– Твоя мать пристрастилась к опиуму. Как ты можешь стать похожим на нее?
– Она страдала от головных болей так же, как я. Опиум появился позже, чтобы утолить боль.
– Эта головная боль так ужасна?
– Боже, да – и становится все хуже. Сейчас я могу с ней бороться, но настанет день, когда уже буду не в силах. Алек, я не допущу, чтобы Сара увидела меня таким.
– Понятно. А что ты сделаешь со своим ребенком?
Сначала Ник подумал, что не расслышал. Но пристальный взгляд Алека убедил его в обратном.
– Боже, нет! – Он вскочил с кресла. – Не может быть! Я отослал ее прочь, как только понял... – Он рухнул на кресло и уронил голову на руки.
Алек выругался.
– Ты не знал!
Ник уставился невидящими глазами в пол, комната куда-то поплыла. Всю неделю он видел во сне Сару, тосковал по ней с неугасающим пылом. Он боялся, что это лишь вопрос времени. Его силы ослабеют, и он отправится за ней. Он молил Бога, чтобы она возненавидела его так сильно, чтобы смогла устоять перед ним.
– Сколько месяцев?
– Не знаю. Джулия только сказала... Может быть, она ошибается, Ник. Джулия иногда воображает разные вещи, и возможно...
– Нет. Она не могла так ошибиться, черт побери. – Ник прижал руки к глазам. – Но я не хочу, чтобы она видела меня, когда...
– Проклятие, Ник, разве ты не понимаешь, что такое брак? Вы дали клятвы. Вы обещали быть друг с другом вечно. Что бы ни произошло с тобой, что бы ни случилось с ней, вы вместе. Несправедливо с твоей стороны прогонять ее только потому, что ты боишься чего-то плохого.
– Ты не понимаешь...
– Черта с два я не понимаю. Все люди боятся умереть, Ник. Но ты не знаешь, когда и как. Тебя может завтра сбросить лошадь, и ты сломаешь шею. – Алек пожал плечами. – А Сара может упасть с лестницы и...
– Нет! – Ник вскочил с места, перед его глазами промелькнуло разбитое тело Сары. – Будь ты проклят, Алек. Убирайся отсюда к дьяволу!
Стиснув зубы от гнева, Алек встал. Он пошел к двери, потом остановился, держась за ручку.
– Подумай об этом, Ник. Ты можешь прожить жизнь, желая того, чего у тебя нет, или можешь принять те дары, которые у тебя уже есть. Решение за тобой.
Ник закрыл глаза, слушая удаляющиеся шаги Алека по коридору. Мысли его разбегались, он перебирала в уме тысячи возможностей.
Не исключено, что Сара права насчет его головной боли. Возможно, средство против нее существует или есть способ облегчить страдания. Он боялся надеяться, но ради Сары он должен хотя бы попытаться. Он обязан сделать это для нее и их еще не рожденного ребенка. Его ребенка.
Все страхи теснились у него в груди, сжимали сердце, душили его.
– О Боже, нет. – Эти слова сорвались с его застывших губ, как крик боли.
Ник посмотрел на бутылку бренди, которую сжимал в руке. С чувством отвращения он с силой отшвырнул ее от себя. Бутылка разбилась о стену и разлетелась на тысячу осколков.
Глава 22
Гостиная леди Лангтри в ее городском доме была на удивление уютной комнатой. Она выходила окнами на восток, и ей доставалось тепло утреннего солнца. Сидя в любимом кресле, Делфи время от времени поднимала глаза от вышивания и наблюдала, как Сара и Анна рассматривают какой-нибудь особенно вызывающий фасон платья в модном журнале. В общем, она считала, что Сара очень быстро пришла в себя. Хотя уголки се губ печально опущены, а в глазах застыло трагическое выражение, но щеки опять стали розовыми, появился здоровый аппетит. И это хорошо, учитывая то, что она ждет ребенка.
При мысли о ребенке Делфи почему-то стало грустно. Она всегда хотела иметь детей, но судьба не дала ей такого шанса. Она посмотрела на идеально ровный ряд стежков, которые только что вышила. Может, это и не судьба, а она сама.
Эта мысль поразила ее. Неужели она все эти годы неразумно сдерживала течение собственной жизни? Но почему она провела весь свой век, ухаживая за детьми родственников, служила сиделкой для тетушек и дядюшек и даже дуэньей для младших родственниц? Она украдкой бросила взгляд на Сэру. Не то чтобы она ставила семье в упрек ту помощь, которую посильно оказывала, но все же... она не была уверена, что знает, что такое настоящая жизнь. Она прошла путь от преданной дочери до верной жены, а потом вдовы всего за несколько месяцев.
По-видимому, Анри прав. Она боялась жизни. А теперь... когда она смотрит в будущее, она уже не та, что прежде. Долгие годы прожиты ради других людей. У Делфи в горле застрял комок, она сморгнула слезы.
Энтони вошел в гостиную и на мгновение остановился, увидев Анну, сидящую рядом с Сарой. Делфи считала, что вместе они красиво смотрятся, темные локоны Сары создавали яркий контрасте ярко-рыжими волосами Анны. Очевидно, Энтони был с этим не согласен, так как лицо его помрачнело. Он отвел глаза, подошел к Делфи и поцеловал ее в щеку.
– Как ты сегодня, тетушка?
Ей удалось улыбнуться.
– Очень хорошо, спасибо.
– Я думаю, Саре следует уехать в Лондон, – сказала Анна. – У нее нет причин оставаться в Бате. Кроме того, в Лондоне самые лучшие врачи, и ей там будет гораздо удобнее среди друзей.
Губы Энтони растянулись в натянутой улыбке.
– Возможно, это вам следует туда поехать. Я уверен, нам будет вас недоставать, мисс Тракстон.
– О, я собираюсь поехать в Лондон. – Она мило улыбнулась. – И непременно навещу всех вас.
Улыбка Энтони стала кривой, он открыл рот для ответа, но тут раздался тихий стук в дверь. Появился дворецкий с серебряным подносом, на котором лежала визитная карточка. Он прошел через комнату и протянул поднос герцогине.
– Ваша светлость, явился с визитом лорд Бриджтон. Делфи взяла карточку и бросила неуверенный взгляд на Сару.
– Я его не приму. – В ее глазах застыла горечь.
– И не надо, – успокоила ее Делфи. Она бросила карточку на поднос.
– Скажите графу, что мы не принимаем.
Дворецкий бесстрастно кивнул и вышел. Как только за ним закрылась дверь, Энтони возразил:
– Ты не можешь всегда держать его на расстоянии, Сара. Он твой муж.
– Чепуха, – фыркнула Анна. – Пускай он ее муж, но он ее обидел, и она не обязана терпеть его присутствие.
– Возможно, он хочет сказать что-то важное, – настаивал Энтони. Он сердито взглянул на Анну. – Очень существенное.
Сара продолжала смотреть на картинки с модными платьями, но румянец на ее щеках говорил Делфи, что она внимательно прислушивается к каждому слову брата.
– О Боже, – заволновалась Делфи, – что плохого в том, если ты просто повидаешься с ним...
Анна нетерпеливо возразила:
– Лорд Бриджтон не заслуживает такой любезности.
– Простите меня, – возразил Энтони, – но я полагаю, этот разговор вас не касается, мисс Тракстон. Оставьте свое мнение при себе.
