покоем, очарованием и любовью, но молодая семья почему-то никак не складывалась. Анна продолжала вести прежний беззаботный образ жизни, нигде подолгу не задерживалась, часто исчезала без всяких объяснений. Ник ощущал себя не мужем, а любовником, к которому изредка снисходила прекрасная богиня. Не было ничего похожего на общие заботы, уютный дом, совместные завтраки, обеды и ужины.
По вечерам Ник в одиночестве сидел на берегу озера и смотрел на темную воду. Ночи он тоже проводил один, потому что после каждого жаркого соития Анна неизвестно куда исчезала и появлялась снова только через несколько дней. Ник не жаловался. Он спокойно и терпеливо ждал, когда его молодая супруга, наконец, набегается, и у них появится общий быт и хоть какой-то семейный уклад. Но время шло, а ничего не менялось. Они по-прежнему виделись только от случая к случаю…
Покачиваясь на волнах памяти, Ник откинулся на гладкий край каменной чаши и прикрыл глаза. Но не успел он расслабиться, как рядом раздался один громкий всплеск, затем второй, и его окатило с головой.
— Папа, мы уже проснулись! — радостно сообщила темноволосая малышка в мокрой ночной рубашке и протянула ручки.
Ник подхватил дочку и возблагодарил Богов за то, что не успел снять легкую набедренную повязку, эльфийский аналог нижнего белья. Они с Раулем Данфи еще не достигли той свободы и непринужденности, с которыми эльфы относились к обнаженному телу.
— Доброе утро, красавица! — он чмокнул Элис в розовую щечку. — Привет, Люк!
Лукас пару секунд смотрел на отца широко распахнутыми глазами, а потом позволил себя обнять и устроился у него на коленях.
Пока Элис старательно изображала какой-то неизвестный стиль плавания, ее брат сидел, прижавшись к груди Ника, и молча прислушивался.
— Ты не волшебник, — внезапно заявил он.
— Нет, сынок, ваша мама волшебница.
Лукас снова сверился со своим внутренним справочником и кивнул.
— Мы ей не нужны, — трехлетний ребенок сказал это так спокойно, словно сообщал, что они с сестрой уже позавтракали.
У Ника сжалось сердце. Его первым желанием было возразить, заверить малыша, что все неправда, и мама горячо их любит, но он сдержался.
— Понимаешь, сынок, вы с Элис сбежали от нее. Может быть, она обиделась?
Ребенок всерьез задумался над его словами, потом вздохнул и постучал себя пальчиком по груди.
— Я бы знал.
Чтобы окончательно не расчувствоваться, Николас принялся снимать с Люка мокрую пижаму. Они вместе вымылись и вытерлись пушистым полотенцем.
— Элис, дорогая, заканчивай свой заплыв, нам пора возвращаться. Няньки, наверное, уже с ног сбились, разыскивая вас.
Как ни странно, дети послушно вылезли из воды и даже пошли пешком по лестнице, а не исчезли, как обычно. Воспользовавшись их явным благодушием, Ник разбудил Тайлера и вместо завтрака предложил устроить детям пикник на берегу реки Уай.
На первый взгляд, Элис и Лукас ничем не отличались от обычных детишек, но, когда они после еды затеяли игру в догонялки, с Ником чуть не случилась истерика. Каждую долю секунды дети появлялись на склоне холма в новом месте. Они перемещались так быстро, что глаз не способен был за ними уследить.
— Это не обычное перемещение, а мерцание, — объяснил Тайлер перепуганному Николасу. — Не бойся, они не убегут, потому что ты их притягиваешь.
— Как это?
Мальчик пожал худенькими плечами.
— Сложно объяснить. Вы трое как бы связаны прочной нитью…
— Погоди, а как же твоя сестра? Ведь ее связь с детьми должна быть крепче моей.
Тайлер на мгновение задумался, а потом потряс светловолосой головой.
— У Анны ни с кем больше нет связи, она испортилась, сломалась внутри.
Шестилетнему парнишке было непросто подобрать правильные слова, но у Ника все равно по спине побежали мурашки. У Анны внутри дефект, который видит даже ее маленький брат?
Когда близнецы набегались и вернулись, Николас смог, наконец, их внимательно разглядеть. Элис и Лукас были поразительно похожи друг на друга. Кузены Эридан и Эмма, и даже Лора с Ловерном не имели такого ярко выраженного сходства, а дети Ника выглядели как одно лицо. Разница была только в одежде и длине волос. Два ангела с очень светлыми глазами и прямыми темными волосами. Никаких кудряшек, луговых цветочков или отрешенного взгляда. Активные, неугомонные, умные малыши с настолько редкими способностями, что перед ними пасовал даже мир магии.
Такая большая ответственность очень страшила Ника, но ради детей он был готов на все.
Они провели вместе весь световой день, а вечером, воспользовавшись старым «зеркальным» порталом, Ник отправился в Дом на озере. Если Срединные земли уже были погружены в густые сумерки, то над Западными солнце еще только клонилось к закату. Увидев прекрасный дом на берегу, Ник, как всегда, ощутил стеснение в груди. На Тэре он ужасно скучал по спокойной воде Круглого озера, которая обладала способностью очищать не только тело, но и мысли. Человек всегда выходил из нее обновленным.
К аккуратным мосткам все так же была привязана лодка с выпуклыми свежевыкрашенными бортами. Адам Грин, как обычно, содержал хозяйство в идеальном порядке. Нику немедленно захотелось вставить весла в уключины и оттолкнуться от берега, но нынешняя обстановка не располагала к неспешным водным прогулкам.
Сад, окружающий коттедж управляющего, за годы его отсутствия совсем не изменился. Стояла пора цветения, и фруктовые деревья наполняли воздух сладким, головокружительным ароматом. Ник сразу понял, что в усадьбе больше нет собаки. Три года назад службу по охране территории несла уже не старушка Дэйзи, а ее дочь Флора, но теперь вольер и собачий домик исчезли. Сквозь распахнутые ворота конюшни виднелись пустые денники, лишь у коновязи переминался с ноги на ногу гнедой мерин с металлической бляхой на кожаном оголовье. «Имущество форта Кэннон» блеснула серебряная надпись по зеленой
