Одна из первых масонских лож в России открылась в Санкт-Петербурге в 1750-х гг. Она состояла из выпускников Кадетского корпуса. Ложу возглавлял директор императорского театра Иван Елагин. К 1760-м гг. почти треть всех высокопоставленных (начиная с восьмого разряда Табели о рангах и выше) гражданских и военных служащих были масонами.
Вступая в ложу, они давали клятву, которая предусматривала соблюдение следующих правил: «исполнение обязанностей к Богу… неизменная верность государю или в качестве его природного подданного, или приобретенного, или, наконец, в качестве человека, живущего в его государстве и пользующегося публичной безопасностью под его покровительством; любовь к своему собственному семейству и забота о нем; милосердие, всегда готовое действовать в пользу ближнего, под именем которого разумеются по началам христианской веры все люди, не исключая и самых врагов»63.
Петр I одобрил бы каждое слово этой клятвы, но он заставил бы своих фискалов следить за этими людьми. Допустить, чтобы такие идеалы стали достоянием активных, патриотически настроенных сознательных граждан, означало выпустить на волю силу, которую даже все фискалы империи не смогли бы проконтролировать.
Одним из самых активных масонов, членом ложи Елагина был Николай Новиков. Он имел отношение к формированию «третьего сословия». Екатерина II назначила его, тогда еще юношу, на должность секретаря подкомитета Уложенной комиссии. Это был правильный выбор. В Новикове в полной мере воплотились те черты, которые впоследствии отличали средний класс России, чьи профессионализм и этика основывались не на богатстве и коммерции, а на культуре, образованности и служении обществу.
Николай Новиков основал несколько сатирических журналов, которые в своих фельетонах высмеивали коррупцию и праздность, а также дворян, людей, благородных по происхождению, но забывших о благородных помыслах.
Благодаря масонским связям Новиков смог взять в аренду типографию Московского университета и развернуть широкую издательскую деятельность. В его типографии печатались не только религиозные трактаты и масонские посвящения. Он издавал учебники, грамматические справочники, переводы известных зарубежных философов. Новиков был одним из первых издателей документальных материалов по русской истории.
Доход от продажи книг шел на благотворительные нужды. Новиков жертвовал деньги на помощь голодающим и на начальное образование, которое должно было «учить детей благочестию и готовить к дальнейшему воспитанию на благо их самих и Отечества». Возможно, Новиков был организатором первых русских благотворительных фондов, не зависимых ни от Церкви, ни от государства64.
Екатерина II поначалу одобряла масонство. По ее мнению, масоны поддерживали деятельность государства в области образования, правосудия и борьбы с нищетой. Со временем, особенно после Французской революции, она начала подозревать масонов в еретической деятельности, подрывающей основы общественного строя.
Больше всего Екатерину тревожило подозрение, что Новиков вовлечен в заговор с целью свержения ее с трона в пользу ее сына Павла. Нити этого заговора вели через масонов в Пруссию. Причиной падения Новикова было то обстоятельство, что его занятия филантропией и просвещением осуществлялись через тайные общества. В 1792 г. его арестовали и, обвинив в ереси и измене отечеству, приговорили к пятнадцати годам заключения в Шлиссельбургской крепости65.
Похожая судьба ждала еще одного дворянина, Александра Радищева. Он слишком серьезно относился к общественным ценностям, хотя никогда не был масоном. Когда-то Екатерина лично отправила его в Германию для получения образования. Там среди других предметов ему было предписано изучать «естественное право» и «нравственную философию», что он и делал, но не совсем так, как этого хотелось Екатерине.
«Естественное право» произвело на Радищева большое впечатление. Он считал его универсальным идеалом, которому должны подчиняться монархи. Большое влияние на Александра Радищева оказали также немецкие пиетисты, которые в отличие от мыслителей Просвещения делали особый акцент на обязанности настоящего гражданина активно способствовать развитию общества и всеобщему благосостоянию.
По возвращении из-за границы Радищев работал в Сенате, где узнал о злоупотреблениях властей. Он пришел к выводу, что монархическая власть справедлива тогда, когда ее сдерживают правовые нормы и разделение законодательной и исполнительной власти.
