчатки, подышал на закоченевшие пальцы. Горячее дыхание немного согрело. Переминаясь с ноги на ногу, он подавлял желание обратиться в медведя.
Среди океана белизны, по снежной целине змейкой пронеслась фигура человека.
— Нет, он точно свихнулся! — подумал Ману вслух, сопровождая тревожным взглядом быстро движущуюся точку.
Мальчишка ловко огибал опасные скальные выступы. Сколько раз он это будет наблюдать? К такому невозможно привыкнуть! Он принялся изучать ландшафт — лишь бы не видеть то, что он видит. Царимир шкуру с него спустит, если с мальчишкой что-то случится.
Ким
Встречный ветер создавал сопротивление. Снежная доска под ногами подчинялась движениям тела. Она скользила, рассекая бороздой снег. Я физически ощущал пласт снега под ногами — твердый, массивный. И меня стремительно увлекало вниз. Неожиданно склон оборвался. Сердце содрогнулось. Сорвавшись с обрыва, я взмыл вперед, на миг зависая в воздухе. Полет. Я с замиранием смотрел на землю под ногами. Крутнулся пару раз в воздухе. Потеря координации сопровождалась взрывом чувств. Земля неумолимо притягивала к себе. Я старался продлить полет. Плавно скользнул по волне снега. Нагрузка на ноги увеличилась. Для раздумий не было времени — лишь ощущения и интуитивные движения. Теперь я варьировал среди елей. Впереди появилось новое препятствие — некий снежный трамплин. Я глотнул в легкие побольше воздуха, подпитывая остроту ощущений, и перемахнул через каменные выступы. Снова полет. Снова взрыв эмоций. Присев, я перехватил рукой доску в воздухе, пролетел немалое расстояние, плавно скользнул на снег и остановился.
Встряхнул головой, сбрасывая снег. Захлестнувшее возбуждение и довольство собой вызвали широкую улыбку. Я подхватил доску и, глубоко вдыхая, зашагал к Ману. Он стоял в тени дерева со скрещенными на груди руками и лениво разглядывал горы. Но я знал, о чем он думает. Дух смерил меня тяжелым взглядом:
— Плохая затея.
— Может, попробуешь? Тебе понравится!
— Нет уж. Мое скромное существование меня устраивает, и я не спешу свернуть себе шею, — пробурчал он. — Думаю, это неприятно. Где ты вообще взял ее?
Он покосился на доску.
— Нашел. Наверное, кто-то забыл или потерял, — пожал я плечами. — И если не нравится — никто не заставляет тебя смотреть!
Ману вспыхнул.
— А может Царимир узнает сегодня, чем ты занимаешь в его отсутствие! — прошипел он, развернулся и направился вдоль глубоких следов, оставленных нами недавно.
— Постой! — крикнул я ему вслед. — Я хочу пойти на Медвежью гору.
Ману обернулся, сверкнув через плечо хищным взглядом.
5 Встреча
Всю дорогу мы спорили. И, как всегда, он всячески старался при первом случае утащить меня в замок. Мне с трудом удалось выстоять перед ним и проявить терпение. Чем дальше мы заходили, тем невыносимее он становился. Меня начало трясти от него. Когда мы наконец оказались в центре города, наш разговор закончился спором. Он бы с большим удовольствием ушел, если бы не эта дурацкая и никому не нужная обязанность присматривать за мной, словно за маленьким. В последнее время меня жутко стала раздражать затея Царимира.
Шумная и оживленная площадь, заполненная людьми, прервала мои мрачные размышления. Мы вплыли в настоящий хаос. Вокруг бегали и попадались под ноги дети. Народ толпился кучками, шумно разговаривая, создавая беспрерывный гул над площадью, который смешивался с музыкой. В центре красовалась новогодняя елка с пестрыми разноцветными флажками. Над аркой был натянут тент. На нем красными витиеватыми буквами было написано: «С Новым Годом!»
Протиснувшись через площадь, мы вышли на проезжую часть. Нетерпеливый водитель пару раз нервно просигналил нам. Люди в городе очень суетливы, не смотря на то, что созданная техника облегчает в разы им существование. Но они перестали замечать это, тем самым ускоряя время и сокращая себе жизнь.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
