Потом я поехал в публичную библиотеку. Где мне подобрали газеты про Аргентину и Бразилию за текущий год. Углубившись в изучение — ничего не понял. В обоих странах недавно случились перевороты. И политический кризис не думал стихать. И там и там к власти, по словам французских газет, пришли профашистские силы. Но, кажется, фашистами они считались из-за подавления красных. Вспомнил, что и Пиночета называли фашистом. А он, подонок, сделал всего лишь одну из самых устойчивых экономик в мире.
Это отдельная песня, как люди ненавидят тех, кто делает им хорошее. И обожают упырей. Взять хоть Россию. Хрущев, взявшийся расселять бараки и коммуналки — тварь. А вот Сталин… Носятся с этой атомной бомбой и ракетами. А какой-нибудь Пакистан с атомной бомбой и без ГУЛАГа — несчитово.
Но если не отвлекаться, то Аргентина конечно выглядит симпатичней. Все же понятные действия. Понятные последствия. Но в Бразилии — Амазонка! А это посильнее всяких там Буэнос-Айрасов!
Решил продолжить изучение вопроса. В конце концов всегда можно купить ферму, разводить быков и не париться. И вообще, у меня девушка есть, пусть выберет, а я буду настаивать на другом варианте. Это будет захватывающе!
Вернувшись домой я позвонил Савве, и напомнил, чтобы он заехал в БНП, его там деньги дожидаются. — Вань, ты фрак уже заказал? Как, тебе Наташа не говорила? Не тяни. Его долго делают. Какой прокат? Ты мне это прекрати. Чтоб как перчатка сидел.
Уселся за экономические справочники, что ж там с Бразилией-то?
Внезапно позвонили из РОВСа. Генерал Меллер просил меня выбрать день когда я смогу к нему приехать. Надо же, вежливо приглашают. Пальцы не гнут. В конце концов РОВС содержит детский дом для детей эмигрантов. Можно и побеседовать.
Когда Наташа вернулась домой, в прихожей зазвонил телефон, и она сняла трубку. Яков её уговорил. — Ванечка, ну и поехали, съездим. Праздник Урожая. Будет весело.
— Нат! Ну ты же понимаешь, что для того чтоб туда нас завлечь, он готов устраивать Праздник Урожая три раза в неделю? И что, нам каждый раз ездить?
— А давай, Вань, что-нибудь придумаем? Чтоб с точной датой? И тогда потом у него не будет повода приставать?
— Гм. А ты не только красивая. Вот не нужно, больно ведь не стукнешь. Слушай, давай у строим День Божоле? Напишем сценарий. Пригласим больших артистов. Пиаф там, Джанго, и прочих негров из Ротонды. Киношников обязательно. И вот прям фильм? Хочешь быть кинозвездой? Слушай, ты вот прям умная. Какой смысл становиться кинозвездой, если у тебя уже есть великолепный я?
— Вань. Для начала, может День Шабли?
— Ну и смысл? Шабли и так любой купит. А вот впарить этот компот — это задача. И ты, Наточка, под моим гениальным руководством эту задачу будешь решать. Эльзу пригласим, Коко. Грандиозный хепенинг под кинокамеру! Киноартистов всяких.
— Кольцов. Ты все это затеял не для того, чтобы увидеться с Гидеоновой?
— А ты её позовешь? Тут я подумывал её на Якова натравить, но не такой уж барон и плохой. Кстати, я все забываю спросить, ты Якову какую-то гадость готовишь. Может не нужно?
— Дурак ты, Кольцов! У Мейделя три года назад было увлечение моей подругой, Ольгой Иваницкой. Но почему-то ничего не получилось. Он уехал в деревню и там сидел два года безвылазно. Ни она, ни он, ничего не говорят. Ольга живет в Биаррице. Мы переписываемся. Как думаешь, может нам её с собой к Якову взять?
— Хороша ли она собой? Может быть и мне, одинокому, стоит присмотреться?
Глава 34
Генерал-лейтенант Евгений Карлович Миллер был в гражданском. Сильно немолодой, усталый человек. Чекисты много говорили, что похитив его, они покончили с организованной антисоветчиной белоэмиграции. Ну не знаю. Так же они говорили и после похищения Кутепова, несколько лет назад. И после терактов против верхушки РОВС. Как по мне, активная деятельность РОВС угасла по естественным причинам. Настоящие вожди или умерли или состарились. А личный состав белой армии уже давно занят другими делами, к примеру — выживанием, и не рвется воевать. Мне кажется, Евгений Карлович исполняет в основном организационно-хозяйственные функции.
Конечно, все не так просто. И какая-то часть бывших офицеров участвует в различного рода движухе против СССР. Но, по моему мнению, это, скорее, своего рода аутсорсинг в пользу различных разведок, чем стратегические усилия. Опять же, сдача личного состава и агентуры в аренду, несет деньги на поддержание функционирования организации. Но идеология — это бич не только коммунистов. Бывшие белые офицеры и генералы, так и не сделали напрашивающийся шаг. Не создали структуру военных наемников. Хотя, все предпосылки для этого были. Но вожди белого движения, зачастую совершенно унизительно выпрашивая подачки у бывших союзников, так и не додумались использовать имеющийся ресурс в полной мере. А своего Боба Денара у русских не было.
А я изо всех сил, стараюсь не проговорится и не подкинуть эту идею Ламанову. Савва, без сомнения, с парой десятков человек захватит какое-нибудь островное государство, те же Коморы. И провозгласит себя Верховным правителем. Только, скорее всего, потом погибнет под огнем английских или французских линкоров, вставших на якорь в столичной бухте.
Назначая время встречи, я был убежден, что речь пойдет о воспомоществовании соотечественникам. В одиннадцать ноль-ноль, я был на улице Колизе, в штабе белого движения. Так, не без пафоса, назвал мне место аудиенции адъютант Миллера.
В нескольких комнатах, занятых РОВС, царило оживление и суета. Звонили телефоны, бегали люди. Подтянутый и ухоженный мужчина, увидев меня, встал из-за стола.
— Господин Кольцов? Вас ждут.
Разговор пошел, как ни странно, об Испании. Генерал уже не пытался убедить меня примкнуть к группе офицеров, туда отправившихся. Ему были нужны контакты в окружении Франко. С чистой совестью назвал ему три фамилии, и подробно описал приятелей Ивана, с которыми он частенько выпивал в Сеуте, под игру в бридж.
— Только, господин генерал, прошло четыре года. Они могут не вспомнить. Хотя, люди вполне приличные. Без этой кастильской спеси.
— Не подключитесь, хотя бы на этом этапе, Иван Никитович?
— Простите, меня, Евгений Карлович, но, со всем уважением,
