хочу крошечного кусочка мира, — сказала я, — милого, нормального кусочка, с тобой и Джеком.
— И с девочкой и мальчиком, — сказал Алекс, улыбаясь.
Принесли чек. Когда мы встали из-за стола, Алекс предложил подойти к столу Марселлы и Тэда и пожелать им доброй ночи.
— Будет лучше сгладить впечатление от произошедшего — уверял Алекс. — Марселла — наша соседка и она ничего плохого не сделала. А когда мы начнем вместе ездить в Клуб Пипэка, тебе придется сталкиваться с Тэдом, хочешь ты этого или нет.
Я уже готова была ответить со злостью, но одна мысль пришла мне в голову. Если Тэд узнал меня, то он, возможно, беспокоится, не вспомню ли я, что именно моя мама кричала ему. Если же он не узнал меня, но я задела что-то в его подсознании, то я могла рассчитывать на какую-то реакцию.
— Я думаю, это хорошая идея, — сказала я себе.
Я была вполне уверена, что Марселла и Тэд внимательно наблюдают за нами, но когда мы повернулись в их сторону, они смотрели друга на друга и старались делать вид, будто увлечены разговором. Я подошла к их столику. Тэд держал в руках чашечку эспрессо, которая казалась слишком крошечной в его мощной правой руке. Его левая рука лежала на столе, длинные толстые пальцы широко растопырились поверх белой скатерти. Я ощутила силу этих рук еще тогда, когда он швырнул на меня маму как невесомую игрушку.
Я улыбнулась Марселле и в тот момент поняла, что совершенно презираю ее. Я ясно помнила, как она постоянно флиртовала с Тэдом после его женитьбы на моей матери, а затем поддержала его версию смерти мамы, излагая собственные воспоминания обо мне.
— Марселла, мне так жаль, — сказала я, — я получила сегодня очень плохие новости об отце. Он очень болен.
Я посмотрела на Тэда и сказала:
— Я беру уроки верховой езды у человека, который утверждает, что он ваш большой друг. Его зовут Зак. Он прекрасный учитель. Я так рада, что мне посчастливилось познакомиться с ним.
Позже, когда мы вернулись домой и готовились ко сну, Алекс сказал:
— Силия, ты замечательно выглядела сегодня вечером, но я должен быть до конца откровенен. Ты так побледнела, что я подумал, ты вот-вот упадешь в обморок. Я знаю, что ты не очень хорошо спишь в последнее время. Это тот парень, детектив Уолш, расстраивает тебя и еще болезнь твоего отца?
— Детектив Уолш здесь ни при чем, — сказала я.
— Я приеду в прокуратуру в девять утра, — сказал Алекс. — Оттуда сразу отправлюсь в аэропорт, потом позвоню и расскажу тебе, как все прошло.
— Хорошо.
— Ты прекрасно знаешь, что я не очень хорошо отношусь к снотворному, но я действительно думаю, что тебе пойдет на пользу, если ты примешь таблетку сейчас, — сказал Алекс. — Хороший сон позволит тебе взглянуть на мир другими глазами.
— Я думаю, это неплохая идея, — согласилась я. И добавила: — В последнее время я стала не очень хорошей женой.
Алекс поцеловал меня и успокоил:
— У нас еще будет много хороших дней.
Он поцеловал меня еще раз и добавил:
— И хороших ночей.
Снотворное сделало свое дело. Когда я проснулась, было почти восемь часов. Первым делом я вспомнила, что во сне услышала первую половину маминой фразы, которую она прокричала Тэду в тот вечер.
— Ты признал это, когда был пьян.
52
В среду в восемь тридцать утра Джеф Макингсли уже сидел за рабочим столом. У него было предчувствие, что день будет долгим и не совсем хорошим. Его шотландская и ирландская бабушки предупреждали его, что все случается трижды, особенно смерть.
Сначала Джорджет Гроув, затем Чарли Хетч. Суеверная сторона кельтской натуры Джефа говорила ему, что призрак насильственной смерти еще бродит по округу Моррис, подбирая себе третью жертву.
В отличие от Пола Уолша, который так и остался убежденным в том, что Силия Нолан убила Джорджет из-за своей неуравновешенности, а также в том, что у нее были и мотив, и возможность убить Чарли Хетча, Джеф считал, что Силия Нолан стала жертвой обстоятельств.
Именно поэтому, когда Анна вошла в его кабинет, чтобы сказать, что Алекс Нолан находится в приемной и настаивает на встрече с прокурором, первым инстинктивным желанием Джефа было воспользоваться возможностью поговорить с мужем Силии Нолан. С другой стороны, ему не хотелось иметь беседу, после которой его слова станут цитировать в искаженном виде.
— Морт Шелли у себя? — спросил он Анну.
— Он только что прошел мимо меня с термосом кофе, — ответила Анна.
— Скажи ему, чтобы поставил термос и сразу зашел ко мне. Попроси господина Нолана подождать пять минут, затем пригласи его войти.
— Хорошо.
Анна уже направилась к выходу, когда Джеф добавил:
— Если Уолш задержится в приемной, не говори ему, что Алекс Нолан здесь. Понятно?
Ответом Анны стали поднятые брови и приложенный к губам палец. Джеф знал, что Уолш не был ее любимцем. Меньше чем через минуту вошел Морт Шелли.
— Извини, что отрываю тебя от кофе, но сюда явился муж Силии Нолан и мне нужен свидетель, чтобы побеседовать с ним, — сказал ему Джеф. — Не делай записи прямо при нем. У меня такое чувство, что это не будет дружеская беседа.
Как только Алекс Нолан вошел в комнату, стало ясно, что он рассержен и к схватке подготовлен. Он сухо ответил на приветствия Джефа и Шелли, затем потребовал ответа, почему один из детективов прокуратуры постоянно следит за его женой.
Джеф отметил про себя, что если бы он сам был мужем Силии Нолан, он бы действовал точно так же. Даже дав понять Силии, что полностью подозревает ее во всем, Уолш все равно демонстративно следил за ней, когда она делала покупки. Уолш думал, что его открытый испытующий взгляд испугает Силию настолько, что она признается в убийстве Джорджет. Вместо ожидаемого эффекта это породило враждебность, и теперь муж Силии Нолан, адвокат, перешел в наступление.
— Мистер Нолан, пожалуйста, присядьте и позвольте мне
