Я сужу её за поступки, которые она не совершала, и за жизнь, которую не прожила.
Перекладывать грехи леди-протектора Галиции на шестнадцатилетнюю девчонку? Это просто-напросто неправильно. Они — разные, они — два разных человека, если начистоту. Эта Ольга вряд ли бы лично казнила провинившихся, та Ольга — не стала бы дружески болтать с первыми встречными дворянами из провинции. Эта девчонка не ломалась и её не ломали, ту — уже было не собрать воедино.
Наверное. Или мне так просто удобнее?
Я сужу принцессу Ольгу, но чем я лучше? Почему я всё ещё считаю себя лучше?
Если мне кого и следует судить, то в первую очередь себя.
Так что, я — неправ. Так что, я — виноват.
— Ты… похожа на одного человека, — сказал я. — Очень похожа, почти одно лицо, и это… Прости, я не хотел тебя обидеть, но каждый раз когда вижу тебя, то…
— Ты ненавидишь этого человека? — спросила Ольга.
— Да.
Это неправда.
— Нет.
Это тоже неправда.
— Я не знаю, — признался я. — Сложно сказать. Иногда мне кажется, что я виноват перед ней. Что не протянул ей руку — в последний раз, когда это ещё можно было сделать. А иногда я считаю её злом и думаю, что поступил правильно. Но проще от этого не становится.
Выговориться по сути незнакомому человеку оказалось на удивление легко — легче, чем если бы это был кто-то из близких.
И я всё-таки не сказал о том, что всё, что я ненавидел в Батори — я ненавидел и в себе.
Мы были похожи — в той, прошедшей и не случившейся жизни. Нас обоих поломало, а в тех обломках, что остались — было слишком мало человеческого. Слишком мало человечности.
Не Ольгу я ненавидел. Я ненавидел то, о чём она мне напоминала.
Семья заставляла вспоминать меня только хорошее — то время, куда я хотел и рад был вернуться. А Романович оказалась той неприятной ниточкой, что вела в будущее, где не было ни единой капли надежды.
— Ты можешь это исправить?
— Нет. Она умерла.
— Мне жаль.
Странно, но ей кажется действительно было жаль незнакомого ей человека…
Себя.
Судьба умеет шутить, верно?
— Ваше высочество, я вёл себя неподобающе и оскорбительно, — сказал я. — Возможно ликак-то заслужить ваше прощение?
— Да, это возможно, — Ольга улыбнулась. — Победи меня.
Проще сказать, чем сделать… Ну да ладно. Пора бы уже прекратить маяться дурью, и, например, не ссориться на пустом месте с целой княжной. Лучше иметь Ольгу Романович своим другом или союзником, чем врагом, а то врагов я и так наживаю неплохо. Но если с теми же новгородцами мне водиться не хочется совершенно, то принцесса пока что не сделала вообще ничего, чтобы заслужить мою неприязнь.
— Договорились, — усмехнулся я и рванул вперёд.
Встретила она меня довольно предсказуемо — прямым выпадом копья. Предсказуемо, но всё равно вполне эффективно.
Отбил его в сторону и нанёс противоположным концом шеста удар, целясь в голову — Ольга закрылась щитом.
И я тут же ударил по нему ногой с разворота. Да так, что девушку аж отбросило назад.
Бросок вперёд, Ольга восстановила равновесие и рубанула копьём. Я заблокировал удар вскинутым горизонтально шестом…
Который тут же развалился на две части в моих руках — я специально ослабил середину и чуть довернулся вбок.
Не ожидавшая этого принцесса провалилась вперёд, вложив слишком много силы в удар. Сблизился и ударил плечом в щит, снова отбрасывая принцессу назад, и пуская в ход оба обломка шеста.
Обрушил на неё град рубящих ударов, не давая ни мгновения на передышку и заставляя отступать. Длинное «дори» оказалось предсказуемо малополезным в ближнем бою, но Ольга умудрялась им защищать правую сторону, а удары слева — безыскусно принимать на щит…
А затем она неожиданно оставила «аспис» висеть в воздухе, присела и попыталась подсечь мне ноги. Я отскочил… и едва успел прогнуться назад, когда воздух передо мной рассекло радужное лезвие.
