— Я очень сожалею, что это заняло так много времени. Не могу выразить, как меня мучило это, я отчаянно хотел найти тебя и Элизабет. Я рад, что ты нашла защиту и покой у вдовствующей герцогини и ее друзей. Я узнал, что в прошлом году ты ездила в Корнуолл и Йоркшир.
Она кивнула.
— Две недели назад я находился на грани отчаяния. Я тайком последовал за тобой в Виндзор и рассчитывал, что мне удастся поговорить с тобой наедине. Но ты всегда была со своими друзьями или с этим джентльменом — Уаймитом. — Его лицо помрачнело. — Я оставил тебе еще одно письмо в карете Хелстона. Ты его по…
— Пирс, я ни разу не получала от тебя ни одного письма. О Господи! — вдруг воскликнула она.
— Что такое?
— Письмо… письма… Элизабет получала много писем. Мы полагали, что они от Пимма. Они были подписаны его инициалом — П. А почерк…
— Его трудно разобрать, я теперь пишу левой рукой, — вздохнул он. — Но, Сара, что с Уаймитом? Ты помолвлена, как пишет светская хроника?
Она медленно улыбнулась и покачала головой:
— Нет. Я отказала ему.
Он закрыл глаза и выдохнул, словно человек, который избежал виселицы.
— Вот что происходит, когда кто-то неизлечимо любит другого, — пробормотала Сара, поглаживая его лицо. — Но почему ты не пришел ко мне после событий в Карлтон-Хаусе?
— Я находился в Кембридже.
— В Кембридже? Да зачем тебе понадобилось ехать туда?
— Я был в отчаянии — у меня не было ни денег, ни надежды. Я отправился туда, чтобы разыскать генерала Уорта. Ты помнишь, я служил под его началом в самом начале войны? Его посещение Портман-сквер не вызвало бы подозрений. Я попросил его предупредить тебя, задержать свадьбу Элизабет и составить план привлечения Пимма к суду. Но в дороге мы прочитали в газете о событиях в Карлтон-Хаусе, и тогда я сразу бросился назад, чтобы встретиться с тобой.
Сара почувствовала, что у нее закружилась голова.
— Где сейчас Пимм? Та газета вышла несколько недель назад.
— Я не знаю, — прошептала Сара. — Наверное, все еще в «Палтни». Я знаю, что его вызывали в палату лордов. Но не знаю, когда именно. Принц-регент рассержен на него, а некоторые лорды, мои новые друзья, требуют дальнейшего расследования и наказания.
— Сара, после того как я пристрою тебя в безопасное место и переговорю с твоими друзьями, мне придется незамедлительно отправиться в военное ведомство. Я не успокоюсь до тех пор, пока Пимм не ответит за все, что сделал. Я бы убил его лично, если бы была правая рука, чтобы держать пистолет.
Муж что-то заметил за ее плечом, и Сара повернулась посмотреть, что именно привлекло его внимание. Она увидела стоявшую футах в тридцати Элизабет. Спустя мгновение подруга рухнула на землю.
Раздался крик, и Сара увидела бегущих к ней друзей. Даже Джорджина, еще не оправившаяся после родов, ковыляла, поддерживаемая мужем.
Роуленд Мэннинг первым добежал до Элизабет, его обычно невозмутимое лицо казалось белым. Он опустился рядом с ней.
Элизабет открыла глаза и попыталась заговорить.
— Не шевелись, — призвал ее Роуленд. — Ты ушиблась.
— Нет, — пробормотала Элизабет. — Где он?
— Кто?
— Полковник Уинтерс, — пояснила она, крутя головой. Все проследили за ее взглядом.
Пирс опустился рядом с ней на колени и взял ее за руку.
— Элизабет…
— Ты не… А мой отец? Он тоже здесь?
Все увидели бледность на лице человека, который был когда-то самым близким другом отца Элизабет. Сердце у Сары сжалось, на лице подруги отразилось понимание свершившегося.
— Я так сожалею, моя дорогая. Я не смог спасти его от шпаги Пимма. Я опоздал…
Глава 20
Заря всегда была любимым временем суток Элизабет Ашбертон. Это был тот час, который обещал очень многое. К полудню большинство запланированных дел обычно оставались несделанными — в особенности теперь, когда она была замужем. Сон медленно покидал ее, и Элизабет не могла понять, почему ей не хочется открывать глаза. А затем она вдруг вспомнила.
Ее отец погиб.
Не то чтобы она когда-либо сомневалась в этом. Просто она уехала из Португалии так поспешно, что не видела его тела и не предала его земле. Вплоть до сегодняшнего момента она не осознавала, что в ней теплилась надежда.
Вчера, в течение полуминуты, эта тайная надежда вспыхнула с новой силой. А затем окончательно умерла. Она не будет думать об этом. Она должна быть благодарна по крайней мере за то, что выжил полковник Уинтерс.
Ее подруга в течение всего дня не сводила глаз со своего мужа.
Элизабет сделала глубокий вдох, чтобы справиться с эмоциями. Ей предстоит так много сделать сегодня. Ничто не помешает ей разобраться с некоторыми деталями. Она отказывалась рассматривать их как реакцию на вчерашние события. Она не станет сегодня тосковать по отцу. Она печалилась в течение двух лет, а сегодня она посвятит день исключительно Роуленду.
Тихонько вздохнув, она с осторожностью кошки сползла к краю огромной, застеленной белоснежными простынями кровати. Это оказалось труднее, чем она думала. Похоже, Роуленд спал с одним приоткрытым глазом. Дважды его дыхание прервалось, он напрягся, и дважды она замирала, ожидая, когда восстановится его ровное дыхание, свидетельствующее о глубоком сне.
А когда пальцы ног коснулись пола, она ощутила, как его рука схватила ее за талию. Он завалил Элизу на себя.
— И куда это ты собралась? — хрипло спросил он.
Она вздохнула.
— Почему ты всегда спрашиваешь меня об этом?
— Потому что тебя никогда не бывает там, где тебе следует быть, — ворчливо ответил он.
— В самом деле? Где же, например?
— Придвинься поближе, моя овечка, и я расскажу тебе об этом в подробностях, а также о том, как я планирую удержать тебя здесь.
— Ну, может, у меня есть свои планы.
— В самом деле? — обольстительно растягивая слова, проговорил он.
— Да. — Она не скажет ему. — Но это не твое дело.
— Все, что касается тебя, мое дело. Иди сюда, — прошептал он, водя пальцем по ее позвоночнику.
Она улыбнулась. Так было всю ночь. Кажется, он не мог до конца насытиться ею. Она не считала возможным противиться его просьбам и делала все, о чем он просил. Ее планы снова трещали по швам. И в то же время всякий раз, когда его могучий торс придавливал ее к кровати, она была счастлива. А если он при этом нашептывал ей всевозможные милые слова, все ее задумки начинали казаться малозначащими, даже если сегодня его день рождения… и даже если ей нужно было организовать празднование.
Она ощутила возле своей груди его горячее дыхание.
Подобно тому как спичка воспламеняет трут, страсть одного из них воспламеняла другого. Она распластала пальцы на его могучих широких плечах, его тело двигалось над ней. Когда ее рука скользнула к его твердому, мускулистому животу, Роуленд застонал и тихонько признался, как хочет ее.
