Читаем без скачивания Не женское дело. Земля неведомая. Своя гавань. Лев и ягуар - Елена Горелик

— Был, капитан. — Вот сейчас в голосе Этьена промелькнуло кое-что неподдельное. Галка готова была поспорить, что это была радость. — Я стоял на западной заставе, когда вы приказали испанцам выгребаться из города. Ох и намучились же мы с ними!

— Хорошо, — сказала Галка. — На «Гардарике» свободных мест уже нет, иди на «Амазонку». А я уже замолвлю за тебя словечко.

«Ой, непрост этот парень, — думала она по пути в порт. — Он гораздо умнее, чем кажется. Сразу меня узнал, хоть и не сразу это показал. Ладно, попрошу Билли аккуратно за ним последить. Что-то его появление сильно смахивает на „рояль в кустах“. Уж очень кстати — или наоборот, некстати — он объявился».

— Замечательно, сударь. Просто великолепно. Чтобы так блестяще провалить дело, нужно было очень хорошо постараться.

— Не торопитесь с выводами, экселенц. Никто не мог предположить, что ее братец, коего я собирался прихватить в качестве наживки, окажется не таким уж никчемным, как его расписывали… То есть я хотел сказать…

— Никогда нельзя недооценивать противника, кто бы он ни был. А вы, милейший, забыли об этом элементарном принципе. Теперь пиратка твердо знает, что на нее идет серьезная охота, и будет настороже.

— На этот случай у меня есть запасной вариант.

— Такой же сомнительный, как и первый?

— Экселенц, я еще не утратил способности делать должные выводы из своих ошибок. А за пятьдесят тысяч песо всегда найдутся желающие сделать грязную работу…

Как она и думала, Билли не пришел в восторг оттого, что придется отдавать «Рочестер». Но — политика, будь она неладна. А внеплановые пять тысяч немного подсластили пилюлю.

— Черт бы побрал и Лондон, и Версаль, и всю политику, — бурчал Билли. — Такой фрегат променять на дырявое французское корыто!

— Не преувеличивай, — осадила его Галка. — «Маргарита» ненамного уступает «Рочестеру», а мы, если хотим без проблем подготовиться к походу, не должны наживать лишние неприятности на свои головы. Оно нам надо — нарваться где-нибудь по дороге на английские линкоры? Особенно на обратном пути.

— Ладно тебе. — Билли махнул рукой. — С кораблями все ясно. А теперь будь добра, расскажи, что за типа ты сюда пристроила и почему я должен за ним немножечко последить. Ты ничего не делаешь просто так, я тебя знаю.

— Ну… — Галка состроила загадочную физиономию. — Скажем так: я бы не хотела упускать этого человека из виду. А кто он — друг или враг — выясним по ходу дела.

— Ясно, — хмыкнул Билли, догадавшись, что было недосказано. — У моего боцмана не одна пара глаз, а четыре: все видит и все про всех на корабле знает. Ничего не упустит, даже если я ему и не стану ни на что такое намекать. Теперь еще один вопрос… На берегу болтают, будто сюда должна прийти французская эскадра. Значит, и правда война?

— Правда, Билли, — нахмурилась Галка. — И нас туда втянут обязательно.

— Ошейник еще не надели?

— Ты про офицерский чин? Нет. Пока еще. Ужом кручусь, лишь бы от этого дела откреститься, но если французский адмирал стукнет кулаком по столу, д'Ожерон только разведет руками. А нам придется брать офицерские патенты, со всеми вытекающими.

— Мне, честно говоря, плевать, какой стране служить, — признался Билли. — Как-то ты сказала, что я человек без родины, и это правда. Вот что до тебя, то тут я бы с тобой местами меняться не стал: как бы братва бунтовать не начала, если ты возьмешь офицерский патент… Ты ведь помнишь, что я твой друг?

— Ну знаешь — забыть такое! — весело возмутилась Галка.

— Так вот, знай: я сделаю все, чтобы тебе помочь. Что бы ни случилось.

— Билли! — Галка прислонилась к поручню. — Не хотелось бы об этом вспоминать, но ты, помнится, при первом нашем разговоре кое на что мне намекал. Скажи по секрету, почему ты вдруг решил сменить курс?

— Сложно сказать. — Для Билли такой поворот беседы стал небольшой неожиданностью. — Даже слов-то не подберу, чтобы объяснить. Просто решил сперва испытать твою удачу.

— И что, ты каждый раз так чужую удачу испытывал?

— То-то и оно, что нет.

— Вот это меня до сих пор и удивляет.

«Маргарита» стояла буквально борт в борт с «Амазонкой», и пираты уже облазили новый корабль от киля до клотика. Если верить беглому осмотру, фрегату требуется только мелкий ремонт и кренгование. Что же до пушек, то французские военные всегда относились к этому вопросу очень ответственно. Канониры остались довольны. Боезапас, как положено, придется пополнять самостоятельно. Так ведь на то денежки и звенят в сундуках у капитанов, чтобы корабли были в полном порядке.

