class="p1">- Темная магия лишила меня не только возможности чувствовать и любить, но и украла волю. Их власть довлела и над человеческой ипостасью, и над драконьей. Но ровно до той минуты, когда…
- Дорман нанес тебе удар кинжалом в первый раз?
- Верно. В миг гибели дракон неожиданно учуял свою Истинную – за границей миров и перенес меня к тебе, где ты спасла меня от гибели.
- И в благодарность вы «утащили» меня в свой мир, Ваша Светлость?
– Хмыкнула, отлипая от сказочно расшитого княжеского камзола и заглядывая мужу в лицо.
- Моей Истинной не нравится княжество?
- Нравится, - я с улыбкой погладила мужскую щеку костяшками пальцев, поймала его озорную улыбку, утонула в бездонных омутах серебряных глаз, - но один несносный дракон нравится мне чуточку больше.
- И я люблю вас, моя княгиня, - с хитринкой во взгляде признался муж и запечатал мой рот поцелуем.
Из плена жадных губ вырвал приятный ветерок под ногами. Из снежного облачка возник пушистый котик, подмигнул зеленым глазом и с довольной мордашкой исчез.
Я уже было хотела расслабиться и даже начала отстраняться от мужа –
вдалеке, среди застывших статуями гостей, метнулся грузный силуэт. Это со всех ног из зала убегал неповоротливый Одер Дорман.
Я хмыкнула, наблюдая за братцем градоначальника. Тот врезался в угол стола, уронил на пол тяжелую трость, но, не сбавляя шага, мчался к огромной арке, надеясь ускользнуть до того, как его настигнет кара дракона.
Эван нахмурился, стиснул кулак, окутанный магией, и над полом свистнул ветер. Дормана сбило с ног, протащило по гладким плитам и беспощадно впечатало в стену.
- Ааа, - завопил нечестный на руку делец, прикрывая голову ладонями,
- я ни в чем не виноват, Ваша Светлость. Это всё Уолес и Берта. Клянусь.
Это они, едва узнав из семейного архива о вашей бывшей паре, задумали завершить дело прабабки, убить вас и отобрать княжество себе. Я был против. Клянусь жизнью. И не участвовал в их сомнительных делишках.
Пока последний из Дорманов вопил на весь зал, я и муж приблизились к мужчине, впрочем, не веря ни единому его слову.
- Хватит лжи, - прокатился по залу грозный рык.
Стены и сводчатые потолки откликнулись гулкой вибрацией. Одер умолк.
- Ты ничем не лучше них. Врал, воровал из казны, морил работников голодом, участвовал в покушениях на мадам Рейнар. И заслуживаешь сурового наказания.
- Нет, Ваша Светлость, всё не так, это не я… - не договорив, толстяк взвизгнул. Порывистый ветер вздернул его на ноги, а снежная магия облепила белым пушистым облаком. Через миг у стены возникло изящное ледяное дерево.
Я с интересом рассмотрела раскидистые ветви, покрытый инеем ствол, сверкающие ледяные листочки.
- Он жив? – Шепнула задумчиво.
- Жив, - заверил муж. – Пока останется в таком состоянии. Если раскается, признает вину и принесет мне клятву верности, я сниму с него снежное заклятие. Одер Дорман последний из древнего рода. Надеюсь, мсье одумается, их род не прервется.
Искренне восхищаясь справедливым решением мужа, прильнула к
Эвану, обвила за шею и заглянула в глаза цвета метели.
- Ты удивительный.
- Как и ты моя, иномирная Истинная, - с хитренькой улыбочкой заметил самый невероятный в мире мужчина. Еще крепче обнял, склонился и поцеловал.
Да. Наша любовь разрушила черные чары.
Благодаря моему появлению в княжестве – проклятие старой ведьмы дало трещину. И чем дольше я находилась в Дуборе, чем чаще я и Эван соприкасались во снах и наяву, тем сильнее истончалась магия зла. Сегодня вечером проклятие рассыпалась окончательно.
Замычав дракону в рот, отстранилась, хватая воздух ртом и переводя лихорадочное дыхание. Муж был ненасытен, опалял открытым огнем, но бал еще не закончен, а приглашенные по-прежнему «скованны» магией
Берты.
Прильнула к плечу Эвана щекой и, впитывая его любовь и заботу, оглядела безмолвный зал.
- Кстати, твой дракон не раз спасал мне жизнь в Дуборе, а еще прилетал к поместью по ночам.
Его Светлость усмехнулся.
- Это естественно. Влюбленный дракон всегда стремится к паре. Даже под заклятием мы оба принадлежали тебе одной, Виолетта.
Я тихонько выдохнула, наслаждаясь последними секундами тишины наедине с возлюбленным, затем Эван взмахнул рукой, и гости ожили.
Грянул гул голосов, музыка, звон бокалов, шелест нарядов.
- А как же зелье Берты, подмешанное в напитки? – Шепнула, исподволь наблюдая за ничего не ощутившими мсье и мадам.
- Кухарка предвидела этот шаг и сообщила мне накануне. Было заготовлено две партии напитков.
Отравленную зельем «новых воспоминаний» я уничтожил перед началом торжества.
Натянутая внутри пружина беззвучно лопнула.
Тень зла, нависшая над Дубором, рассеялась. Княжество излечилось от вечной Зимы.
Я зажмурилась и, еще теснее прильнув к твердой мужской груди, мысленно прошептала: «Люблю тебя, мой дракон».
Неожиданно со всех сторон донесся слитный женский вздох:
- О, мадам Рейнар.
- Вы и Его Светлость… вместе?
Подавшись назад, обнаружила вокруг толпу. Женщины и мужчины взирали на нас с изумлением, завистью, смесью горечи и восторга, кто-то обмахивался ладонями, другие переговаривались.
- Пойдем, - шепнув на ухо, Эван стиснул мою ладонь и повел к наряженной ели. Подданные послушно отхлынули прочь, давая князю дорогу.
- Дамы и господа, - по залу прокатился властный голос правителя, едва мы остановились. – Позвольте представить – мадам Летта Фелингтон, моя жена. Княгиня Северного княжества!
Глава 33
Знатные господа замерли, а потом дружно ахнули.
- С этой минуты я беру управление Дубором в собственные руки, - под сводами древнего замка гремел властный голос дракона. – Княгиня Летта будет править княжеством наравне со мной.
Повисло долгое молчание, а затем кто-то из подданных позволил краткий вопрос:
- А что Дорман, Ваша Светлость?
- Я освободил его от должности градоначальника. Место моего доверенного займет другой горожанин.
По залу прокатился вздох облегчения, на лицах аристократов мелькнула радость. И сразу как по волшебству грянула музыка.
Эван чуть крепче стиснул мою ладонь, и пока я, делая глубокие вдохи, свыкалась с новым высоким статусом, повёл танцевать. Дамы и кавалеры послушно отхлынули, мы вновь закружились в вихре музыки и снежинок только вдвоём. Я растворилась в любви Истинного. Зал поблёк. Людские лица, завистливые женские взгляды, восхищенные – мужские – всё ушло. В
эти мгновения были только я и мой Дракон.
Спустя паузу к нам присоединились остальные. Зал наполнился смехом, звоном бокалов, цокотом каблуков. Хотелось прижиматься к Эвану постоянно, вбирать его
