назад, провела рукой по влажному лбу, взглянула на Михаила и, улыбнувшись, блеснув жемчужными зубами, указала в сторону беседки:
— Мой папан который год забывает приказать работникам разломать, убрать эту беседку. Не понимаю, почему нужно вечно ждать, когда приведут в порядок здешний уголок сада? Вот почему я больше люблю нашу дачу, что расположена прямо в лесу; там, конечно, нет столько клумб, но зато ото всюду возвышаются сосны, а в комнатах витает горьковатый еловый аромат. В своём собственном доме, где я стану полноправной хозяйкой, всюду будут царить красота и порядок, ибо я предпочитаю гармонию во всём, — она ловко спрыгнула в густую высокую траву, приблизилась к тому месту, где в полном беспорядке росли буйством красок цветы, похожие на ромашки. Склонившись, Елизавета сорвала один цветок, что ярко-жёлтым пятнышком красовался на её ладонях. повертела его некоторое время, а затем, бросив прямо в руки Михаилу, с задорным смехом проговорила. — В моём саду не будет места диким цветам, в нём будут только розы — много-много прекрасных роз.
Михаил слез с лошади и как завороженно-покорный пошёл следом за ней, осторожно переступая через колючие заросли.
IV ГЛАВА
Свадьбу, запланированную на середину весны, пришлось отменить и отложить ещё на шесть или более месяцев. А произошло всё то из-за трагического случая, обрушившегося на семью Калугиных. Как-то поздно вечером, в непогоду в феврале, когда вдруг затемно потеплело, а снег начал таять, смешавшись с землёй и лужами, Андрей Васильевич возвращался домой со званного ужина, на который его пригласил губернатор и на котором он проиграл в карты значительную сумму денег. Раздосадованный, полный горечи и злобы на самого себя, на полковника Зарицева, что отыграл у него деньги, на губернатора, который после всего лишь похлопал его плечу, сказав по-дружески:
— Не печальтесь, Андрей Васильевич, не повезло сегодня, повезёт завтра.
Калугин трясся в экипаже. Кони неслись по бездорожью, колёса подскакивали на всех неровностях, тут же моросил дождь со снегом — словом, даже сама природа была не в духе его поражению. Андрей Васильевич, ещё плотнее закутавшись в шубу, ощущая в горле саднящую боль, а в груди тяжесть, раздумывал над тем, что скажет он по приезду домой, как к тому отнесётся Мария Николаевна и, главное, что делать дальше, коль ровно через два месяца любимая дочь выходит замуж? "Написать брату в Самару или сыну в Москву — пусть займёт для меня у тестя определённую сумму денег, кою я верну… надеюсь, что верну. А там, что Бог пошлёт…" — рассуждал про себя Калугин, постепенно успокаиваясь и отмахиваясь от назойливых мыслей, что роем кружились в голове, не давая вздремнуть в дороге.
— Видит Бог, не хотел я играть, — тихо прошептал он, будто обращаясь к кому-то, — и ты, Машенька, не серчай на меня. Я всё предприму и вскоре всё образуется, — вторил он, как бы сквозь пространство говоря с женой.
Образ Марии Николаевны с её грустно-печальными глазами под дугой светлых бровей встал перед Калугиным словно реальный; когда-то он мало уделял внимания жене, не ценил то добро, что получал от неё, но сейчас, в последние минуты, он вдруг осознал, как сильно любит её саму, её робкий тихий голос и как боится её потерять. Скорее бы домой, в тёплые любящие объятия. На миг его сердце похолодело, он взглянул в окно, но в немой, непроглядной темноте не мог ничего разглядеть.
Экипаж свернул вправо, лошади понеслись куда живее, ибо чувствовали знакомый путь. На дороге в ямах блестели лужи, колёса то и дело подпрыгивали, дёргались, а по обочинам тянулся голый овраг. Вдруг одна лошадь слегка оступилась, нервно фыркнула, кучер стеганул её кнутом, добиваясь ровного бега. Лошадь, ощутив больной удар, рванула вперёд, толкнув другую лошадь, та от злости, вытянув шею, рванулась в сторону; в этот момент экипаж заходил ходуном, одно колесо провалилось в яму и, подскочив вверх, отлетело в сторону. Экипаж наклонился, теряя равновесие на мокрой грязной земле, кучер отпустил поводья и вывалился с козлов, упав прямо в грязь, переломав себе пару рёбер и ключицу. А сам экипаж, скользя дальше и дальше, навалился боком к краю дороги, а через долю секунды, не удержавшись, всей своей массой рухнул в овраг.
Ранним утром, когда едва рассвело, в ворота калугинской усадьбы постучали. Весть о страшном происшествии стала больным ударом для Марии Николаевны. Глаза её застилали слёзы, руки дрожали в волнении, теребя не переставая батистовый платок. Человек, что занимался всем этим, тихим спокойным голосом усадил несчастную женщину на кушетку в гостиной, рассказал:
— Это был несчастный случай. Дорогу сильно размыло от дождей, лошадям стало трудно везти экипаж. Одно колесо соскочило и всё свалилось в пропасть. кучер чудом остался жив, но переломал кости бедолага. Ваш супруг, многоуважаемый Андрей Васильевич едва дышал, когда его подняли из оврага и всем тогда стало ясно, что он не жилец.
— Как мне жить дальше? — дрожащим голосом промолвила Мария Николаевна, глотая слёзы.
— Крепитесь, сударыня, а иного не могу посоветовать.
На похоронах было многолюдно: с Калугиным пришли проститься все, кто его хотя бы мельком знал. Елизавета громко плакала-оплакивала отца, которого любила больше, чем кого бы то ни было, но. в свою очередь, всячески одёргивала мать, если та начинала громко плакать и причитать о безвозвратно ушедшем муже. Отложенная до следующего года свадьба явилась единственной доброй вестью для девушки, что после всего, и без того привязанная к родителям, не желала покидать уютный, родной дом.
Трагедия сильно подкосила слабое, шаткое здоровье Марии Николаевны. Вся погружённая в волнения, с тоской вспоминая Андрея Васильевича, она слегла. Осмотревший больную врач нашёл у неё нервное перенапряжение, выписал лекарства и рекомендации чаще выходить из дома, дышать свежим воздухом. Женщина слёзно обещала чётко следовать предписаниям врача, однако, когда тот ушёл, снова принялась страдальчески причитать; ночью ей стало худо — сердце того гляди остановится. Но Бог милостив: к утру нервный приступ отступил, а у изголовья несчастной неотлучно оставалась Елизавета.
Через три месяца — в мае, привнёсшего ясную солнечную погоду и первые грозы, Мария Николаевна в сопровождении дочери и младшего сына отправилась поправить здоровье на Кавказ — к минеральным источникам. Там, высоко в горах, средь голых скал, альпийских лугов и покрытых вечным снегом вершин, между ущелий горных цепей, где протекают холодными
