и смотрела в небо. И пока я к ней возвращался с обхода местности, на улицу потихоньку начали выходить люди.
Медлительные, еще до конца не отошедшие ото сна, они двигались, как зомби, выполняя рутинные вещи, типа открыть клетку с курами или загон с козами. Кто-то шел сразу умываться, кто просто потягивался и зевал. Но никто не обращал на нас внимание.
До поры, до времени.
— Ну что, идем?
— Дай всем проснуться и приготовиться к рабочему дню, — ответила негромко Цурико, продолжая смотреть в небо. — Скоро начнется.
— Что именно? Да и вроде все…
— Ждем, — отрезала она.
— Ну ждем так ждем, — присел я рядом с ней.
Вскоре деревня ожила полноценно.
Люди, уже бодрые и полные сил начали выходить на улицы, и я понял, что именно должно было начаться.
Маленькая деревня, все друг друга знают и тут с утра видят незнакомцев — практически все взгляды сразу обратились к нам. Абсолютно все жители, которых я видел, перешептывались, тыкали в нашу сторону пальцами, кто-то даже не стеснялся подойти и заглянуть к нам в лицо. Видимо слово «приличие» здесь было не входу.
— Слушай, а это не та…— неожиданно начал один из мужиков, проходящий мимо, говорить своему другу и… они прошли дальше, из-за чего я не услышал окончания его фразы.
Хотя я уже прекрасно знал и без этого, что процесс запущен. Вскоре практически каждый в деревне уже знал, что Цурико вернулась. Я это понял по взглядам, перешептываниям и улыбкам. Знакомым улыбкам таким, прямо как в школе, когда чмошники смотрят на тебя и улыбаются, вспоминая, как они издевались над тобой в прошлом, говоря об этом теперь в теплотой, как о чем-то веселом и безобидном.
— Все, теперь идем. И не обращай на них внимания, — сказала холодно Цурико. — Мы здесь по делу.
— И это мне ты говоришь? — недоверчиво прищурился я.
— Да.
Охренеть, Цурико, и ведет себя сдержанно. Кто-нибудь ущипните меня за левое яйцо, мне надо прийти в себя.
Мы шли по тропинке к самому богатому дому под взглядами местных жителей. Открытых насмешек не было, но того, что было хватало все равно с лихвой. Улыбки и взгляды, которые они бросали на нас, полностью это компенсировали — мне аж неуютно стало, хотелось отойти от нее как от прокаженной, чтобы привлекать поменьше внимания. Но сама Цурико держалась молодцом, шла с гордо поднятой головой, не оглядываясь по сторонам, хотя взгляд то и дело пытался уйти в землю.
Мы подошли к дому старосты, после чего она постучалась в дверь.
Прошло всего мгновение, после чего ее открыла какая-то девушка и окинула нас брезгливым взглядом.
— Это ты… — фыркнула она. — Это все, что…
— Закрой рот, женщина, — отрезала Цурико. — Я буду говорить со старостой деревни, а не с какой-то девкой на подсосе.
Это было… неплохо. А то я уже испугался, что это место плохо влияет на Цурико. Девчонка от такого ответа на мгновение даже не знала, что сказать, и от окончательного позора ее спас голос:
— Пригласи их в дом. Это видимо наши дорогие гости.
Говорят, по голосу можно сразу сказать, как будет выглядит человек. Я не скажу, что это всегда работает, но в этот раз я не ошибся.
Девушка, явно давясь своей злобой и потоком дерьма из рта, отошла в сторону и жестом пригласила нас внутрь, сразу указав направление на соседнюю комнату, в которой сидел мужчина. Пусть уже и поседевший, но крепкий крупный мужчина, чей торс, да и голова были будто выбиты из камня. В нашем мире он бы точно стал боксером.
Он лишь скользнул по нам взглядом, после чего кивнул за стол напротив.
Я не упустил шанса глянуть его уровень и тот был… пятым, вот прямо ровно как у меня. И это при условии, что у остальных в деревне он был третьего.
— Цурико, давно не виделись, — он явно постарался придать своему голосу теплые, я бы даже сказал отцовские нотки, что смотрелось странно на фоне всеобщей ненависти к Цурико. — Вижу, ты все же чего-то да добилась. Рад за тебя.
— Я хоть чего-то добилась в отличие от вашей деревушки.
— Ну-ну, кто вспомнит старое…
— Я смотрю, никто его и не забывал, — отрезала она. — Вы попросили помощь у моего клана. Кто, где, откуда?
— Сразу к делу? — усмехнулся он и посмотрел на меня. — А что, теперь клан Меткой стрелы принимает мужчин или с ним были какие-то… тонкости?
Это у тебя тонкости в штанах, а у меня крупные обстоятельства, чувак. Я, конечно, промолчал, чтобы не подставлять ее, но желание сказануть такое было очень велико.
— Я повторю вопрос: кто, где, откуда? Или мне считать, что все в порядке и возвращаться домой? — холодно спросила Цурико.
— Как тебя звать, парень? — проигнорировал он ее.
— Юнксу.
— Юнксу… — кивнул он. — Отлично, у нас такая проблема, Юнксу…
— Боюсь, что не я в нашей команде главный, — перебил я его, но…
— Пусть продолжает. Закончим с этой хренью побыстрее, — фыркнула Цурико.
— Так вот, Юнксу, у нас через реку стали наведываться дикие обезьяны. Я бы не сказал, что они представляют много неприятностей, однако в последнее время среди них начали все чаще и чаще появляться демонические. Сначала они грабили огороды и воровали скот, но в последнее время у нас пропало трое детей, и нашли убитыми одну старушку и женщину. И частично обглоданными. Поэтому, пока это не зашло слишком далеко, надо разобраться с ними.
— Они идут через реку, то есть… со стороны заката (запада)?
— Да, откуда-то оттуда, — кивнул он. — В принципе, на этом все, мне больше нечего добавить. Мы выделим вам дом на время вашего проживания, так что чувствуйте себя как дома. Особенно ты, Цурико. Смотри, чтобы тебя совсем не вернули в прошлые деньки.
Боже, какая улыбка… нога так и просится съездить по ней ногой.
— Посмотрим, как у вас это получится, — резко ответила Цурико, встала и как бы невзначай пнула стол. — Кстати, скажешь, каково это размазывая по роже сопли бежать прятаться за женские спины? Чмо позорное…
С этими словами она вышла из комнаты, и я поспешил за ней.
Глава
