– Тащи жареного гуся пожирней и кувшина два вина. Да смотри, не кислятины как обычно, а то опять получишь.
Тот послушно закивал и посмотрел на Воиславу. В водянистых глазах проскользнула догадка и уголки его рта недобро опустились. Кажется, он понял, что добыча собралась ускользнуть из его рук и теперь раздумывал, как лучше всего этому воспрепятствовать.
– Мне бы хлеба и воды, – попросила девушка, мельком взглянув на Семина, и тут же опустила голову, уставившись в стол.
Среди такого количества народа она чувствовала себя неуютно, хотелось сжаться, сгорбиться, стать понезаметнее.
– Ты не знаешь, как жить дальше? – Призрачный голос, казалось, звучал прямо в голове.
– Кто это? – вздрогнула Воислава. Воины сразу же покосились на нее, один показал жестом, что человек, видимо, не в себе.
– Я Темная воля. Ты можешь разговаривать со мной мысленно. Я хочу помочь, поэтому слушай внимательно… Сила, что перешла к тебе, раньше принадлежала еще восьмерым людям, таким же одиноким, как ты, чуждым суете этого мира. Но лишь трое использовали ее и каждый раз мне заново приходилось искать другого хозяина. Все это было так давно. Сейчас Силой владеешь ты, используй ее, тебя ведь ничего не держит. За тобой уже посланы всадники Тьмы и Света. Выбери, с кем пойти, а дальше я буду направлять тебя.
– А если я не сделаю выбор?
– Тебя убьют. Либо выберешь одну из сторон, либо окажешься между ними в качестве врага. Такая сила ослепляет. В одиночку ты будешь опасна. Недалеко отсюда есть развилка, две дороги для таких, как ты. Простому человеку они не видны. Иди туда. Впрочем, можешь поступить со мной так же, как Велена, но она сделала это ради любви, а ради чего тебе отказываться от меня?
– Но ведь мама еще долго жила после своего выбора, не так ли?
– Разве это долго? Впрочем, сколько бы она не прожила, своей смертью ей было не умереть. Годом раньше, годом позже, но ее убили. Подумай хорошенько, тот путник к вам не случайно забрел, его завели, направили куда надо, а дальше и вмешиваться не пришлось, сам все сделал. Если ты поступишь как Велена, то твой конец будет таким же…а может, и хуже.
– Скажи, Воля, какая сторона повинна в…
– Не могу, это может повлиять на твой выбор, сделать его необдуманным, импульсивным.
– Но чем мешала мама? Она ведь ничего не делала, просто жила, как обычные люди.
– В ней дремала сила, одинаково нужная и Свету и Тьме. Ее жизнь – это время, потраченное впустую, полное бездействие. Смерть же высвободила дар и передала его тебе, вновь заставляя служить. В случае нового отказа все равно найдется тот, кто им воспользуется. Так что если хочешь отказаться, то говори сейчас, потом будет поздно. Думай, решай…
Голос исчез, оставив после себя слабое эхо прощальных слов и ощущение тянущей пустоты в груди. Воислава неторопливо доела краюху теплого ароматного хлеба, уронила на стол тоскливо звякнувший кошель и как ловкий ночной хищник скользнула к двери. Семин, занятый посетителями, даже не заметил ее ухода, только Горена метнула вслед взгляд, полный неприкрытой зависти.
Остановившись на крыльце, девушка подняла голову, задумчиво глядя на вкрапления мерцающих искр в черной гуще небосклона. Воля права, ей нечего терять и идти тоже некуда. Воислава протянула к звездам руки, словно прося у них совета, но они только холодно молчали, несмотря на ее молящий жест.
"Тебе прямо", – вновь подсказал знакомый голос и порыв ветра ударил в спину, подталкивая ее к древнему темному лесу. Совсем недавно он казался Воиславе насквозь знакомым, пропитанным теплом и дружелюбием. Теперь же, нависнув над нею, лес предстал таким одновременно величественным и мрачным, как никогда до этого.
– Мне туда?
– Нет, присмотрись внимательней.
Воислава прищурилась – и под ногами обнаружилась серебристо-серая узкая тропинка, в отдалении расходящаяся в противоположные стороны. Абсолютно одинаковые, они отличались лишь направлением. Место осталось только для одного шага, дальнейший путь закрывал низкий серый туман.
Воислава опасливо ступила на тропинку и по щиколотки погрузилась в мягко мерцающее серебро. Сделала еще несколько осторожных шагов и пошла чуть быстрее, беззаботнее, остановившись только на распутье.
– Повернуть назад уже нельзя, так что делай выбор сейчас, – посоветовал голос. – Налево – Тьма, направо – Свет, отступишь – смерть.
Она ступила налево, не задумываясь почему и зачем. Злость, гнев, обида перечеркивали другой путь, делали его непонятным и чужим. Из тумана навстречу ей выступил облаченный в черное всадник на вороном коне, а за спиной печально покачал головой золотистый витязь на снежном скакуне. Поворотив его твердой рукой, он скрылся в тумане. Зеленые глаза, те самые, что видела перед смертью Велена, распахнулись в изумлении и сразу потемнели до черноты. Секундное непонимание быстро сменилось нарастающим ужасом, словно правда только сейчас дошла до сознания Воли. Полупрозрачная тень качнулась, как бы желая убежать, но выбор был сделан. Молча наблюдала она, как Ночь помог Воиславе забраться на коня позади себя, тронул его каблуками и исчез вслед за Волгой…
Вокруг была странная липкая темнота, только под ногами слабо поблескивала тропа, уходящая в Никуда.
– Иди за мной, Воислава, – послышался тихий и словно надтреснутый женский голос.
Оглянувшись, она увидела колышущуюся тень с человеческими очертаниями, ростом чуть выше себя. Горящие зеленоватые глаза казались до краев наполненными непонятной тоской.
– Я Темная воля. Здесь мой дом. – Она немного нервно поплыла вперед и тьма рассеялась, открыв большое свободное пространство, огромную комнату со стенами, сотканными из тьмы. На противоположной стороне виднелась тускло поблескивающая винтовая лестница, уходящая верхом в непроглядный мрак.
– Не притрагивайся к стенам, – предупредила Воля, – иначе попадешь в Неизведанное. Ты сделала выбор и теперь моя очередь выполнять обещание. Да, выполнять, – повторила она со странной интонацией. – Начнем с того, что с этого момента здесь не только мой дом, но и твой, и я сделаю все возможное, чтобы научить тебя правильно управлять Силой, держать ее под контролем. Объясню, что делать и как жить.
Призрачное лицо Воли казалось бесстрастным, но в глубине глаз застыло непонятное выражение, словно она так до конца и не осознала сложившееся положение.
– Теперь ты можешь сказать мне, кто виновен в смерти мамы? – В дрогнувшем голосе Воиславы угадывалась боязнь ответа. Лишь бы не та сторона, которую она выбрала, лишь бы…
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