Свои взгляды на гражданский патриотизм и гражданское общество Радищев изложил в 1789 г. в статье «Что такое сын Отечества?». Название этой статьи иронически перекликалось с притязаниями Петра I быть «отцом своему Отечеству». Радищев утверждает, что настоящий гражданин должен обладать аристократическими достоинствами — благородством души, честью и честолюбием, дополненными гражданской ответственностью и любовью к соотечественникам66.
Отсутствие у русских аристократов подобных качеств заставило Радищева написать дидактическое «Путешествие из Петербурга в Москву», в котором он выносит приговор русскому обществу. Следуя по маршруту своего путешествия, автор на каждой станции встречается с каким-нибудь злом: коррупцией, пьянством, проституцией, суеверием, рекрутчиной.
Крепостничество Радищев рассматривал, с одной стороны, как безнравственное общественное явление, с другой — как препятствие в развитии экономики.
«Путешествие из Петербурга в Москву» заканчивается одой «Вольность». Некоторые исследователи считают, что она написана другим автором. В оде содержатся нападки на не сдерживаемую законом монархию как источник этих зол и предупреждение об опасности грядущей крестьянской революции и тираноубийстве.
Каким-то невероятным образом «Путешествие из Петербурга в Москву» проскользнуло мимо рук цензора и было анонимно опубликовано. Это произведение стало светочем в среде образованных людей России того времени.
Екатерина была очень встревожена и приказала разыскать автора. Радищев был арестован, лишен всех чинов и званий, обвинен в мятеже и приговорен к смерти. Позднее Екатерина заменила этот приговор десятью годами ссылки в Сибирь.
«Путешествие из Петербурга в Москву» Александра Радищева дало начало особенности русской литературной традиции XIX в., сочетавшей в себе реализм, совестливость и критику существующего общественного устройства67.
6. Россия в период правления Павла, Александра I и Николая I
Правление Павла (1796–1801)
К концу XVIII в. в сознании русских дворян пустили корни новые общественные веяния и связанная с ними культура. Другие сословия российского общества продолжали жить по-старому. Чтобы уничтожить брешь, образовавшуюся между дворянами и другими общественными классами, монарх мог избрать два альтернативных пути: он мог и дальше утверждать и укреплять права дворян в надежде на то, что постепенно они станут законодательной нормой для всех граждан общества, или же, наоборот, используя свою единоличную власть, он мог ограничить привилегии дворян и установить в обществе такой порядок, при котором возможны были бы равенство и справедливость.
Первый подход, вполне вероятно, оказался бы более эффективен, но усилил бы существующее неравенство и несправедливость, а второй был бы значительно труднее — он потребовал бы отмены крепостного права и сокращения тех свобод, которые до тех пор были доступны только дворянству. Он подразумевал также замену системы протекций, поддерживаемой древнейшими дворянскими фамилиями.
И тем не менее Павел начал наступление на права дворян. Он отменил дворянские собрания, лишив их права выбирать местных чиновников, которых теперь должен был назначать он сам. Помещичьи земельные владения облагались налогами так же, как и любой клочок крестьянской земли. Освобождение дворян от государственной службы тоже было отменено. Отныне их можно было подвергать телесным наказаниям.
Дворяне, по замыслу Павла, должны были стать вровень с другими общественными сословиями России. Для контроля за осуществлением этой программы и предотвращения антиправительственных дворянских заговоров Павел создал свою разведывательную службу, которая тогда называлась «тайная экспедиция».
Было также восстановлено право крестьян подавать монарху петиции о плохом с ними обращении. Павел был первым правителем, наложившим законодательные ограничения на обязанности крестьян. Он запретил помещикам принуждать крестьян работать по воскресеньям.
В то же время Павел попытался изолировать Россию от влияния Французской революции. Был запрещен ввоз иностранных книг и журналов и наложен запрет на зарубежные поездки, ставшие привычными для молодых аристократов, получавших образование за границей.