Ольга без особых усилий на лету трансформировала заклинание из формы копья в более короткую форму меча.
Она магический мечник? Для рядового, пусть даже и хорошо обученного мага её возраста, её навыки почти идеальны. Для Винтеров рукопашный бой и фехтование были просто одним из способов держать себя в надлежащей форме, а вот Ольга явно делает упор на магию ближнего боя. Хотя, для наследницы не самого бедного княжества — самое то. Эффективность — здесь дело десятое, принцессе на поле боя не выходить же, зато престижно. Потому как требует не только долгих напряжённых тренировок, но и много Праха на обучение. Обычный боевой маг может поправить запас энергии банально сделав несколько выстрелов, а вот магическому мечнику надо усиливать внутренние резервы. Хотя, амулетами с кристаллическим Прахом Ольга наверняка не пренебрегла…
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
Девушка сделала рывок вперёд, выставив щит. Удар мощный — таким человека можно снести запросто. Да что человека — и стену проломить несложно.
Подпрыгнул и ударил обеими ногами в щит. Ольга будто и правда в стену врезалась и даже отшатнулась назад. Я немедленно контратаковал, обрушивая град ударов сразу с двух рук. Мечом принцессе обороняться было сподручнее, но я оказался элементарно быстрее. Ольга явно использовала усиление, но в этой области у меня подготовка была получше. Другую боевую магию ни я, ни она не применяли, хотя у неё, конечно, и так было магическое оружие… Но будем считать это необходимыми условиями сатисфакции.
Принцесса неожиданно пустила щит вперёд, задерживая меня. А сама отскочила назад, крутанулась и ударила мечом, который развернула до размеров копья.
Я оттолкнул щит плечом в сторону, заблокировал куском шеста в правой руке «дори», а кусок из левой метнул. Попал аккурат в руку Ольги, которой она держала копьё. Оружие она выпустила, и, хотя заклинание не рассеялось, но полный контроль над ним был потерян.
Рванул вперёд, ударяя оставшимся у меня куском шеста. Ольга взмахнула правой рукой, выставляя блок, а левой создавая щит заново.
Ничего, успею.
Мою правую руку с зажатым в ней оружием девушка заблокировала грамотно… Вот только я разжал пальцы и шест скользнул вниз.
Глаза Ольги расширились, но я схватил её за руку и дёрнул на себя. Перехватил левой шест и упёр ей в бок.
— Ну что, я прощён? — спросил я.
Правда так вышло, что мы оказались едва ли не нос к носу друг с другом. Девушку это, кажется, смутило.
— В-возможно, — чуть порозовев, ответила она, а затем у меня за спиной раздался свист рассекаемого воздуха, и Ольга улыбнулась. — А возможно — нет.
Я уже приготовился было рухнуть на пол, утянув за собой принцессу, закрывшись ею от летящего щита…
Но затем пришло знакомое до холодного пота ощущение.
Чувство опустошения, резко занывшие корни зубов и загудевшая голова.
Кто-то пустил в ход боевую «шарманку»!
А затем где-то на улице раздались выстрелы.
Глава 27
Я выпустил руку Ольги и быстро зашагал к двери.
— Что за?.. — Романович недоумённо посмотрела на свои руки. — Почему я не могу…
— Анна! — громко произнёс я. — Что там происходит?
Около одного из слуховых окон под крышей мелькнула тень.
— В форт заехали три грузовика, — охотно сообщила Югай откуда-то сверху. — Дюжин пять человек, все вооружены.
— Н-наверное, это из Академии… Подкрепление, может… — без особой уверенности в голосе предположила та вредная брюнетка из свиты принцессы.
Послышались выстрелы и крики.
— Перебили караул у ворот, идут к башням и цитадели, — невозмутимо продолжила Анна. — Избави Ормузд от такого подкрепления.
Ну приехали.
Вот тебе тихая Москва, вот тебе спокойная учёба, вот тебе солидная охрана для высокородных детишек, вот тебе седина в бороду, вот тебе дэв в ребро!..
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
Основные силы сейчас в лесу, а тут такой лакомый кусок лежит и ждёт, когда его подберут. Хочешь — верши кровную месть, хочешь — бери ценных заложников.
