и начиналось освоение языка. Она рекомендовала побольше смотреть художественных фильмов и слушать радио.
Наряду с этим следовало решить и еще одну задачу — приобрести личный автомобиль, так как проезд в городском транспорте был дорог, да и пешеход на улицах Вашингтона в ту пору оказался редкостью. Разве что на центральных улицах, где размещались магазины. Впрочем, подержанный «шевроле» Лезжов купил в первый же день своего приезда у коллеги — офицера атташата, убывающего на Родину. Оставалось теперь покататься по улицам столицы, потренироваться и можно ехать в дорожную инспекцию, чтобы получить разрешение на вождение автомобиля. Впрочем, тут Иван Иванович был уверен в успехе. Еще в Советском Союзе он приобрел автомобиль и опыт вождения имел солидный. Однако, как гласит пословица, не говори гоп…
В инспекции ему выдали тест с несколькими десятками вопросов. Он ответил на них. Лейтенант проверил и удивился. Оказалось, что Лезжов дал сто процентов верных ответов. «Обычно результат от 65 до 80 процентов», — ответил полисмен.
Потом было практическое вождение. И тут он справился успешно. Остались технические моменты: оформление американских прав. Возвратившись в участок, лейтенант сел за печатную машинку. Пытаясь изложить фамилию Лезжова на английском языке, он наконец понял, с кем имеет дело.
— Так вы из Советского посольства? Значит, вы не сдали экзамен.
— Это почему же? — удивился Лезжов.
Лейтенант замялся, потом сказал:
— Я не могу вам оформить права, таково указание сверху. Наши дипломаты в Москве пересдают экзамены по три-четыре раза и получают права через несколько месяцев.
— Но ко мне это не имеет никакого отношения. Ваши тупоголовые дипломаты не знают даже, где расположен мотор и где находится заправочная горловина.
Лейтенанту понравилась отповедь Лезжова. Он рассмеялся:
— Да уж, американцы плохо знают авто. Согласен. Оформляю вам права на вождение автомобиля в Америке.
Теперь и автомобильные права были у него в кармане.
Иван Иванович приступил к изучению оперативной обстановки в столице. Побывал в Пентагоне, для входа в который в ту пору не требовался пропуск, совершил несколько поездок по городу. Заметил, что всюду его сопровождали машины ФБР. Правда, вскоре наблюдение прекратилось. Но, как показала практика, расслабляться было рано. Автомобили сопровождения действительно исчезли, а приключилась другая оказия. Один из сотрудников, который занимался радиоперехватом, предупредил Ивана Ивановича, что однажды услышал в эфире его голос. Это, естественно, навело на мысль, что в машине у него установлено подслушивающее устройство.
Пришлось вплотную заняться автомобилем. Пригодился опыт работы, полученной в свое время в ремонтном цехе Мытищинского вагонного завода, и более чем десятилетний водительский стаж.
Вместе с двумя помощниками частично разобрали кузов «шевроле». Труды не пропали даром, под обшивкой, в том месте, где крепилось зеркало заднего вида, нашли маленький микрофон. Провод от микрофона был спрятан под обшивку. Пришлось снять бензобак, распаять две его половинки, и только тогда обнаружили на одной из них припаянное миниатюрное передающее устройство. Вот откуда появился его голос в эфире. Пришлось зарисовать эту хитрую схему, описать и собрать машину заново, а потом сдать «подарок» контрразведки в компанию подержанных автомобилей.
Вместо «шевроле»-сюрприза Лезжов купил себе «форд». Агенты ФБР, сопровождавшие их, попытались затянуть оформление документов и выдать их только завтра утром. Однако их уловка не удалась.
Так шаг за шагом Иван Иванович входил в жизнь страны. Наряду с сугубо служебными делами эта жизнь порой подбрасывала и совершенно неожиданные задачи. Летом на пляже Чесапинского залива в выходные дни часто отдыхали семьи советских дипломатов — загорали, купались, жарили шашлыки, удили рыбу. Рядом отдыхали американцы. Услышав русскую речь, к компании дипломатов стали подходить люди. Они оказались нашими соотечественниками, депортированными в США после войны из западногерманских областей. В большинстве своем это были люди, угнанные в Германию из Советского Союза. Их интересовала послевоенная мирная жизнь на далекой теперь Родине. С интересом слушали они рассказы дипломатов. Многие высказывали желание возвратиться домой.
Подполковник Лезжов доложил об этих беседах руководству и вскоре получил приказ: довести до сведения депортированных о возможности возвратиться в СССР, а также заверить их о том, что никаких санкций к ним применено не будет. Разумеется, это не касалось бывших фашистских прислужников, власовцев, предателей.
В итоге все сложилось самым лучшим образом. За время пребывания Ивана Ивановича в стране США покинули несколько сотен семей и выехали в СССР.
Однако главным делом разведчика Лезжова была разведка. Руководитель аппарата ждал от него ценных сведений, образцов вооружения, технической документации и многого другого, в чем был заинтересован Центр. Одна из операций, у истоков которой стоял Иван Иванович, увенчалась успехом. А началась она с обычного знакомства в маленьком ресторане.
«Мы найдем общий интерес»
В тот вечер Лезжов не очень был расположен к знакомству. Настроение не лучшее. Он только что вышел к тайнику. Проверился, убедился в отсутствии слежки, однако тайник оказался пуст. Вины его в этом не было, но тщательно подготовленная операция по безличной связи оказалась нулевой.
По дороге домой Иван Иванович заглянул в ресторанчик. В полупустом зале сидело несколько пар да за дальним столиком скучал в одиночестве мужчина. Лезжов спросил разрешения присесть за его столик. Тот грустно кивнул:
— Присаживайтесь. Мне будет веселее.
Так началось их знакомство. Под пиво они повели неспешную беседу. Визави Ивана Ивановича представился Джеймсом, сказал, что не любит поздних посещений питейных заведений, но сегодня случай особый — он поссорился с женой. Выяснилось, что он работает в известной компании «Дженерал Моторс», в ее Вашингтонском отделении.
Лезжов тоже темнить не стал, признался, что он русский, из советского посольства. На всякий случай напомнил своему американскому визави, что ФБР запрещает «белым воротничкам» встречаться с иностранцами. Но Джеймс оказался не из робкого десятка. Он только отмахнулся, мол, я это знаю, но мне интересно с вами пообщаться. А еще собеседник загадочно улыбнулся:
— Не спешите, Айван, я думаю, мы найдем общий интерес.
Признаться, Лезжов не обратил внимание на этот намек, но Джеймс в конце их беседы предложил встретиться еще раз через двадцать пять дней. Ибо завтра он улетает в командировку. Иван Иванович после некоторых раздумий согласился, и они условились встретиться в этом же ресторане вечером.
Джеймс еще раз подчеркнул:
— Нам стоит увидеться, поверьте.
На том и расстались.
Утром Лезжов доложил руководителю о пустом тайнике, о встрече и каких-то непонятных намеках Джеймса.
Генерал Александр Иванович Родионов после всестороннего обсуждения принял решение, что знакомство следует продолжить. Непосредственное руководство подготовкой встреч, обеспечением безопасности было возложено на полковника Сергея Едемского.
За несколько последующих месяцев Лезжов четыре раза встречался с Джеймсом. Однако
