обои на стенах, шкаф для верхней одежды, полочка для обуви, и вешалка на стене.
— Разувайтесь, у меня прибрано. — пробурчал домовладелец.
Я разулся сам, помог разуться Лии, и всей толпой двинули за владельцем квартиры. На правой стене были закрытые двери в зал, слева закрытая дверь в спальню, за ней еще одна. В конце коридора двери в ванную и туалет, кухня в конце коридора направо. Хозяин открыл дверь спальни напротив кухни, и пригласил нас войти. Одна односпальная кровать, шкаф, и небольшой столик, стул, беленый потолок, выцветшие обои на стенах, на полу затертый коврик и старый линолеум — вот и вся обстановка. Мебель старая, местами рассохшаяся, и сильно потертая, но кровать застелена чистым покрывалом, под которым оказалось вполне сносное белье.
— Оплату заранее. — бросил он, и достал свой смартфон.
Набрав сумму сто, выжидательно уставился на меня, и я достал паспорт и поднес его к смартфону. После того, как оплата прошла, хозяин показал нам обшарпанный туалет и ванную комнату, и разрешил ограниченно пользоваться кухней. Я помог Лие раздеться и уложил на кровать.
— Побудь со мной, чистый… — жалобно попросила она, и я сел рядом.
Виль разложил наше барахло, и организовал себе лежанку из тряпок, найденных в шкафу. До завтра мы никуда не двинемся, и надо придумать план действий. Я и Лия идем в Москву. А дальше то что?
— Виль, поживешь пока тут. Погуляй по городу, пособирай слухи, надо понять как тут люди живут, и чем. — я выгреб из карманов золотые рубли, и сложил около искателя, — Вот деньги, купи что-нибудь нужное.
Искатель кивнул, и спрятал золото. Я услышал, что за дверью сопит хозяин квартиры.
— Да-да! Войдите! — громко сказал я в сторону двери.
Секунд пять спустя дверь открылась, и в комнату зашел наш арендодатель с табуреткой, и уселся около двери, внимательно глядя на всех нас по очереди. Молчание затягивалось.
— Как зовут тебя, хозяин? — не выдержал я.
— Александр Васильевич. — коротко ответил он.
— А я Александр Вячеславович. Приятно познакомиться! — я встал и протянул руку хозяину, которую тот пожал.
Рука Александра оказалась сухой, твердой, и чуть прохладной. Рукопожатие было легким, но не вялым.
— Это Виль, — я показал рукой на искателя, — А это Лия.
Александр кивнул, и изучил взглядом сначала одного, потом второго.
— Из далека приехали? — спросил он.
— Не то чтобы. — почему-то мне не хотелось говорить правду.
— В Москву? — продолжил допрос хозяин.
— В Москву. А расскажите что-нибудь о Москве, Александр Васильич.
Мужчина потер рукой подбородок.
— Что же вам рассказать… Вы-то думаете, что это последний кусок рая на земле? Вижу, что думаете. А вот и не рай там.
Глава 17
Александр Васильевич вздохнул, его взгляд расфокусировался. За долгие годы жизни он узнал многое об изнанке этого мира, и готов был знанием этим поделиться, причем совершенно бесплатно.
— Она вовсе не такая, какой кажется, эта Москва. Лоск, роскошь, технологии — все это стоит на страданиях людей, которые Москву окружают. Золото-то свое уже поменяли? Сколько ты платил за ночлег золотом? — спросил он глядя на меня в упор.
— По разному, в среднем три рубля, а кое-где и пару патронов. На патрон можно неплохо пожрать.
— Вот! А моя комната тебе сколько стоит?!
— Тридцать три рубля.
— Вот! — важно и как-то очень назидательно сказал Александр, подняв указательный палец вверх, — В десять раз дороже! Твое золото купили дешево. Москве нужно золото, она без него умрет.
— Так ты сам цену в сто кредитов заломил! — напомнил я хозяину.
Тот уставился на меня внимательным взглядом.
— Мне надо как-то жить.
Ага, понятно. Все плохо, все плохие, но сам такой же, только хуже.
— Это как Москва без золота умрет? — вернулся я к теме разговора.
— А вот так! Золото идет на производство всех их благ, оборудования, техники, оружия, предметов роскоши — оно везде! И его всегда мало! Москва выжмет все ваши соки, и выбросит обратно в пустошь!
Я пытался понять что же Александр Васильич хочет нам донести, но пока получалось плохо. Я вспомнил про Дэда и его поход, и решил пролить немного ясности на этот вопрос.
— А я слышал несколько лет назад орда варваров пришла брать Москву?
Александр задумался и уставился в потолок.
— Да, было такое… Орда пришла, несколько тысяч человек. Но они не через нас шли, а через Люберцы, люди много об этом говорили.
— Так и что? Что с ними произошло?
— Перед Люберцами по ним дали залп ракетами, а потом еще несколько дней ловили и добивали группы быстрого реагирования Обороны Москвы. Нельзя просто взять и придти толпой в Москву из пустоши, зараженных вычисляют ещё на подходе.
Я почесал голову. Значит, Дэда раскатали, только не пушками и минами.
— Да и вы в Москву вот так не пройдете. Ваша одежда поражена вирусом. — продолжил он.
Приехали. Но, кажется я понимаю, что сейчас будет.
— У меня есть чистая одежда, — продолжил хозяин квартиры, — отдам по сто кредитов. Хорошая, почти новая.
Да, все понятно. Ничего не поменялось с двадцатого года, только тогда это был "туристический бизнес", когда местные за денежку малую оказывали приезжим услуги.
— А как же она у тебя чистой-то стала? — поинтересовался я со скрытой издевкой.
— Вирус тут нейтрализован. И санобработка, сами понимаете. — туманно пояснил Александр Васильич.
Надо соглашаться, тогда он еще чего интересного расскажет. Откажусь — закроется и свалит. Он ж бизнес делать пришел.
— Да, одежда нам нужна, одежду мы купим.
Хитрожопый Александр явно приободрился, даже улыбнулся чуть-чуть. Чую, что в магазине эта одежда стоит кредитов двадцать-тридцать, но мне нужно купить этого упыря. И он купился.
— А что еще можешь рассказать про Москву, дядь Саш? Чем живут, что едят?
В ход пошла тяжелая артиллерия. Не знаю, зачем мне это, но жадный Александр может выболтать что-нибудь интересное, надо пользоваться его расположением.
— Чем живут? Тем, что из пустоши тащат. А жрут они свое, у них гидропоника развита, и готовить научились вкусно, этого не отнять… Привозили мне Московской еды попробовать, с нашей, конечно, не сравнится… Привозной у них нет — нельзя, она с вирусом, а там карантин жесткий.
Значит, Москва автономна, но кроме ресурсов. В целом, так всегда и было, кроме гидропоники.
— И знаешь что? — неожиданно сказал Александр, — Все это не настоящее. Там, в Москве! Цирк какой-то! Тьфу! Сидят там, никого к себе не пускают! Меня не пустили! Ходил я к ним…
Хозяин вздохнул и уставился в пол.
— А тут? Чем люди живут здесь? — спросил я его.
