— Она обожает переезжать из дворца в одну из пригородных вилл. Даже носилки претора поставили на землю, когда он ее приветствовал! — с отвращением сказал Маркус. — Вот тебе доказательство, что все меркнет перед сверкающим блеском золота.
Диана чувствовала, что он пришел в ярость от необходимости ждать. Она улыбнулась ему:
— Это дает мне возможность все не спеша разглядеть. Смотри, там, на мостовой, играют в кости!
Он надменно взглянул на толпу.
— Бездельники и паразиты! Главным образом рабы богатых людей. У них так мало обязанностей и соответственно так много свободного времени, что они погрязли в игре и разврате.
Маркуса смутило, насколько упали нравы в городе. Люди на улице позволяли себе недопустимые вещи. Мужчины мочились в канавы, а шлюхи обслуживали своих клиентов прямо в дверях. Он возблагодарил богов за то, что Аква Сулис никогда не падет до такого уровня.
Наконец торговые районы Рима остались позади, и они начали взбираться на холм. Теперь им то и дело попадались большие общественные здания: бани, храмы и заведения, обслуживающие богатый люд. Через улицы были перекинуты красивые триумфальные арки, тут и там возвышались памятники героям, превращая этот район в своеобразный музей.
Архитектура была в основном греческая, только более щедро украшенная и, по мнению Дианы, довольно вульгарная. Каждая колонна буквально ломилась от цветистых украшений в коринфском стиле, синий, зеленый и оранжевый мрамор свидетельствовал о плохом вкусе, как и переизбыток завитков и цветочного орнамента.
Однако, когда они подошли к вилле Тита Магнуса, Диана сочла ее архитектуру прекрасной, хотя и ужаснулась, когда представила, во что она обошлась своему владельцу. Внешняя простота только усилила ее восхищение, когда она прошла между благородными ионическими колоннами портика.
Все помещения были построены вокруг открытых двориков с садом, бассейном и фонтаном и освещены яркими солнечными лучами. Многочисленные комнаты, выходящие в первый двор, были особенно просторными. Вдоль второго этажа протянулся балкон. У входа их встретил десяток рабов, а еще столько же немедленно появилось в атрии с подносами с прохладительными напитками и сладостями. На всех были бледно-желтые тоги с изображением головы быка на плече.
Диана приотстала, позволив Маркусу и Петриусу пройти в первый двор и поздороваться с рабами, которые служили в семье долгие годы. Маркус обернулся и позвал ее.
— Сколько же здесь рабов? — прошептала она.
— Сто пятьдесят, когда я был дома в последний раз. — Он сжал ее руку. — Не бери в голову. — Он провел ее через великолепный светлый холл во второй двор, богаче и красивее прежнего, куда выходило еще несколько помещений. Полы были мозаичные, стены и колонны из бледного лунного мрамора. В центре изящные танцующие нимфы выбрасывали струи прозрачной воды в круглый белый мраморный бассейн, окаймленный роскошными водяными растениями. По всей
вилле были расставлены статуи и предметы искусства на резных пьедесталах.
Лукас, мажордом, тепло приветствовал Маркуса.
— Ваш отец в опочивальне и ждет вас. Он уже не так молод и подвижен, как раньше, — предупредил его Лукас, — но все так же горд. Он посылает свои приветствия вашей леди и надеется увидеть ее за ужином.
Лукас хлопнул в ладоши, и тут же несколько смуглых рабынь вышли вперед.
— Я выбрал этих женщин для вашей леди. У них не будет других обязанностей, кроме как служить ей. Я позволил себе выбрать для нее комнаты с видом на сад, рядом с вашими собственными, примипил.
Маркус насмешливо приподнял брови:
— Твои приготовления довольно формальны, Лукас, как и твое обращение ко мне.
— Теперь, когда вы примипил, не подобает обращаться к вам иначе. После свадьбы вам и вашей невесте потребуются другие апартаменты, побольше.
Губы Маркуса изогнулись в улыбке, когда он подумал об отдельных спальнях. Ему придется потерпеть и быть осторожным, пока они не поженятся и он не сможет открыто привести Диану в свою комнату.
— Отдай себя в руки этих девушек, — посоветовал Маркус Диане. — Я знаю, что ты мечтаешь о бане и чистой одежде. Если тебе не хватит рабынь, здесь еще полно женщин, которым нечего делать.
Девушки увели Диану, а Тор упрямо последовал за ними, положив руку на рукоятку плетки. Когда они оказались в ее спальне, девушки принялись хихикать и с удовольствием ощупывать его выпуклые мускулы. У Тора был такой вид, будто он умер и попал на небеса.
Одна из девушек повернулась к Диане и заговорила:
— Меня зовут Ливи, госпожа. Вы разрешите нам позаботиться также и о вашем телохранителе?
Тор смущенно посмотрел на Диану. Мысли, пришедшие ей в голову, заставили уголки губ приподняться в усмешке.
— Сделайте так, чтобы он был доволен. Он будет спать в соседней комнате. Там есть диван?
Они открыли дверь в соседнюю комнату, где действительно оказался диван. Она на мгновение вошла с ним туда.
— Благодарю вас, леди Диана! — с чувством произнес Тор.
— Всегда держи свое оружие наготове, — предупредила она с серьезным лицом.
— Я так и сделаю, леди, — уверил он ее.
— У меня такое ощущение, что Ливи с подружками вполне смогут тебе угодить. Вопрос вот в чем: сможешь ли ты угодить им всем? — Диана со смехом ушла в свою спальню, оставив Тора с ухмылкой от уха до уха.
Глава 25
Петриус жаждал заполучить богатство отца. Он всегда дико завидовал Маркусу, поскольку тот был первенцем и, значит, наследником. Но до сих пор он по крайней мере был единственным наследником Маркуса. Будучи римским воином, Маркус имел все шансы погибнуть, не дожив до зрелого возраста. До сих пор от Петриуса требовалось только терпеливое ожидание того дня, когда все достанется ему. Теперь Маркус собрался жениться, что в корне меняло ситуацию. Наследниками Маркуса станут его дети, и Петриусу достанется лишь небольшая доля семейного богатства.
По дороге в Рим он сделал все возможное, чтобы отговорить Маркуса от женитьбы. Он чернил женщин в целом, называя их неверными суками, продающимися тому, кто заплатит больше. Он напоминал ему, что любовницу можно контролировать, а жену нельзя. Но как только он переходил от женщин вообще к Диане, Маркус впадал в ярость. А когда Петриус намекнул, что она неприлично ведет себя со своим молодым и красивым телохранителем, глаза его брата опасно блеснули.
— Полагаю, я вполне способен контролировать свою женщину, Петриус. Попридержи свой поганый язык и спрячь свои грязные мысли, если хочешь остаться в целости и сохранности.
— Маркус, ты неправильно меня понял. Я предупреждаю тебя по поводу брачных оков, не Дианы. Если же ты твердо решил жениться, то более красивой невесты не сыскать.