— Имя фрегату менять не думаешь? — спросил Билли.

— А что? Можно.

Среди пиратов упорно курсировали слухи, будто у капитана Спарроу легкая рука. И что поименованному ею кораблю непременно будет сопутствовать удача. Так это было или не так, но до сих пор ни один Галкин «крестник» не был потоплен. Сама Галка считала — мол, это ненадолго. Жизнь пирата полна всяких сюрпризов, в том числе и неприятных. И по теории вероятности выходило, что этих самых неприятных сюрпризов ждать недолго.

К примеру, под Картахеной…

«Картахена, — думала Галка, пока французы, находившиеся под ее началом, посмеивались над новым названием фрегата: „Королева Марго“. — Что я вообще помню об этом из истории своего мира? Совсем мизер, и то — из Сабатини. Не история, а беллетристика, но какие-то сведения оттуда вытянуть можно. Знаю, что нападение на Картахену случилось не в семидесятых годах семнадцатого века, а позже. Но напали на нее действительно французы… Блин, если верить Сабатини, то лягушатники поступили потом с союзниками-пиратами не самым джентльменским образом, „кинув“ их на приличную сумму — куда там Моргану. Капитан Блад потом взял француза на абордаж, но при этом потерял свой флагман… Хорошенькое дело, если и нам придется такое пережить… Ну ладно. Нагрянет этот де Баас — поглядим. Говорят, мужик неглупый, но честолюбивый. Может, и споемся».

— Сведения верны?

— Да. На нее начата охота.

— Хорошо. Продолжайте работать. Она нужна нам живой… и послушной.

— Это будет непросто.

— Простите, вам поручали когда-нибудь что-то простое?

— Нет. Но здесь, как мне кажется, самое сложное из всех дел, что я брался вести. Эта дама… Она непредсказуема. Во всяком случае, мне ее логику до конца разгадать так и не удалось.

— У нее есть слабые места. Для того чтобы отыскать их, не нужно изучать ее логику. Действуйте по обстоятельствам, но помните о результате и сроках.

— И о том, что не я один иду по следу.

Новости в век флибустьеров распространялись далеко не так быстро, как хотелось бы. Чтобы губернатору Тортуги и Сен-Доменга списаться, скажем, с Мартиникой и получить ответ, требовалось от двух недель до месяца — в зависимости от погоды, направления ветра и настроения испанцев. Или пиратов. Или и тех и других одновременно. А что уж говорить о почте в метрополию? Пока получишь ответ из Версаля, могут пройти месяцы. Это вам не электронная почта. Раз — и письмо уже на другом конце света. Нам, привыкшим в век информации получать новости из Интернета «с пылу с жару», сложно это понять. Трудно представить, как в те времена люди могли быть так оторваны друг от друга. Но это факт, от которого не деться. Хотя даже сейчас можно получить по электронке письмецо, отправленное пару месяцев назад. «Застряло в проводах», админ напился, сервер глючит, вирусы заели, ну и прочая сетевая мистика, на которую можно смело махнуть рукой. В семнадцатом веке отправитель, находившийся на Антильских островах, не был даже уверен, что его письмо вообще дойдет до адресата… Словом, когда в Европе уже полным ходом шла драка, в Мэйне еще было относительно тихо. Все губернаторы прекрасно знали, что идет подготовка к войне, но лишь немногие из них были в курсе, на кого набросится ставшая такой жадной Франция. Все были уверены, что на Испанию, и благородные сеньоры тщательнейшим образом вооружали свои корабли и форты. Точно так же поступали их союзники голландцы. Кое-кто даже закидывал удочки, дабы переманить на свою сторону хотя бы часть пиратов. Господин Оттеринк, губернатор[30] Кюрасао, уже засылал на Ямайку и Тортугу своих агентов с каперскими свидетельствами. Кое-кто из пиратов польстился на дешевые патенты. Кое-кто из агентов целенаправленно искал встречи с прославленными капитанами. К примеру, к Галке, Билли, Дуарте, Требютору и Причарду подкатывали как минимум по паре раз. И были посланы… ну скажем так — обратно. Эти пятеро не были бы столь известными капитанами, если бы не умели видеть дальше собственного носа. А голландцам, как союзникам Испании, в будущей войне светила роль богатенькой добычи. У Галки имелись и иные мотивы послать голландцев куда подальше. Этические. Она хоть и была пираткой, но считала зазорным метаться от одной страны до другой. Прочие капитаны ничего зазорного в том не видели. Тот же Причард, было дело, служил Англии. Теперь служил Франции. Если бы было выгодно — переметнулся бы к голландцам. Но дело обстояло именно так, что мало кто из известных капитанов Мэйна решился взять голландский патент, чтобы оказаться потом на пути у своих зубастых коллег под английским или французским флагом. Испанцы не рисковали выдавать пиратам свои комиссии хотя бы потому, что чуток получше знали их хроническое непостоянство. Ну и старая нелюбовь к англичанам с французами вообще. Однако они тоже не сидели сложа руки, и потому господам капитанам приходилось быть настороже…